Многоценная жемчужина - Сергей Сергеевич Аверинцев

Равен ангельской природе;

Кто воздержным стать ревнует,

К девственникам сопричтется;

Кто хранит во браке верность,

Соравняется с воздержным.

Лишь держись твоей ступени:

Улучишь и то, что больше.

КОНСТАНТИНОПОЛЬСКИЙ ЭПИЛОГ

ИОАНН МАЛАЛА{10}

СЛОВО ВТОРОЕ

По кончине Гефестовой правил египтянами сын его Гелиос дней четыре тысячи четыреста семь, сиречь годов двенадцать и еще дней девяносто семь; но во времена те ни египтяне, ни прочие народы не умели еще счет вести, но одни числили за годы обращения луны, иные же обращения дневные. Счисление же по двенадцати месяцам измышлено было после того, как нареклись человеки у царей подданными.

Оный Гелиос, сын Гефестов, славолюбив был и могуществен. Узнал он от кого-то, что жена некая египетская, в достатке и чести живущая, возымев вожделение к мужу некоему, впала с ним в блуд; прослышав же сие, искал Гелиос уличить ее по законоположению Гефестову, дабы не ушла она от кары. Дознавшись о часе блудных ее свиданий и взяв воинов из дружины своей, ворвался он к ней в отсутствие супруга ее и обрел ее возлегшей с любодеем своим. Захватив ее, повелел он немедля со срамом водить ее по всей земле Египетской; и сделалось со времени того целомудрие великое в пределах египетских. Любодея же того казнил он и тем благодарность себе стяжал. О деле сем повествует поэтически Гомер стихотворец,[84] баснословя, будто уличил Гелиос Афродиту, смесившуюся в ночи с Аресом; Афродитой же назвал он вожделение блудное, от царя Гелиоса изобличенное. Истину же, нами выше изложенную, Палефат[85] записал, летописец премудрый.

По кончине же Гелиоса царя, сына Гефестова, правил египтянами Сосис, а после царствования его воцарился Осирис, а после Осириса воцарился Гор, а после Гора воцарился Фулис, каковой покорил себе с силою великою всю землю даже до Океана. По возвращении же из похода, африканскими проходя землями, вошел он в прорицалище, гордынею обуянный, и вопросил, жертвы принеся, так:

— Прореки мне, Огнемощный, Правдивый, Блаженный, в высях эфирных стезю свою стремящий! Кто прежде владычества моего возмог всё покорить себе или кто после меня возможет?

И было ему прорицание такое:

— Первым — Бог; и Слово — по Нем; и Дух с Ними купно.[86]

Сродны Трое сии, Едины, и власть Их вовеки.

Спешной стопой удались, о смертный, чей век ненадежен.

И тотчас же, по выходе из прорицалища, был он в земле африканской умерщвлен своими же людьми, заговор на него составившими.

Записал предания сии о древних и начальных временах царства Египетского Манефон.[87] А еще явствует из писаний его же, что некогда иные были у пяти планет имена: звезду, нарицаемую ныне Кроновой, называли «Светящей», звезду Зевесову — «Лучезарной», Аресову — «Огнезрачной», Афродитину — «Всепрекраснейшей», Гермиеву — «Блистающей»;[88] каковые имена изъяснил впоследствии Сотат Премудрый.[89]

По скончании же времен тех воцарился над египтянами первым из сынов Хамовых Сострис.[90] Сей, ополчась на ассирийцев и сразившись с ними, покорил их, и халдеев, и персов даже до Вавилона. Равным образом подчинил он себе Асию, и Европу всю, и Скифию, и Мисию. Когда же поворачивал он назад в Египет из земли Скифской, отобрал он себе мужей скифских, юношей воинственных, в числе пятнадцати тысяч; переселив их в Персию, там и повелел он им обитать, землю же дал ту, что сами они избрали себе. И остались в Персии скифы те даже доныне, наречены же они от персов «парфянами», что есть наименование скифов на языке персидском. И одежду, и речь скифскую, и законы скифские держат они даже доныне и весьма воинственны во время бранное, как написал Геродот Премудрый.[91]

Во времена же царствия прежде именованного Состриса жил Гермий Трижды Величайший,[92] муж египетский, ужасный мудростию своею. Говорил он, что у Демиурга Неизреченного имя — три ипостаси величайшие, Божество же едино. Сего ради и был он от египтян наречен «Трижды Величайшим». В речах же его многоразличных ко Асклепию обретаем его учившим о естестве Божием таковое:

— Если бы не действование Господа всего, мне слово сие открывшего, не снедал бы вас толикий пыл вопрошать о сем. Невозможно открыть таинства столь великие непосвященным; но внемлите умом своим! Единый есть Свет умный, прежде Света мысленного; и от века был Ум Ума пресветлый, и ничего не было иного, как только единство его; от века пребывает он в себе, но и вечно умом, и светом, и духом своим всё объемлет. Вне его нет ни бога, ни ангела, ни демона, ни иной какой сущности; всего Господь Он и Бог, и всё под Ним и в Нем есть. Ибо Слово Его, от Него исходящее, всесовершенное, породительное и демиургическое, в породительное пав естество, в воду породительную, оживотворило воду ту к зачатию.

Сказав же сие, молился он так:

— Заклинаю тебя, о Небо, великого Бога творение премудрое, милостиво буди! Заклинаю тебя, о Глагол Отчий, первым от Него изглаголанный, когда мироздание утверждал Он по воле Своей!

И в книгах, против царя Юлиана Кириллом благочестивейшим[93] написанных, упоминается, что Гермий Трижды Величайший, о грядущем не зная, исповедал, однако, Троицу единосущную.

Царь же Сострис, вернувшись после победы своей в Египет, скончался; и воцарился по нем над землею Египетскою Фараон, Марахон тож; и впредь были у египтян цари из рода его.

Во времена же преждереченного царя Пика[94] Зевеса явился в землях западных некто из племени Иафетова, в крае Аргивском, звали же его Инах;[95] он первым воцарился в крае том. И основывает он там град, каковой по имени Луны, им почитаемой, нарек он Иополис; ибо и доселе нарекают аргивяне Луну в таинствах своих именем сокровенным сим, Ио. Создал он и святилище Луны во граде том, поставив ей столп медяный, на коем написал: «Ио, Блаженная, Светоченосная».

И взял Инах тот себе жену, звали же ее Мелия; и от нее имел он чад троих — Каса, и Вила, и дочерь, каковую нарек он Ио по имени Луны. И была дева та прекрасна весьма.

И тогда Пик, Зевес тож, царь земель западных, прослышав про Инаха, что есть у того дочь, дева прекрасная, через подосланных похитил