Лохо Эректус - Дмитрий Бычков

Когда монологи стихли, и в кабинете повисла угрюмая тишина. Генеральный по-прежнему был нем, однако на этот раз почему-то смотрел на меня очень внимательно. Выражение лица его было презрительным — вероятно, он даже не понял того, о чем мы ему только что сообщили. Наконец, выдержав паузу, он кинул на стол передо мной свой таблоид.

— Найди мне эту доску срочно! В мае мега-конференция в Сочах. Хочу там круто засветиться.

Я кинул взгляд на журнал. На одной из фоток была изображена доска для серфинга с мотором. Сопроводительная надпись гласила, что это нынче самый тренд. Однако ни названия дистрибьютора, ни контактов компании под картинкой не было.

— Хорошо, Юрий Борисович, понял. Завтра займусь.

— Давай, помоги мне. Ольга, теперь ты, — обратился генеральный к ивент-менеджеру. — Ты в отпуск на пару недель случайно отправиться хочешь? Мне кажется, тебе бы пора отдохнуть. Ты очень устала.

Та оторопела.

— Да, нет, Юрий Борисович, не чувствую пока. Я вроде зимой собиралась…

— Не, не, не, — перебил, запротестовав, Джордж. — Ты меня, блядь, не понимаешь. Если я говорю, что ты устала, значит, ты, сука, устала. Так что прямо с понедельника — в путь. И чтобы тебя тут в ближайшие две недели не было!

Ольга интенсивно заморгала. Казалось, смотреть ей стали мешать выступавшие слезы.

— Ну, Юрий Борисович, я уже со всеми договорилась. Тур забронировала. А сейчас и денег-то нет…

— Я тебе сказал, в понедельник, значит, в понедельник, тупая! А зимой — это отдельная тема, — прошипел шеф, ударив кулаком по столу. — Ты что, блядь, не русская, что ли? Тебе по-аглицки повторить? Или хочешь, чтобы я телефон твой сейчас из окна нахуй выкинул? Чтобы завтра же купила себе сраный тур! А деньги вон у Николая займи! Все, уебывай нахуй! Пока!

Ивент-менеджер, всхлипывая, выбежала из кабинета. Мы молча опустили глаза, чтобы не дай бог не встретиться ими с шефом. Тот снова начинал заводиться, и попасть под горячую руку можно было легко. Однако неожиданно Джордж успокоился — видимо, всю злость растратил, когда бил стекла клуба рукой — и вновь принялся нам что-то негромко втирать.

Смысл текста состоял в том, что преодолевать кризис необходимо сообща, в кругу единомышленников, то бишь сплотившись вокруг лидера. Но прежде всего, конечно, надо начать с себя и убить в себе упаднические настроения. Перестроиться, найти новые пути, новые решения в преодолении проблем. При этом, подчеркивал Джордж, он не намерен в отличие от других руководителей, сокращать штат сотрудников. Скорее наоборот, будет пристально присматриваться к уволенным из конкурирующих фирм с целью закупить задешево профессионалов. И так далее. Про слона он больше не вспоминал. Эта тема, похоже, перестала его интересовать абсолютно.

Однако произнесенная им ересь, как ни странно, никого не тронула, хотя все и кивали, глядя в пол. Да и верить ему на слово было занятием накладным. Но главное, чего я не мог понять, так это к чему была вся эта болтовня и почему в таком узком составе. Ведь Джордж никогда не произносил программные речи просто так, а уж если и затевал какую-то лекцию, то непременно приглашал на нее весь высший состав. Так что, определенно, этот спич ничего нам хорошего не сулил. Джордж либо снова пытался нас вместо слона загрузить, либо как раз наоборот готовил нас к увольнениям. Либо, что представлялось в тех обстоятельствах наиболее вероятным, съехал с катушек совсем. Единственное, что я вынес полезного из тирады директора, это необходимость постоянно пребывать в убежденности, что тебе все по плечу, а ноют лишь слабаки да лузеры.

В дверь постучали. В проеме показалась испуганное лицо секретарши, доложившей, что к генеральному двое из какого-то клуба.

— Зови! — невозмутимо приказал тот и откинулся в кресле.

В кабинет зашли два качка в костюмах. Один представился начальником службы безопасности заведения, где ночью накуролесил Джордж, второй промолчал. Мы поднялись с намерением выйти, но шеф жестом остановил.

— Юрий, — обратился первый к нашему генеральному и положил на стол визитку Джорджа, — я приехал, как мы договаривались. У нас, если помните, остался один нерешенный вопрос. Вы обещали расплатиться за стекло и одежду официанта. Вот, взгляните, пожалуйста, это наш счет.

Джордж не спеша закурил, взял файлик с бумажкой и, бегло пробежав, демонстративно швырнул его на пол.

— Скажи Ахмеду, сочтемся потом. Мне сейчас не до этого. Что еще?

— Юрий, я… — замялся громила. — Я как раз приехал по личному поручению Ахмеда Фазыловича. Он очень просил оплатить. И именно сегодня. Можете по безналу.

Генеральный сверкнул взглядом и, схватив телефон, стал набирать чей-то номер. На вызов никто не подходил.

— А почему пиджак штуку стоит? — с возмущением выпалил он, швыряя на стол Верту. — Для халдея что-то дороговато!

— Нет, форма официанта, конечно, стоит дешевле, — объяснил бык. — В этой сумме компенсация за моральный ущерб. Мы человека в травмпункт среди ночи возили. Он сейчас на больничном.

— Да ладно? — поднял бровь Джордж. — И сильно болеет?

Мы молча переглянулись. Было заметно, шеф начинал свирепеть. Однозначно, конфликт скоро будет.

— Юрий, поймите, вы наш почетный и уважаемый гость, и мы вас всегда ждем у нас в клубе, — с трудом подбирая слова, сжал губы начальник службы охраны. — Но у клуба есть свои правила и репутация. Надеюсь, вы не будете отрицать, что причинили нам материальный ущерб?

Генеральный побагровел.

— Прошу вас, оплатите счет, и позабудем о недоразумении…

— А если нет? — взревел, вскочив, Джордж. — Ну, говори! Что, в ебало мне сунешь? Да? Ну, попробуй! Ты кто такой вообще, чтоб мне тут указывать? Да я в вашем клубе, знаешь, столько бабла оставляю! На миллион стекол хватит! Все, я закончил! Уебывай нахуй, пока с лестницы не спустили! Адье!

Бугай посмотрел на своего спутника, на нас, оглядел кабинет.

— Юрий, Ахмед Фазылович очень просил передать…

— Закрой рот, животное! Я не спрашивал тебя, что просил передать Ахмед! Я сказал, пошел на хуй! Ты что, не понял?

Ну, ладно, ты сам виноват! — процедил сквозь зубы охранник и со всей дури нанес Джорджу удар рукой в грудь.

Тот прямо с креслом опрокинулся навзничь. С пола послышалось хрипение.

— Это тебе за "животное"! — произнес гость и повернулся к нам.

Мы продолжали сидеть, не шелохнувшись. Казалось, сейчас будут бить нас.

— И как вы только с таким уродом работаете?

Затем бык покачал головой и, плюнув себе под ноги, вместе со спутником вышел из кабинета.

Через минуту, бормоча проклятья, генеральный поднялся. Вид у него был жалкий, и мы с трудом сдерживались, чтобы не улыбнуться. Никто из нас даже не думал о том, чтобы вступиться. Более того мы даже не собирались звонить вниз на пост, чтобы вызвать охрану. Когда дыхание у шефа пришло в норму, он как ни в чем не бывало вновь бухнулся в кресло.

— У меня на ебале что-нибудь есть? — спросил он, глядя куда-то в сторону.

— Вроде нет, — робко произнес мой сосед.

— Хуево, — резюмировал генеральный и недовольно скривился.

И тут же, резко отодвинувшись от стола, что есть силы ударил себя лицом прямо об угол.

— А теперь?

От отвращения и чужой боли я даже поморщился.

— Теперь вроде да, — с трудом вымолвил ошеломленный сотрудник.

— Так вроде или да? — заорал на него Джордж. — Или тебе еще посмотреть охота?

— Нет, нет, Юрий Борисович! Что вы! — пролепетал тот. — У вас красное вот тут, под глазом, и кровь, кажется, из носа течет.

— Кровь течет? — радостно переспросил Джордж и пощупал рукой. — Охуительно! Вызывайте ментов! Будем писать заявление! Вы все — свидетели!

Из офиса я вышел около девяти, до глубины души потрясенный всем, что мне довелось там увидеть. Такой постановки, признаться, я даже не ожидал. Мне было и смешно, и противно одновременно. Но абсолютно не жалко Джорджа, который получил, что хотел. Слон, стоявший нам всем не одного седого волоса и как минимум года жизни, с этого дня, кажется, навсегда почил в бозе. Как, впрочем, я изначально и полагал. Хотя после всего происшедшего… — я аж поежился — лучше не зарекаться. Так ведь и накаркать недолго. Лучше, подумал я, вообще забыть про него и весь этот бред и вновь заняться картиной.

Ведь то, что эта вещь все же таила в себе какой-то секрет, не подлежало сомнению. Нерешенным оставался лишь вопрос, какой именно и как эту тайну раскрыть. Но идей по этому поводу у меня не имелось. В принципе, я и так уже сделал все, что было в моих силах. Серега помочь мне больше не мог, а обращаться к еще одному реставратору или музейщику было бессмысленно. Его профессиональному мнению я доверял. Наверное, подумал я, стоило пока отложить все до лучших времен, а точнее, пригубить еще абсента. Этот выход из тупика представлялся мне наиболее предпочтительным. Бухну, как в прошлый раз, решил я, а там, глядишь, и придет озарение.