Шеф-повар Александр Красовский (СИ) - Санфиров Александр

— Мам, ты же все понимаешь, картошка здесь не причем, давай, напряги свои мыслительные способности, придумай что-нибудь.

Мама звонко рассмеялась.

— С одной стороны хорошо, что ты женился, если бы не это, задрав хвост, уже катил бы в совхоз в кампании своих поварих. Признавайся, жена не отпускает?

— Ну, и этот момент тоже присутствует, — пришлось признаться мне.

— Ладно, придется помочь родному сыну, — сообщила маман. — Перезвони мне завтра на работу, скажу, когда подойти за справкой.

— Ты лучшая мама на свете! — сообщил я ей и вручил огромную коробку конфет, которую, предусмотрительно оставил в прихожей.

Так что вскоре мои однокурсницы отправились на помощь сельским труженикам. Я же в это время неожиданно подвернул стопу с разрывом связок левого голеностопного сустава и получил освобождение от физических нагрузок до середины сентября.

Для большей достоверности даже появился в училище с ногой в гипсе и на костылях.

Хотя Люда справку мне отказалась просить, но гипс ей накладывать все же пришлось. Вечером, после посещения училища, совместными усилиями мы этот гипс разрезали. Он не успел окончательно высохнуть и резался спокойно.

Жена в это время в десятый раз переспрашивала, как я зашел в канцелярию, что сказал, что мне ответили, и каждый пересказ заливисто хохотала.

Под конец мне это надоело, и я сказал:

— Солнышко мое, надеюсь, ты никому не будешь рассказывать об этой истории? Конечно, ничего криминального в ней нет, но чем меньше окружающие знают, тем лучше спят.

Люда состроила обиженную физиономию, поэтому пришлось ее утешать, ну, и все закончилось, как обычно, постелью.

С первого сентября Люда начала ходить на курсы бухгалтеров и у нас дома слышались новые слова, дебет, кредит, авизо, платежное поручение, сальдо и так далее.

В один прекрасный вечер она явилась домой в необычно приподнятом настроении.

— Саша, представляешь! Сегодня у нас было профсоюзное собрание и нескольким медсестрам дали общежитие и мне тоже. Главный врач сказал, что ордера дадут на следующей неделе. Ты рад?

Еще бы я был не рад. Целых три месяца я портил свое здоровье, сидя на корточках в уличных туалетах, продуваемых всеми ветрами. Сначала в Вытегре, затем в Петрозаводске. Люда, в отличие от меня мук по этому поводу не испытывала, другого она просто не знала. Но мне прожившему большую часть жизни в благоустроенной квартире такие «удобства»» совсем не нравились.

Поэтому я изобразил на лице радость, соответствующую новости и стал осторожно выспрашивать подробности.

Действительно на поликлинику Минздрав выделил две комнаты в новом общежитии строительного треста. Одна комната досталась двум незамужним медсестрам, а вторая нам с Людой. Комната вроде была шестнадцать метров.

Самое интересное, это общежитие в прошлой жизни входило в участок, на котором я работал врачом. И прекрасно знал этот дом. Девятиэтажное здание было построено трестом для своих рабочих, поэтому было довольно удобным для жизни. Вместо длинных темных коридоров утыканных дверями с обеих сторон, в здание было разделено на отдельные секции, включавшие в себя десять комнат, общую кухню и душевые.

На всяких случай заранее праздновать такое событие мы не стали. Но дни до получения ордера казались нам бесконечными. Зато когда Люда пришла домой со скромной бумажкой, на которой пишущей машинкой было напечатано «Ордер на вселение» и стояла расплывчатая фиолетовая печать, радости нашей не было предела.

— Сегодня же переезжаем, — заявила жена, когда я еще разглядывал такую несерьезную с виду бумажку. — Надо скорее комнату занять, а вдруг главврач с профкомом передумают. Мне девочки рассказывали, что такое один раз было.

Как ни странно, мне тоже не терпелось посмотреть на наше новое жилье. Время еще позволяло, поэтому мы быстро собрались и пошли к ближайшему телефону — автомату вызывать такси. Обычному человеку пришлось бы ждать приезда машины не меньше получаса, но для меня машина подъехала через десять минут. За рулем сидел Кочерин, сразу поинтересовавшийся, куда это нас вдруг понесло. Люда, простая душа, сразу выложила ему, что едем смотреть комнату в общежитии.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ну, все, — обреченно думал я. — Завтра все подряд будут требовать накрытия поляны по этому поводу. И почему женщины не могут хоть немного помолчать.

И мое предчувствие сразу оправдалось.

Гена, обернувшись ко мне, заулыбался:

— Санек, так это дело обмыть бы надо, то счастья в доме не будет.

— Обмоем, обмоем, — проворчал я. — Езжай для начала к гастроному на Чапаева.

— Зачем? — простодушно спросила Люда.

— За надом, — улыбнулся я. — Все узнаешь, не волнуйся.

— Взяв бутылку вина и коробку конфет, мы покатили уже в общежитие.

Глава 9

Когда нежданная неприятность приносит неожиданную прибыль

Кирилин с нами смотреть комнату не пошел, отговорившись какой-то ерундой, он уехал зарабатывать деньги. Видимо, понимал, что осмотр жилья дело это достаточно интимное, и мы вполне можем обойтись без него.

У центрального входа в общежитие, несмотря на вечер, было оживленно. То и дело подъезжали такие же, как мы счастливчики, предъявив вахтерше на входе документы и получив ключ, бегом устремлялись вверх по лестнице, чтобы удостовериться, что заветная комната существует на самом деле.

Люда хотела сделать тоже самое, но я придержал ее за рукав.

— Не торопись, успеем еще насмотреться.

И повернувшись к вахтерше, поинтересовался, где можно найти коменданта общежития.

Та, отставив в сторону стакан с чаем и прожевывая пирожок, молча ткнула рукой в сторону незаметного коридора.

Поблагодарив, мы двинулись туда.

Комендантом оказалась пухленькая молодая женщина, довольно симпатичная, поэтому, когда я начал с ней разговор, у Люды явно испортилось настроение. И она, довольно чувствительно, ущипнула меня за бок.

Зато Вероника Игоревна, как звали коменданта, цвела и пахла от неожиданного подарка в виде коробки конфет и вина. Недовольное выражение лица моей жены ее нисколько не угнетало.

Только, когда нам пообещали уже завтра переклеить обои, так, как теперешние напрочь забрызганы побелкой, и вместо двух кроватей с панцирной сеткой поставить новую двуспальную кровать с пружинным матрацем из комендантского резерва, Люда начала понимать, зачем мы пошли к коменданту.

Распрощавшись с комендантшей, мы, наконец, поднялись на третий этаж и приступили к осмотру своего нового жилища.

— Саш, как ты догадался, к коменданту подойти? — поинтересовалась Люда, разглядывая заляпанные потеками побелки обои. — Мне бы даже в голову такое не пришло. Я думала, раз дают комнату, так в ней уже можно жить.

— Поживешь с мое, узнаешь, — шутливо ответил я, хотя говорил чистую правду. — А жить можно и с такими обоями, они же жизни не мешают.

Люда искренне считала мои слова шуткой, поэтому смеялась вместе со мной.

Единственное окно комнаты выходило на юго-восток, так, что по утрам в него будет светить солнце, настраивая на бодрый лад. Покачавшись и поцеловавшись на упругих кроватных сетках, мы зашли на общую кухню, где уже были установлены газовые плиты и столы с пластиковым покрытием.

— Надо будет клеенку для стола купить и разобраться, где, чей будет стоять, — озабоченно сказала Люда.

Я хмыкнул и показал ей инвентарные номера, написанные на каждом столе, они полностью совпадали с номерами комнат. Жена смущенно хмыкнула и снова завела речь о клеенке.

Завершили мы осмотр душевыми, где еще ничего не было доделано.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ничего, пока можно и в баню сходить, — успокоили мы друг друга.

— О, а вот и соседи! — воскликнул молодой светловолосый парень, рядом с которым стояла невысокая худенькая девушка. — Ну, что там, душ работает? — спросил он, видя, откуда мы появились.

— Да, фиг, там, — ответил я. — Там еще пахать и пахать.

— Все будет нормально, — заверил парень. — я сам сантехник, мы с ребятами этот душ за пару дней до ума доведем.