Черные стрелы (СИ) - Игорь Конычев

— И подохнуть тут хочешь? — оскалился Тенро.

— Тихо! — Властным голосом гаркнул Тар. — Уймитесь, оба! — Это подействовало и мужчины умерили свой пыл. Хмуро поглядев на сына и Гура, староста произнес:

— Завтра поутру соберем совет, на нем и решим — уходить или остаться. Все. Я сказал!

— Завтра, так завтра, — насупившись, словно старый филин, Гур хмуро глянул на сына старосты и поспешно вышел из дома, задержавшись в дверях.

 Помедлив, он произнес:

— Собаки у нас пропали. Две вместе с охотниками, пес Салина с хозяином сгинул, и еще две оставшиеся псины вчера с цепей сорвались, да за ворота ушли. Не вернулись.

 Хлопнув дверью, Гур вышел и снаружи сразу же донесся приглушенный рык — Ар не любил, когда кто-то вел себя грубо по отношению к его хозяину и дал лесорубу это понять. Рык заглушила ругань, после чего торопливые шаги, отчетливо хлюпающие по лужам — Гур ушел.

—  Дела-а-а, — протянул староста. — А ты куда, сынок? — уставший Тар посмотрел на охотника, так же, направившегося к двери.

— Осмотрюсь, стены проверю, — Тенро набросил на плечи мокрый плащ. — Неспокойно мне.

— Ладно, — поняв, что сына не переубедить, староста тяжело вздохнул. — Только ты выспись, неизвестно, что завтрашний день принесет.

— Ничего хорошего, я уверен, — с этими словами, Тенро прикрыл за собою дверь, услышав на прощание слова Ульна:

— Да сохранит нас всех Альтос.

* * *

 Стоило Тенро спуститься с крыльца, как за ним сразу же увязался Ар. Вывалив розовый язык, сытый волк затрусил рядом с хозяином, то и дело касаясь мордой ладонь человека.

 Запоздало заметив это, Тенро потрепал питомца по холке. Мех зверя быстро намокал под усилившимся дождем и Тенро, смахнув с руки влагу, накинул на голову капюшон.

 В первую очередь охотник направился к воротам. Гура здесь уже не было. Оглянувшись, Тенро заметил массивную фигуру лесоруба, ковылявшую к своему дому.

— Он с середины дня караулил, — приблизившийся к Тенро мужчина шмыгнул покрасневшим носом и в лицо охотнику ударил запах браги.

— Нашел время пить, Пагрид, — недовольно поморщился охотник, отступая на шаг и оглядывая слегка пошатывающегося караульного.

— Ну так это… холодно, да и дождь пошел, мы ж немного, — слегка заплетающимся языком начал оправдываться второй мужчина, старший брат Пагрида — Варош, подошедший откуда-то со дворов, видимо на смену брату.

 На слова мужчины Тенро лишь махнул рукой — от Пагрида и Вароша всегда было мало толку, если дело не касалось сна или выпивки.

— Все тихо тут? — спросил сын старосты, поднимаясь на сторожевую вышку, где пританцовывая от холода, стоял молодой парень, по имени Атар.

 Юноше едва исполнилось пятнадцать зим. Если в этом году не приедет вербовщик, то в следующем парень должен будет тянуть жребий, определяющий, кто из деревни отправиться в армию.

 В глубине души Тенро жалел его — Атар был весьма толковым и старательным юношей, добрым и открытым. Если ему не повезет и Атар отправится на границу с Застывшим лесом, то может не вернуться оттуда, навсегда оставшись под саваном непроглядного тумана.

— Тишина, — зорко вглядываясь во мрак, вздрагивающий на границе освещенной земли, произнес молодой человек. Его голос звучал звонко и ясно в гнетущей тишине.  — Видел, как вы гнали.  Измененные привязались?

— Да, — скупо кивнул охотник. Взяв из рук караульного лук, он недовольно осмотрел оружие и вернул владельцу:

— Снова тетиву не снимал, да в сырости держал? — говоря с караульным, Тенро вглядывался в ночной сумрак, но, вопреки своим опасениям, не увидел тумана. Почувствовав легкое облегчение, охотник немного расслабился.

— Вечно ты ворчишь… — молодой парень поджал губы. — Да все дела были, матери помогал с огородом. А вот как все началось, я только тогда про оружие-то и вспомнил, вот…

— Лучше слушать мое ворчание и не перечить, следуя советам, чем умереть от того, что тебя подведет твой же лук, Атар. — Назидательно сказал Тенро. —  Снова за Ликой подглядывал, да обо всем на свете забыл? Будь внимателен, — не дожидаясь ответа, охотник спустился на землю и пошел вдоль частокола, про себя договорив:

  «Будь внимателен, а то не увидитесь вы больше ни с Ликой, ни с матерью».

 Охотник и волк бесшумно скользили в освещенной неровным светом факелов ночи. Они иногда замирали, прислушиваясь к неестественной ночной тиши, но потом продолжали свой обход — все вокруг было спокойно.

 Однако охотника не покидало усиливающиеся ощущение тревоги. Он обошел деревню три раза, прежде чем хоть как-то успокоился.

 Когда далекие звезды начали по одной угасать, и темное небо стало немного светлее, охотник вернулся домой. Он выспался в дороге, так что решил, что времени до рассвета ему вполне должно хватить для отдыха.

 Оказавшись дома, Тенро лишь разулся, сбросил мокрый плащ, да позаботился об оружии, после чего улегся на расстеленную прямо на полу шкуру. Тенро не стал снимать одежды, понимая, что может проснуться от звуков битвы и тогда у него не будет времени на сборы.

  Слушая стук дождя по деревянному подоконнику, охотник уснул.

* * *

 Мужчину разбудили голоса. Быстро вскочив, Тенро схватился за лук, но, прислушавшись, понял, что ничего не произошло, по крайней мере, пока. Выглянув в окно, он увидел, как влага на стекле блестит под ранними солнечными лучами, и все пережитое вчера показалось сейчас неприятным сном.

 Но, к сожалению, это было не так.

 Собравшись и спустившись вниз, Тенро оказался в зале для сборов, где сейчас стало довольно тесно и попросту не протолкнуться. Разумеется, дом старосты с трудом смог вместить всех желающих, поэтому отец Тенро сейчас чуть ли не силком выталкивал соседей за дверь, в очередной раз, повторяя им:

— Давайте все на улицу! Говорить буду там! — на этот раз слова прозвучали довольно резко  и грубо, выдавая серьезный настрой Тара, так что его, пусть и неохотно, но послушали.

— Быстрее шевелитесь! — Гур возвышался в дверях, призывно махая рукой и торопя столпившихся в проходе жителей Зеленых полян.

 Народ выходил медленно, поначалу пропуская стариков, подолгу копошившихся на пороге. Собравшиеся терпеливо ожидали, пока дед Микран, самый старый житель деревни, наконец, справится со своими сапогами. Склочный старик не позволял помогать себе, не скупясь на крепкие слова и безрезультатно пытаясь всунуть дрожащую ногу в растоптанную обувку.

 Не выдержавший Гур, едва не оторвав своему отцу ногу, впихнул ее в сапог, за что удостоился витиеватого ругательства и удара по спине скрюченной, как и сам его родственник, клюкой.