Сын маминой подруги (СИ) - Волкова Дарья

И, учитывая его одежду — брюки и джемпер на рубашку — казался скорее университетским преподавателем, ну и просто обычным человеком, нежели юристом, имя которого чуть ли ни со священным ужасом и трепетом произносят коллеги.

Самсонов устроился напротив Ули за столом — в кресле.

— Ну, давайте знакомиться ближе, Ульяна Романовна.

У него оказался очень приятный тембр голоса, глубокий и хорошо поставленный. Чувствовалось, что человек умеет много говорить. Но больше всего Ульяну поразили его глаза — очень темные, большие, выразительные и немного глубоко посаженные.

Едва Ульяна поймала на себе его внимательный взгляд, как все вопросы из серии «А почему Сатана, собственно?» сразу исчезли из ее головы. Ей после одного взгляда темных выразительных глаз показалось, что Самсонов знает о ней все. Вот вообще все-все.

Начиная с самого детства и заканчивая ее последними чудачествами в деревни у бабушки.

Нет, конечно, это все показалось. Такого не могло быть. Но вопросов о том, что же такое особенное есть в Самсонове Юрии Валентиновиче, больше не возникало. А, значит, надо быть предельно собранной.

Уля сильнее сжала пальцы в замок, а потом разжала.

— С удовольствием, Юрий Валентинович.

— Сейчас я задам вам вопрос, на который вы уже наверняка отвечали. Уж не обессудьте, но я хочу услышать ответ лично от вас, — голос и тон его были мягкими. Но Уля уже понимала, как обманчива эта мягкость. — Итак, почему агрохолдинг «Балашовский»?

Улю вдруг посетило странное чувство. Точнее, уверенность в том, что этому человеку надо говорить правду. Наверное, именно потому, что он — «Сатана». Пусть и в кавычках.

— Дело не в агрохолдинге «Балашовский», а в вас.

— Так-так-так, — он откинулся в кресле и отзеркалили Улин жест — сцепил пальцы в замок. — С этого места поподробнее, Ульяна Романовна.

— Ну что же, — «сатанинское» рукопожатие оказалось сухим и крепким. — Уверен, что мы с вами прекрасно сработаемся. Ульяна Романовна.

— Я тоже, — Уля изо всех сил старалась говорить уверенно, отвечая на рукопожатие. Но внутри все почему-то противно дрожало. Разговор с Самсоновым дался ей с колоссальными усилиями. Хотя сам разговор вроде бы был нормальным, спокойным, без стресс-тестов и особо каверзных вопросов. Но почему-то сейчас Ульяна чувствовала только дикое опустошение и как липнет под пиджаком к спине крепдешиновая блузка. Даже радость от того, что ее желание исполнилось, и она будет работать здесь, в «Балашовском», заместителем самого Самсонова — и та ощущалась где-то на периферии сознания. Но сейчас надо собраться. Последнее усилие. А потом можно будет поехать домой, по дороге купить торт, бутылку вина — что угодно, там видно будет! — и отпраздновать. А сейчас — собраться.

Дверь открылась, и на пороге появилась женщина. Уля узнала в ней ту, у которой проходила он-лайн собеседование.

— Ирина Вячеславовна, вот мой новый заместитель, Лосева Ульяна Романовна. Прошу принять на довольствие. Я очень рассчитываю, что завтра мы уже начнем работать месте.

— Будет сделано, Юрий Валентинович.

Самсонов еще раз пожал ей руку — и скрылся за дверью. А Ирина Вячеславовна улыбнулась Уле — совсем не дежурной, а вполне искренней и благожелательной улыбкой. Статус Ульяны в этой организации только что стремительно изменился.

— Прошу за мной, Ульяна Романовна. Сейчас мы все оформим.

Уля сняла с вешалки пальто, перекинула его через руку, затем взяла свою сумку, и вышла за представительницей HR-службы, гордо подняв голову.

Двери, мимо которых они проходили, были солидные. Как и таблички на них. Видно было, что здесь обитает топ-менеджмент холдинга. Как раз одна из дверей приоткрылась, когда они проходили мимо, и Ульяна почему-то невольно замедлила шаг.

Ужасно интересно посмотреть на кого-то из топов «Балашовского».

Конечно, она, так или иначе, рано или поздно обязательно их увидит. Но хотелось почему-то именно сейчас.

И именно сейчас из-за двери раздался громовой раскат мужского хохота. Он прозвучал совершенно чужеродно этому респектабельному месту — так, что Ульяна и вовсе остановилось. И бросила взгляд на солидно поблескивающую табличку на двери.

Там значилось: «Ватаев Марат Хасанович, руководитель службы безопасности».

Это у них начбез так ржет?!

Дверь открылась еще шире, в проеме показался силуэт крупной мужской фигуры, а следом раздался низкий мужской ГОЛОС:

— Захар, признайся, ты это только что выдумал.

На имя «Захар» у Ульяны екнуло сердце. Нет, имя, конечно, не слишком распространенное, но такого совпадения быть не может.

Это нелепо. Это невозможно. И тут же у нее всплыла в голове фраза: «Мы с Маратом… это мой коллега…».

Да нет. Не может быть. Не может.

— Ты же знаешь, я всегда говорю правду, — раздался другой голос, и Ульяна почувствовала, что у нее буквально подкашиваются ноги. — А то, что не все готовы к такой правде — это другой вопрос. Но это же история не про тебя, верно, Марат?

Тот, кого называли Маратом, рассмеялся.

— Ой, тебя не переспоришь.

Дверь кабинета распахнулась совсем. На пороге стояло двое мужчин — очень крупных, один чуть впереди, другой — чуть сзади и сборку. И сразу стало очевидным то, в реальность чего Ульяна отчаянно отказывалась верить.

Тем мужчиной, который стоял впереди, оказался… Захар.

Как, вот как это могло случиться с ней?!

Ноги и в самом деле подгибались, и Уля не понимала, как она умудряется сохранять вертикальное положение. Это и в самом деле был Захар. Ей не показалось. Хотя сейчас он выглядел совершенно иначе, чем… чем там. Там, где они познакомились. На смену расслабленному трикотажу, футболкам или снегоходному костюму пришли темно-синие консервативные джинсы и тонкий темно-зеленый лонгслив. И лицо гладко выбрито, и волосы не взъерошены. Но это он — его рост, плечи и внимательные серые глаза. Все-таки очень удивленные.

Интересно, у нее тоже такое же сдержанное удивление? Самой Уле казалось, что она просто стоит, открыв рот. А перед глазами проносится… проносится все.

И их первая встреча. И чем она завершилась. И следующие дни, точнее — ночи. И прогулка на снегоходе, и это ощущение новогоднего чуда, и… горькая пилюля возвращения в реальность.

Чего только Ульяна потом не передумала. Что сама виновата — показала себя слишком доступной, с такими девушками у мужчин бывают только одноразовые отношения. Или что это Захар виноват, потому что для него это привычный формат отношений: познакомился, тут же затащил в постель, несколько дней потрахал — и все, свободна, следующая! В общем, чего только Ульяна не передумала за несколько дней оставшихся новогодних каникул.

Пока в ультимативной форме не запретила себе все это мусолить.

Ну, было — и было. Не взял телефон — и не взял. Значит, так и надо было. Как там говорят: что было в Вегасе — останется в Вегасе. А что было в бане — останется в бане.

Она даже вполне успешно себя во всем этом убедила. И пришла в свое обычное уравновешенное состояние. Как результат — успешно прошла собеседование и получила работу своей мечты.

И вот теперь…

— Ульяна Романовна, — словно сквозь вату услышала Уля голос сотрудницы HR-службы. — Познакомьтесь, пожалуйста.

Начальник службы безопасности Ватаев Марат Хасанович. Марат Хасанович, это наш новый сотрудник, заместитель Юрия Валентиновича, Лосева Ульяна Романовна.

Мужчина, который стоял чуть сзади Захара, сделал шаг вперед. Он был такого же могучего телосложения, как и Захар, а темным пронзительным взглядом напоминал Самсонова.

Настоящий начбез. И рука у него крепкая.

— С Ульяной Романовной я заочно знаком, — Ватаев аккуратно пожал ей руку и отпустил. — Юрий Валентинович сделал прекрасный выбор. Добро пожаловать в компанию, Ульяна Романовна.

Уля не сразу осознала, что означает фраза про заочное знакомство — господина Ватаева она видела сегодня в первый раз, и до этого о нем никогда не слышала. Но ведь он начальник службы безопасности. Наверняка его служба проверяет соискателей, тем более, на такие значимые посты. Так что все закономерно. Разрешив эту внутреннюю дилемму, Уля кивнула и, давя предобморочную панику, снова обернулась к Захару.