Тайна острова Драконов - Ольга Миклашевская

И ведь в реальности так оно и было! Мне нравилось, когда меня считали безжалостной некроманткой, к которой лучше не приближаться. Так, может, с Осами была та же история?

Краем глаза я посмотрела на стоящего неподалеку Шела – в своей любимой позе со сплетенными под грудью руками. Невольно в голову пришла мысль, что, когда некромант спал, он выглядел таким милым и беззащитным; а этот Шеллак, глядя в глаза, вырвет твою печень и не подумает сожалеть об этом. Мне казалось, что реальный Шел и тот, кем он хочет быть, – совершенно разные люди.

– Мы еще вернемся к этому разговору, – шепотом пообещала я мужу.

Оказывается, медальон, который носил Шеллак, когда-то принадлежал какому-то капитану, с которым они схватились на мечах. Со слов некроманта, побрякушку он себе забрал, титул капитана брать отказался, а медальон носил на всякий случай. Вдруг какие пираты на дороге попадутся – вот и задавит он их своим мнимым титулом.

Волосатый поначалу упрямился и отказывался брать Шеллака на борт, но, после того как я нагло сдернула с мужниной шеи медальон и наобум зарыла украшение на пляже (не достанется мне – не достанется никому), пират утвердительно гаркнул, лишь бы поскорее сдать нас команде.

– Так это и есть ваша знаменитая бригантина? – усмехнулся не знавший комплексов принц; на что волосатый, как бы случайно, хрустнул костяшками пальцев, и вопросов у Пера Четвертого больше не возникало.

– Что в котомке? – грубо спросил пират, переводя взгляд с моей холщовой сумки на небольшой кожаный портфель Шеллака.

– Свитки, одежда, зубная щетка, кусок мыла, – перечислила я. Надеюсь, слово «свитки» не слишком выделялось в моем списке? Некромантка и ее руны по отдельности – бесполезные предметы, не способные даже мертвеца в гробу перевернуть.

Шеллак же на заданный вопрос отвечать не собирался, но волосатый уже вроде как привык к неразговорчивости некроманта и не стал приставать. Мне пират помог забраться в шлюпку, не запутавшись в длинной юбке, а мужчинам предоставил возможность самостоятельно туда залезть.

Подле меня сел взволнованный принц и прижался своим холодным боком. Отпихивать его я не стала, орать тоже. Как-никак принц мертвый, и нервной системы, равно как и совести, у него теперь не наблюдается.

Шел косо на нас посмотрел, но ничего не сказал. Уж не держит ли он меня после стольких лет за свою собственность? Или ревнует, что хуже. Я даже как-то и не думала, что некромант настолько свыкся с мыслью, что я всю жизнь буду у него под боком. Мне и в голову не приходило, что, стоит мне хоть раз пойти против его воли, как мы навсегда станем злейшими врагами. Либо ты с Шеллаком, либо – против него. Промежуточного положения не бывает.

– Куда держит путь ваш корабль? – спросила я, расправляя юбку и незаметно проверяя, на месте ли мешочек с деньгами, стилет и руны первой необходимости. Чтобы наслать на недругов проклятие до седьмого колена, к примеру. Мало ли что за компашка поджидает меня на борту самого грозного судна семи морей.

– Пока что до Драконьей гряды через Живое море, а там капитан решит, – нехотя ответил волосатый и спустил весла на воду. Он уже было хотел начать грести, как в воздухе раздался отчаянный крик, от которого тут же заложило уши.

– Летучий дьявол! – Трусливый принц вскинул руки и прикрыл ими лицо. Ему, бедняге, впервой было находиться за пределами дворца без целого наряда охраны за спиной. – Спасайся кто может!

Выглядит таким мужественным, а ведет себя как пятилетний ребенок.

Близилась полночь, так что разглядеть существо, издававшее такие страшные звуки, было практически невозможно. И только я увидев в чернильном небе отсвет сапфировых крыльев, то поняла, кем был наш ночной гость.

Шел в это время уже стоял на корме шлюпки, прищуривался и прикидывал, как бы точнее нанести удар неведомой твари. Пока все остальные оценивали ситуацию, некромант действовал. Его совершенно не волновало, кто это был. Существо в его глазах являлось опасностью, и он считал нужным опасность эту устранить.

Сверкнула сталь, и воздух прорезал визг боли и отчаяния. Раненая птица камнем свалилась на дно лодки.

Со скоростью солнечного света я вскочила с жерди, на которой сидела, и столкнула Шеллака в воду. Некромант, в свою очередь, повлек меня за собой. Да, с координацией у меня всегда были проблемы.

Ледяное черное море пробирало до костей. Отхаркиваясь и отплевываясь, я кружилась вокруг своей оси, пытаясь понять, в каком направлении уплывала шлюпка. Не успела я сделать и нескольких глотков соленого воздуха, как почувствовала, что что-то тяжелое навалилось мне на плечи. Без единого звука я ушла под воду.

От неожиданности изо рта вырвался ворох пузырей, и самое неприятное чувство на свете – соленая вода в легких – в который раз убедило меня, что море – не моя стихия. Даже у дочери пирата, выходит, может быть такая аномальная нелюбовь к холодной воде.

– Где они, тысяча тупых каракатиц! – послышалось приглушенное водой бормотание Осы. – Не сиди скатом, трусливая портовая крыса! – А это, скорее всего, уже было обращение к принцу. – Давай, помоги мне найти их! И выкинь ты эту мертвую тварь за борт!

О том, что Чистый сейчас был мертв, я предпочитала не думать. Все, что сейчас занимало мои мысли, это то, что собственный муж топит меня в ледяной воде.

Сопротивляться бесполезно – хватка у Шела железная. Поэтому я прекратила дергаться, сделав вид, что потеряла сознание, а сама широко распахнула глаза. Вода вокруг меня была мутная и темная. Мы находились не так далеко от берега и своей возней подняли со дна кучу песка, который весьма некстати закрывал весь обзор.

Было бы глупо ожидать, что некромант отпустит меня, едва я перестану трепыхаться, поэтому его руки все еще сжимали мое тело. Будь мы немного в другой обстановке, я бы сочла это очень романтичным, но, когда тебя убивают, тут уж, простите, не до романтики.

Самое странное – больше всего я боялась не задохнуться, а потерять украшенный изумрудом обоюдоострый стилет. За такое оружие и жизнь не жалко отдать.

Собрав последние силы, рывком я выдернула нож из-за пазухи и резким движением направила клинок в спину некроманта. Это была моя последняя, пусть и не осуществившаяся, надежда. Я опомниться не успела, как мужчина выхватил оружие из моих рук и с размаху всадил мне его в спину, чуть пониже лопаток. Вода вокруг тут же окрасилась плотным бордовым цветом, и я не сразу поняла, что это кровь. И далеко не сразу – что моя.

Тело моментально обмякло, кислорода недоставало, рассудок из головы пыталась вытеснить темнота. Меня клонило в сон. Не хотелось предполагать, что в вечный.