В объятиях Чудовища - Маша Драч

еще плавал. Он снова была мрачным и смотрел куда-то перед собой, полностью погрузившись в свои мысли.

Я беззвучно на носочках подкралась к Маркусу. Сняла обувь, села рядом и тоже опустила ноги в воду. Она оказалась приятно теплой. Маркус продолжал смотреть куда-то перед собой, но его рука медленно опустилась мне на плечо и прижала к влажному горячему телу. Я не хотела надоедать Маркусу, поэтому просто сидела с ним молча. И это молчание… Оно было комфортным и каким-то даже уютным. Я ни с кем прежде не ощущала себя настолько расслаблено. Надо же… Судьба и впрямь имеет необыкновенное чувство юмора.

- Хочешь поплавать? – вдруг спросил меня Маркус.

- Я очень плохо плаваю.

- Серьезно? – он с легкой улыбкой на губах посмотрел на меня. Мрачность во взгляде медленно рассеялась. – Твоя фамилия означает «море». Ты должна быть родной в своей водной стихии.

- Похоже, я дала сбой в этой закономерности, - я заправила прядь волос за ухо и посмотрела на бассейн.

Он был прямоугольным и довольно глубоким. В таком можно с легкостью утонуть. Я поежилась.

- Не бойся, Лу, - Маркус крепче сжал мое плечо. – Я тебе не дам утонуть, - он выразительно смотрел на меня, и эта его безобидная фраза вдруг в моих мыслях обросла более серьезным смыслом.

- Хорошо, - долго не сопротивляясь, я сняла с себя комбинезон.

Мне впервые было легко обнажаться перед мужчиной. Более того, в душе мне хотелось, чтобы Маркус вновь увидел мое тело без одежды. Я снова хотела увидеть его этот туманный взгляд, что лениво скользнет по моим губам, изгибам шеи. Внимание Маркуса стало мне просто физически необходимым.

Я аккуратно спустилась в бассейн, стараясь держаться у бортика. Маркус же без лишних церемоний и приготовлений с разбега нырнул в воду и через несколько секунд выплыл прямо передо мной.

Взгляд тягучий, уверенный и соблазнительный. Несмотря на то, что вода была лишь слегка тёплая, а я находилась в одном нижнем белье, по моим венам заструился жар. Держась одной рукой за бортик бассейна, я неотрывно смотрела на Маркуса. Его влажные волосы казались совсем черными, ровно, как и ресницы. Он был дьявольски привлекателен и по-хорошему, по правильному было бы держаться от такого человека на максимальном расстоянии. Но мои губы уже призывно приоткрылись, в ожидании поцелуя.

Маркус еще несколько секунд выжидающе смотрел на меня, а затем подплыл совсем близко и вдавил меня своим твёрдым телом в бортик бассейна. Мое сердце ухнуло и с упоением забилось в быстром упоительном ритме.

Рядом с Маркусом я ощущала себя так, будто стою на тоненькой ниточке, а подо мной – бездонная пропасть. Нужно пройти вперед, чтобы стать на твёрдую землю, но я сделала шаг в эту самую пропасть.

Маркус напал на меня, на мои губы. Он полностью соответствовал своему имени, что означало «воинственный», по праву носил фамилию, которая по происхождению обозначена, как война. Маркус завоевывал, отвоевывал, утаскивал в плен свою добычу.

Влажные горячие губы осыпали жадными поцелуями мою шею. Маркус почему-то помешался именно на моей шее, щекоча ее языком, прикасаясь к ней кончиками зубов. Я хихикнула и тут же замолчала, когда ощутила, что в мои трусики скользнула широкая горячая ладонь. Маркус продолжал ласкать мою шею, а его рука уверено коснулась моих нижних губ, раздвинула их, надавливая на клитор.

Я выгнулась и зажмурилась от новизны ощущений. Маркус сдавленно зарычал, проведя пальцами у входа. Я вся сжалась, потому что хорошо знала – первый раз обязательно должен быть болезненным. И, думаю, природа сыграла с нами, женщинами, злую шутку, раз мы сами страстно желаем ощутить эту боль.

- Мне сложно скрывать то, что я тебя хочу, Лу, - прорычал Маркус, мучая мою шею своими губами и языком. – Сложно сдерживать себя.

Я почувствовала его твёрдый член, скрытый под плотными обтягивающими плавками. Он был определённо большим, как и весь Маркус. Стало немножко страшно. Я ухватилась пальцами за его плечи, чтобы не уйти на дно бассейна.

- Прикажи мне остановиться, - тяжело дыша, прошептал Маркус, - или я не сдержусь.

Мне было сладко в его руках. Было жарко. Было хорошо. Я внутренне ощущала, что хочу этого. Я готова.

- Не останавливайся, - прошептала я Маркусу на ухо и, кажется, это окончательно сорвало все его внутренние предохранители.

Когда мы оказались на черных шелковых простынях в спальне, я видела перед собой лишь мерцающие темные глаза и остро ощущала каждое прикосновение рук, губ. Внутри меня что-то трепетало. Темное горячее желание пульсировало в венах, в кончиках пальцев.

Маркус избавил меня от влажного нижнего белья, что разносило по моей обнаженной коже холодные мурашки. Твёрды соски тёрлись от широкую рельефную груди и то чувство, что искрилось между мной и Маркусом, вынуждало выгибаться дугой. Маркус напал на мои розовые возбужденные соски, как голодное чудище. Он облизывал их, полностью втягивал в рот. Его откровенные ласки вынуждали меня кусать собственные пальцы в порыве заглушить, рвущиеся наружу стоны.

Когда Маркус избавился от плавок и я увидела его напряженный большой член, мне стало немного страшно.

- Всё хорошо, - Маркус поцеловал меня между грудей, скользнул вновь к шее. – Обхвати его рукой. Не бойся. Обхвати.

Он взял меня за руку. Я коснулась мужской плоти и Маркус тут же шумно выдохнул.

- Сожми. Не бойся.

Я подчинилась приказу и заметила, что Маркуса пробрала дрожь. Ему нравились мои прикосновения. Я осмелела в своих ласках.

- Постараюсь минимизировать твою боль, - Маркус провел ладонью по моим спутавшимся и влажным волосам.

Наши губы вновь сплелись в поцелуе. Я жалобно застонала, когда ощутила плавное, но уверенное проникновение. Стало неприятно.

- Не сжимайся, - прошептал Маркус, целуя меня в висок. – Ты и так слишком узкая.

Я впилась ногтями в широкую крепкую спину и сдавленно застонала от боли, когда член продолжил всё глубже и глубже проникать в меня. Резкий толчок вырвал из меня крик. В уголках глаз защипало, и я сильней впилась в смуглую кожу Маркуса. Он зашипел и на несколько секунд замер.

- Мне больно, - я всхлипнула.

- Ты умница, Лу, - Маркус поцеловал солёные от слёз щеки, начиная медленно двигаться во мне.

Боль не слабла, но осознание того, что я больше никогда не буду той прежней напуганной девчонкой-Лу, помогало терпеть. Маркус старался двигаться аккуратно. Кожа к коже. Одно дыхание на двоих. Мы стали единым-целым на всех