Захват прошлого. Анна-флорентийка. Книга вторая - Вера Валлейн

скоро надоест. Когда человек имеет талант, он сможет начать и с одним рулоном материи, как сделал когда-то мой отец.

– Я не твой папа, и время другое и ситуация тоже.

– Да, признаю, желанием потворствовать такой глупости я не горю. Поэтому все временно. А потом я буду ждать тебя в твоем гнездышке.

– Нет, для меня это не игрушки…

Хотелось сказать, что это мой единственный шанс добиться чего-то, чтобы выжить, но он бы ничего не понял.

– Я смогу все сделать сама.

Он подошел и ласково провел рукой по моей щеке:

– Что творится в этой красивой головке… Сколько чуши там умещается…

Резким движением я отбросила его ладонь прочь, но не успела, он перехватил мою руку.

–Так ты меня благодаришь? Не ожидал…

Он прижал меня к стене и практически лишил возможности двигаться. Слишком сильный, для того, чтобы оказать сопротивление.

– Сейчас и здесь, – грубо сказал он и бросил меня прямо на пол, покрытый следами пыльных ног.

– Тут грязно! Я не хочу!

Но все попытки сопротивляться были сломлены. Не было ничего, ни нежности, ни подобия его любимых жестоких игр. Он просто грубо задрал мне юбку и овладел мной там же, на грязном полу. Быстро, словно о моих чувствах не надо заботится, словно я – вещь… Ему явно понравилось, а у меня на глазах выступили слезы.

– Ты слишком много о себе возомнила. Это дал тебе я, без меня ты ничего не сможешь! И здесь, на этом полу для тебя самое место, если посмеешь еще раз высказать мне недовольство.

Я вскочила и наотмашь ударила его лицу:

–Прочь! – крик огласил гулкие своды лавки.

– Ты посмела меня ударить? – он побледнел и погладил красную щеку.

– Да, ты это заслужил! Я не вещь и не дурочка, с которой можно делать все, что угодно. Не хочу тебя здесь больше видеть, уходи немедленно.

Он отошел к выходу, было что-то зловещее в его лице:

–Я понаблюдаю за тобой. Уверен, ты скоро закроешь это место и сама прибежишь ко мне.

– Не питай иллюзий.

– Жизнь сурова, никто не угостит тебя чашкой супа за просто так, а расплачиваться ты умеешь. Остается только дождаться полной капитуляции. И тогда ты будешь проявлять таланты в моей постели и помалкивать.

Он повернулся и быстро вышел, даже не закрыв за собой дверь.

Карета уезжала, он просто оставил меня здесь одну.

Просто чудесно, иначе и не скажешь. По его мнению, я должна пищать от восторга при виде этого безобразия? Еще и с отцом своим сравнил, упрекнув в никчемности.

Да его отец начинал свой бизнес еще тогда, когда выбор не был таким большим. Хотела бы я посмотреть на него сегодня. Вот он и поставил меня в положение своего отца, только с двумя видами ткани.

И ни один прохожий не догадается, что тут может быть лавка. Как же быть дальше?

В голове роилось множество мыслей. Но ясно было одно, в таком виде, как сейчас, оставлять это все нельзя. Тугая дверь, которая была полузакрыта, снова отворилась. Неужели перебесился и вернулся?

Я обернулась, с вызовом, ожидая столкновения с ним лицом к лицу. Но никакого Сержио передо мной не было. Там стоял незнакомый пожилой господин, критически рассматривающий лавку.

– Добрый день, что вы хотели? – поинтересовалась я первой.

–Добрый, добрый… Так это вы лавку сняли?

Ага, по всей видимости, настоящий хозяин появился.

– Да, я… Вернее, для меня.

Хозяин был несказанно удивлен:

– Зачем вам это синьорина? Я бы, конечно молчал, но место оплачено, поэтому могу и спросить. Тут же самое безнадежное помещение для торговли.

– Я знаю, – оставалось лишь пожать плечами.

– А если знаете, зачем швыряетесь деньгами? Неужели никто более мудрый не подсказал вам, куда лучше обратиться?

Ну, вот, записал в дурочки, спасибо Сержио.

–На какое время оплачена лавка?

– Два месяца.

–Хорошо…

– А почему вы спрашиваете?

– Не буду скрывать, это помещение сняли для того, чтобы я забросила свое дело. Мне выбирать не приходилось. Я только сегодня впервые увидела такое чудо.

Хозяин нахмурился:

– Деньги я назад не верну, делайте с помещением что хотите, на два месяца оно ваше. Все равно, желающих для него уже давно не наблюдается.

–А можно узнать, почему? Я слышала, тут торговец разорился.

– Да, было дело, но он торговал книгами, ему шумиха не нужна была. Только вот, верите вы или нет, но здесь уже пару раз появлялся призрак. Последний раз это было в присутствии людей. Все испугались, разбежались. После этого торговец что только не делал, но это место люди заклеймили и ходить сюда перестали.

– Просто чудесно, значит, еще и призраки тут водятся. А что за призрак? Хоть знать на будущее.

– Какой-то мужчина, они его не разглядывали детально, от страха все разбежались.

Похоже на лютый бред, откуда тут призраки? Я сразу решила уточнить, пока хозяин еще не ушел:

– Не покажете ли мне, где находятся склады Аррана?

Владелец помещения удивился, но посчитав, что вопросы излишни, вызвался меня туда проводить. А я надеялась получить назад то, что пострадало при пожаре.

Конечно же, меня не ждали.

– Если не верите мне, то обратитесь к вашему хозяину. Где он? Я знаю, что во Флоренции. Скажите, что я пришла за своим, а большего и не прошу.

Служащий недоверчиво слушал, но в итоге, решил все-таки спросить Сержио. Я боялась, что он сам придет, но великий благодетель решил набить себе цену. Посыльный вернулся с разрешением.

Передо мной поставили несколько тюков с разноцветным шелком и бархатом. Даже не разворачивая материал, было понятно, что огонь его успел хорошо повредить. Я заметила черные полосы по бокам рулонов. Надеюсь, что там хотя-бы полосы, тогда с этим еще можно многое сделать.

– А нет ли у вас носильщика? – поинтересовалась я.

Но торговцы тут же умыли руки, разбирайся, как хочешь. Самостоятельно тащить эти тюки было просто нереально. Да тут меня бы просто не поняли, чтобы знатная девушка таким занималась? Да это просто разрыв шаблона, даже если бы это был один легкий рулончик. Надо отправляться за подмогой.

– Можно я пока оставлю все здесь и вернусь с носильщиком?

Мне никто не возразил, я легко все оставила на месте, понимая, что такое добро утащить некому.

Но все сильнее передо мной висел самый главный вопрос… Чем за все это платить? На что жить то?

Сержио решил сделать широкий жест с домом и узкий с лавкой. Но помимо этого была еще и повседневность – питание, расходы на торговлю. Я уже не говорю