Лето длиною в жизнь (СИ) - Натали Морган

— Все, тихо, мистер Смарт пришел. — цыкнула вдруг на меня подруга, показав головой вниз.

В аудиторию как раз входил наш преподаватель литературы. Сегодня он был в белой футболке и ярко-голубых джинсах, и весь его облик был совсем не профессорский, а какой-то свойский, молодежный что ли. Только цепкий взгляд и поджатые губы выдавали в нем «чужого». Он пробежал глазами по первому ряду, нахмурился. Потом его взгляд стал блуждать от яруса к ярусу по всей аудитории, и он хмурился все больше и больше. При этом он не произносил ни слова, а мы сидели и ждали, когда он с нами хотя бы поздоровается.

— Тебя ищет? — догадавшись, шепнула я подруге на ухо. Она лишь пожала плечами, отодвигаясь как будто специально еще дальше за спину сидящего перед нами одногруппника. Я с любопытством следила за ее телодвижениями, потом опять за мистером Смартом, чей взгляд метался по лицам студентов. Пауза явно затягивалась, но, казалось, преподаватель не обращал на это никакого внимания. Николь практически уже сползла под сидение, распластавшись на нем. А меня начинал душить дикий смех от всей этой ситуации. — Ты с ума сошла?! Что за представление ты устраиваешь? — прохрипела я, зажимая себе рот рукой. Николь округлила глаза, замотала головой, приложила палец к губам, чтобы я молчала и не смотрела на нее. Я видела, что она сама еле сдерживается, чтобы не засмеяться в голос. В какой-то момент я все же хрюкнула. Взгляд мистера Смарта мгновенно метнулся в тот угол, где мы с ней сидели, и буквально еще через несколько секунд он оказался рядом с нами на верхнем ярусе. Его взгляд метал молнии, я буквально кожей ощутила на сколько он разъярен.

— Мисс Миллер извольте объяснить, что здесь происходит?! — рявкнул он, буравя подругу тяжелым взглядом. Меня он вообще похоже не заметил.

— Я уронила ручку, пыталась ее найти. — невинно проговорила Николь, смело взглянув ему в глаза.

— Нашли?! — прорычал он.

— Нет! — тряхнула головой Николь. Мистер Смарт смерил ее убийственным взглядом, развернулся и сбежал к кафедре вниз. Пока он спускался, Николь показала его спине язык, а я закатила глаза, трясясь в беззвучном смехе.

— Итак, начнем, пожалуй! — мистер Смарт развернулся к студентам. — Простите за эту небольшую заминку. Хотел лично убедиться, что все готовы слушать. — быстрый взгляд был брошен в нашу сторону. И после всякий интерес к нам был потерян.

— Ник, зачем ты это сделала? — шепнула я подруге.

— Хотелось увидеть хоть какие-то его эмоции. — пожала плечами Ники.

— Зачем? — вновь спросила я.

— Не знаю, возможно, чтобы понять, что он — человек, который может что-то чувствовать, а не только быть холодным чурбаном!

— Ну и как? По-моему, ничего, кроме раздражения он не испытал. А тебе с ним еще проект защищать!

— Я уже жалею, что согласилась на него. — она закрыла лицо руками, потерла лоб пальцами.

— Да что происходит то в конце концов?! — воскликнула я.

— Если бы я знала, Эмили. Я сама ничего не понимаю! Давай потом поговорим.

В конце лекции, после прозвучавшего звонка, мистер Смарт подозвал Ники к себе, а я специально осталась также в аудитории, дожидаясь ее. Я наблюдала за тем как менялось его лицо, когда подруга подошла к нему. Хищное выражение сменилось, черты разгладились, в глазах появилась теплота, они даже как будто поменяли цвет, стали более светлые, прозрачные. Движения сделались более плавными и пружинящими, мистер Смарт походил сейчас на большого грациозного хищника, что кружил вокруг своей добычи, но не желая напасть, а лишь желая поиграть. В нем как будто ожила какая-то другая скрытая энергетика, которая притягивала, завораживала.

— Николь, что с последними наработками? — мягко спросил он, усаживаясь на край стола, вертя в руках карандаш. Его руки походили на руки пианиста — тонкие длинные пальцы правильной формы, изящные кисти. Как странно, что я только сейчас обратила на них внимание.

— Все хорошо. Я вчера внесла финальные правки, флэшка у меня с собой, собиралась ее вам передать как раз.

— Отлично! Получается, что твоя часть полностью сделана? Остается соединить ее с моей и наш проект завершен. Точнее, мы в полной боевой готовности! — его губы тронула улыбка. А я с удивлением отметила две вещи: он называл ее по имени и из голоса ушел весь преподавательский официоз! Он говорил с ней как с равной, а не с высоты старшего. И при этом абсолютно не стесняясь моего присутствия. Он как будто ставил ее на другую ступень и демонстрировал это мне! Открыто, непринужденно.

— Я бы хотела прочитать всю презентацию, когда она будет готова.

— Разумеется. Думаю, к следующему вторнику все закончить. И у нас останется еще три недели, чтобы выучить весь материал и отрепетировать его. Для презентации отводится определенное время, в которое следует уложиться. Будь готова, возможно, придется что-то сокращать в тексте.

— Без проблем. — ответила Николь.

— Ну, а вы, мисс Торес, что скажете о нашей безумной затее? — внезапно обратился он ко мне.

— Надеюсь, она того стоит! Иначе нет оправдания тому, что вы буквально украли у меня подругу! Мы вообще перестали проводить с ней время, потому что она постоянно что-то то пишет, то читает!

— Ну, уверен, в пятницу вам, наконец, удалось пообщаться, и вы хорошо повеселились?! — усмехнулся он, вновь глядя в упор на подругу. А та заметно вздрогнула и ее щеки тронул румянец. — Весь университет гудит как улей, обсуждая прошедшую вечеринку. Каждая моя лекция начиналась с пятиминутки приведения в чувства пришедших студентов.

— Можем себе позволить! — кивнула я.

— Рад, что вы можете себе это позволить! — сказал он и мне показалось, что эти слова были произнесены с какой-то легкой грустью. — Что ж, не смею больше вас задерживать. — он поднялся со своего места.

— Всего хорошего, мистер Смарт! — отозвалась я.

— Вот, возьмите. — Николь протянула ему флэшку, их пальцы соприкоснулись, задержались на доли секунд рядом, и ей показалось, что между их руками пробежал электрический разряд, который пролетел по коже, и ударил в солнечное сплетение, лишая воздуха. Она вздрогнула, подняла быстрый взгляд на преподавателя. Мистер Смарт задумчиво смотрел на нее, на его лице было недоумение, как будто он увидел ее впервые. Ему вдруг нестерпимо захотелось, как можно дольше рассматривать ее. Но он лишь кивнул, сбрасывая мимолетное оцепенение, и первым вышел из аудитории.

— Это что сейчас было? — пробормотала я.

— Вот и я каждый раз задаю себе этот же вопрос, когда он вот так меняется на какое-то мгновение и я вижу перед собой совсем другого человека! И