Мой папа рок-звезда (СИ) - Ветрова Татьяна

Чтобы в очередной раз не попасть под его гипноз, я отворачиваюсь и по привычке сбрасываю с ног кеды. Я люблю май за то, что, по крайней мере, в нашем регионе погода позволяет сидеть на земле и зарываться пальцами ног в траву. Чтобы не видеть довольного лица парня, я ложусь на спину, одной рукой прикрывая глаза от ярких солнечных лучей. Я, как всегда, забыла дома очки, хотя каждый день обещаю их найти и положить в рюкзак.

— Готова слушать? — слыша голос парня, просто киваю. Я уверена, что он смотрит на меня и ждет ответа.

Проходит несколько секунд, и легкая музыка заволакивает сознание, а бархатный голос с хрипотцой пленит, манит в свои чарующие сети. Антон поет на английском языке, поет очень красиво. Я не выдерживаю, открываю глаза и, слегка повернув голову, смотрю на него. Я не вижу его лица, передо мной спина. Парень расслаблен, но полностью отдает отчет своим действиям. В голове проскальзывает мысль, что где-то я его видела, по крайней мере, слышала голос. И не один раз.

Черт возьми, кто он такой?!

Прикрываю глаза, пытаясь вспомнить, где могла слышать этот голос. Меня настолько задел тот факт, что я слышу его не первый раз, что до меня не сразу доходит смысл слов. А когда доходит, становится слишком поздно. Меня несет, как скоростной «Сапсан».

— Это… Это, — задыхаюсь от нехватки воздуха. — Да ты офигел совсем?

— Нравится? — интересуется парень, смеясь и убирая в сторону гитару. — Круто, да?

— Это мой стих?

Не верю своим ушам, но верю в то, что он настолько наглый, что посмел это сделать.

— Ага. Скажи, что круто получилось? — глаза Антон лучатся неподдельным счастьем, он реально считает, что песня получилась крутая. Я не могу не согласиться, песня действительно получилась крутая, а он действительно талантливый парень. И талантливый вор.

— Авторские права как бы мои. Я не давала разрешения.

Никогда в жизни не скажу, что он красиво поет. Этот парень зазнается настолько, что я не удивлюсь, если он когда-нибудь решит собрать группу и стать знаменитым на весь мир.

— Кстати об этом, — Антон уверенно достает из сумки папку, протягивает мне лист бумаги и ручку. — Пиши.

— Что писать? — сажусь по-турецки и смотрю на него как на умалишенного. Я не понимаю, что он от меня хочет.

— Ф.И.О., адрес прописки и расписку, что ты разрешаешь мне использовать твои стихи.

— Хм, легко, — это ведь несерьезно, да?

— Замечательно, — забрав у меня расписку с разрешением на использование моего творчества, Антон ложится на спину и, как ранее сделала я, накрывает глаза рукой.

Я смотрю на него и не понимаю, как можно быть таким свободным в этом мире. У него что, нет сложностей в жизни? Он постоянно смеется, постоянно что-нибудь вытворяет, отчего смеются другие, а он как бы ни при чем. Мне кажется, если бы не его друзья, он давно бы во что-нибудь серьезное вляпался, заработав несмываемое пятно на своей репутации.

— О, обед приехал.

Антон подрывается, смешно встает на колени и ползет к небольшой машинке, которая доставляет еду. Я настолько удивлена, что не нахожу слов, чтобы описать свое удивление к происходящему. Пока я сижу и думаю, что делать дальше: бежать домой или посидеть еще немного, — Антон быстро забирает пакеты, садится обратно и начинает расставлять все между нами. Умопомрачительный аромат пиццы проникает в ноздри, живот напоминает, что за сегодняшний день я съела только булочку и выпила стакан кофе.

— Налетай, — кивает парень на импровизированный стол и впивается зубами в кусок пиццы. — Прости, я не знал, что ты любишь, поэтому заказал всего понемногу.

— Понемногу? Да тут еды на неделю вперед хватит, — немного смущаясь, добавляю: — Спасибо.

Я не дура и не собираюсь отказываться от халявного обеда, особенно такого вкусного. Пицца «Четыре сыра» тает во рту, вызывая на моем лице довольную улыбку. Не знаю, как это все объяснить, разве что мистика, но Антон отгадал мою слабость. Я всеядна, ем все, что дают, но это блюдо итальянской кухни занимает особое место в моем личном списке «вкусностей».

— Погоди, — замираю, когда парень обращается ко мне. Я не знаю, чего от него ожидать. Для меня он ходячий сюрприз, каждую минуту я жду, что он что-то выкинет.

Прикусив губу и окинув меня хитрым взглядом, Антон протягивает руку к моему лицу. От такой наглости я забываю, как дышать. Взгляд то и дело опускается к большому пальцу парня, который становится все ближе. Моргаю и чувствую, как подушечка пальца нежно касается уголка губ, затем медленно скользит по нижней губе к центру. Мысль, что я испачкалась, пока ела, даже не проскальзывает в голове, а ведь это было бы вполне естественно в этой ситуации, но нет. Я думаю, что сейчас он меня поцелует. И… о да.

Антон неспеша наклоняется ближе, рукой зарывается в мои волосы, пальцами поглаживает шею, успокаивая. Прикрываю глаза и делаю глубокий вдох перед своим первым поцелуем. Никогда не думала, что это так волнительно. Его нос касается моего, я чувствую теплое дыхание на губах и…

— Вот ты где, — раздаются над нашими головами голоса его друзей.

Испугавшись, я дергаюсь, ударяясь лбом о лоб парня. Мне становится настолько стыдно, что на долю секунды я теряюсь. Тру лоб и позорно прячу глаза.

— Прости, — пищу едва слышно и утыкаюсь носом в коробку с пиццей.

Черт возьми, ну как так-то, Аля?

— Вы как меня нашли? — недовольно произносит Антон, когда его друзья нагло присоединяются к нам. И нагло нападают на наш импровизированный стол.

— О, еда, — светловолосый парень, имени которого я не знаю, забавно играет бровями, вызывая у меня улыбку. Под всеобщий галдеж он берет кусок моей любимой пиццы и полностью запихивает его в рот, проговаривая: — Гео…локация.

Я улыбаюсь, ситуация кажется забавной настолько, что здесь невозможно контролировать эмоции. Парней не смущает, что их сугубо мужскую компанию разбавляет девушка. Они болтают обо всем, не забывая фильтровать речь.

Имя Матвея я знаю благодаря своей одногруппнице Лике. Они встречаются с зимы, почти полгода вместе. Но самое интересное в этой истории то, что они знакомы с детства. Оказалось, что они соседи по лестничной клетке, а сейчас считаются одной из популярных пар в университете. И это неудивительно, ребята красивы и харизматичны. Он спортсмен, кажется, увлекается боксом, она любит гимнастику и следит за фигурой. Матвея я узнала, потому что он не только парень Лики, но и из того типа мужчин, которых я уважаю. Он не один раз доказывал, что ради Лики готов горы свернуть.

Григорян, парень, который за обе щеки уплетает пиццу и даже не смущается, отдельный номер. Он играет в команде КВН вместе с Лисовым, его знает весь университет, а еще он часто получает зачеты за участия в разных университетских конкурсах. В принципе, Лисов учится так же. Я мало что слышала про этого парня, знаю только, что он отличный кавээнщик и гордость университета. Во всем остальном он, как Лисов, загадка.

А вот Карим от них отличается. В кампании он самый спокойный и уравновешенный, наверное. Я бы даже сказала, что чересчур серьезный. Не знаю, может, дело в том, что он мусульманской веры, у них, как правило, все куда серьезней, чем у нас, православных. Радует то, что эти ребята дружат и их совершенно не волнует, у кого какая вера.

— Знакомься, это мои друзья. Карим, Матвей и троглодит, — смеясь, Антон обнимает меня за плечо и показывает на каждого из друзей, называя их имена.

— Эй, — от такого наглого выпада в свою сторону Григорян давится куском пиццы и удивленно взирает на Лисова. — Я что-то не понял, ты че берега попутал?

— Ага, раз десять. Знакомитесь, парни, это Аля. И она крутая.

В этот раз от неожиданности куском пиццы давлюсь я. Смущаясь, прячу лицо за распущенными волосами и тянусь к газировке, чтобы запить. Еще никогда мне не было так неловко в компании. Блин, он мог сказать что-то другое, ну, или хотя бы не делать акцент на мне, когда у меня полный рот еды.