Демонология Агапи (СИ) - Колч Агаша

«Ты чего орёшь на всю Кеталопцию?» — мгновенно откликнулась та, словно стояла у меня за спиной.

— Дальше что делать? — кивнула в сторону упакованных в сеть демонов. — Поручение я выполнила. Божественное «фи» озвучила. Может быть, вы дальше сами с ними разберётесь, а я пойду уже? Мне ещё Инка найти надо. Интуиция подсказывает, что он близко где-то.

Услышав мои слова, кто-то из демонов рискнул протестующе дёрнуться, но под давлением затягивающихся узлов мгновенно замер. Было видно, как трудно Тройке переносить пленение и физически — они тяжело дышали, мышцы были напряжены, позы неестественны, и морально — глазами сверкали, зубами скрежетали, рожи корчили.

«Что делать, что делать… Ты зачем их связала?» — поинтересовалась бабушка Кетсыла.

— Иначе они слушать не хотели. Кстати, оказывается, я не единственная посланница. Были и другие? Что с ними стало?

«Быстрее всего, на Арену отправили, — равнодушно ответила собеседница, наверное, если бы усыпальница позволяла, то и плечами пожала бы. — Они не смогли выполнить поручение и, значит, недостойны справедливости».

«Вот такая система распределения», — фыркнула я, а вслух спросила:

— Эти достойны? — имея в виду своих пленников.

Ответа не было. Аграбия притихла, оставив меня одну разгребать кучу проблем, лежащую на замусоренном полу. Обойдя по кругу, аккуратно переступая через хвосты, вывалившиеся из сети, нашла ракурс, откуда лучше всего были видны глаза Грайзы Буркало, и присела рядом с ним на пол, сметя ногой мусор. Решила, что переговоры буду вести с ним. Показалось, что из троих он самый адекватный.

— Уважаемый Буркало, искренне сожалею, что так получилось, — я обвела рукой руины. — Но мне необходимо было выполнить поручение. Иначе погибло бы существо, которое мне очень дорого. Я освобожу вас, как только получу заверение в безопасности. Можете пообещать сохранность моей жизни и здоровья? Если да, то закройте глаза.

Демон моргнул.

Начала было кастовать заклинание, разрушающее сеть, когда Филипп, сидевший до этого тихой мышкой в ранце у меня за спиной, заорал в сознании:

«Стоять! Бояться!!!»

Неожиданный окрик фамильяра прервал процесс освобождения, и я опять плюхнулась на пол рядом с Сивкиным папашкой.

«Напугал, оглашенный», — попеняла котику, а для демонов сделала вид, что шнурок завязываю.

«Это ты пугаешь глупостью, — огрызнулся зверёк. — Он ничего не пообещал, не поклялся в нашей безопасности, а ты их развязывать стала. Мозги включи!»

Команда была своевременной. Действительно, чего это я? У них тут даже справедливость не для всех, а уж обещания и вовсе дело необязательное. Тем более что как в той песне поётся: «И кто его знает, чего он моргает».

«Спасибо, дружочек!» — горячо поблагодарила питомца и обратилась к демону:

— Уважаемый, сейчас сниму заклинание немоты, и вы все дадите мне нерушимую клятву. После этого я вас отпущу. Если согласны, то моргните.

Буркало буравил меня взглядом, не делая даже попытки прикрыть глаза.

— Ну, нет так нет. Пойду, недосуг мне тут с вами париться. Друга выручать надо, — вздохнула, поднялась, отряхнула штаны и направилась к той стене, которая отозвалась на мою просьбу впустить. — Молитесь Маттоттене, уважаемые, может, она через аграбию свою передаст, когда надумаете вести переговоры…

Меня прервал звон стекла, разбившегося о стену над головой, и дождь из осколков бокала, которые, к счастью, соскользнули по ткани чудесной куртки, не причинив мне вреда. Резко повернулась и увидела, как зелёный хвост падает в изнеможении на пол. Сам Кормак, лежащий навзничь, едва дышал, но старательно хлопал веками.

— Вы согласны дать клятву? — присела я рядом и осторожно вытащила злосчастный плод из пасти страдальца.

Демон с видимым наслаждением сомкнул уставшие челюсти и несколько раз моргнул, демонстрируя своё согласие. Через минуту он без воодушевления, но старательно повторял:

— Клянусь оберегать жизнь, здоровье и честь леди Агапи вар Фламери и её питомца Филиппа всё время их пребывания в мире Кеталопции. В свидетели клятвы беру Маттоттену Справедливую и Великий Разум управления делами.

Свидетелей я добавила для солидности, без веры в то, что вышеназванные авторитеты как-то вступятся за меня в случае нужды. Демон поморщился на эту фразу, но перечить не стал.

Выпустить из пут могла или всех сразу, или никого, но демоны этого не знали, и я решила блефовать.

— Уважаемый, а вы здесь останетесь лежать или тоже присягнёте мне в верности? — обратилась к Церсылу, в надежде, что он примкнёт к зелёному коллеге.

«Капучино», страшась принять неверное решение, старательно притворялся мёртвым опоссумом. Ох уж этот выбор — быть умным или красивым, геройски погибнуть, бросившись на танк с сапёрной лопаткой, или, спасая жизнь, забиться в щель, моля Вселенную, чтобы не заметили твою трусость. Но инстинкт самосохранения зачастую сильнее моральных принципов, наверное поэтому, тяжко вздохнув, коричневый демон зажмурился с такой силой, будто в глаза ему направили луч мощного прожектора.

— Вот и славно, вот и умничка, — бормотала я себе под нос, снимая немоту с Церсыла. — Бояться не надо. Вас двое, значит, команда, а команда — это сила.

Незаметно подобрала с пола чистую салфетку и вытерла слезу, катившуюся от уголка глаза к уху. Легонько похлопала по плечу и скомандовала:

— Клянись!

Выслушав слова зарока, покивала согласно, одним движением разрушила узлы, удерживающие демонов, и отступила к стене. Клятва клятвой, но кто их рогатых знает. Да и Буркало мне ничего хорошего не обещал.

— Уважаемые, отпускаю вас всех. Пусть не по справедливости демонической, но по милосердию человеческому. Моя миссия окончена, прощайте! — продолжая пятиться к стене, сообщила я Правящей Тройке, всё ещё сидящей на полу и приходящей в себя после эмоционального потрясения.

Первым опомнился Грайза. Скрипя зубами, он едва смог поднять затёкшую руку, привлекая моё внимание.

— Что-то ещё? — остановилась я.

Демон резко провёл ребром ладони по своему горлу.

— Ой, вот не надо мне угрожать! Вы, уважаемый, хоть и не клялись, но коллеги ваши не позволят вам…

Но Буркало, не слушая меня, отрицательно тряс головой и тыкал себя в горло.

— Он говорить не может, — перевел его метания Церсыл. — Сними с него немоту.

Ох ты! Действительно, я так хотела побыстрее удрать, что чуть было не оставила Вершину Тройки безмолвным. Торопливый освобождающий жест в сторону рубиновых рогов, и я стучу по стене ладошкой:

— Сезам, выпусти меня поскорее!

— Куда же ты, уважаемая? — хрипло, но с привычным смешком спросил не присягнувший мне демон. — Эта стена не откроется, а тебе следует идти в другую сторону.

Он небрежно, не поднимаясь с пола, махнул рукой, и в сумраке напротив высветился прямоугольный проход. Оттуда потянуло холодом, но никто из троих даже не шевельнулся.

— Что же ты? — ухмыльнулся Буркало. — Иди!

Гордо выпрямив спину, расправив плечи, приподняв подбородок, хрустя рассыпанными осколками, я проследовала мимо сидящих на полу демонов в указанном направлении.

Коридор был пустой, узкий и холодный. Подёргала ворот куртки, включая отопление, и не оглядываясь пошла вперёд.

«Куда мы теперь? — спросил Филипп, тревожно завозившись в ранце. — Уверена, что нам следует туда идти?»

«Да почём я знаю! — едва не плача, ответила коту, прислушиваясь к эху собственных шагов. — Не оставаться же было с ними. Послали культурно — идём послушно».

«Не бойся — я с тобой», — успокоил фамильяр и притих.

«Мой герой!» — хмыкнула я, поправила ранец и не торопясь пошла вперёд.

Спешить в неизведанное не хотелось. Не было у меня веры в то, что неуважаемый Буркало указал путь к свободе. Хвостом чую, что иду навстречу новым неприятностям.

«Я есть хочу!» — вдруг заныл Филипп.

«Нашёл время, — ответила я неприветливо, но, прикинув, когда мы ели в последний раз, и прислушавшись к своему организму, с котом согласилась: — Я тоже хочу, но надо потерпеть».