Тайна радости - Эллен Чейз

Смех Кейси прервал его.

— Ну ты даешь! — поддразнила она, протянув руку, чтобы дернуть его за панаму на темноволосой голове. — Я и не думала, что встречусь с таким обжорой!

— Надеюсь, мне когда-нибудь удастся попробовать что-то, что навсегда успокоит мой аппетит.

Он сорвал с куста дикую орхидею и заложил ей за ухо.

Отдохнувшие мулы за полтора часа спустили их по крутой горной тропе к селению. Трэвис и Кейси оставили животных у владельца фермы на краю городка и отправились вдоль изгибов чистого белого песчаного пляжа, восторгаясь пенящимся океаном. Молодой торговец, балансировавший с черепахой на голове и державший под мышками дюжину броненосцев, старался уговорить Трэвиса и Кейси купить одно из морских сокровищ, но они со смехом отказались.

Кейси собирала морских ежей и ракушки, которые были разбросаны по серповидной прибрежной кромке, а Трэвис договаривался с местным рыбаком об обеде. Он вернулся к ней со свежей поджаренной рыбой на вертеле, черепахами и холодным пивом.

Солнце было уже у горизонта, когда они преодолели последние каменные ступени своей виллы. Золотистое небо придавало блестящим водам залива радужные оттенки.

Пока Трэвис принимал душ и переодевался в шорты-хаки и красно-белую майку "регби", Кейси не удержалась и засела за машинку. Он сердито смотрел на ее прилежную рабочую позу, сосредоточенный вид и летающие по клавиатуре пальцы. Это не входило в его планы на вечер.

Проклятая книга уже начинала действовать ему на нервы. Трэвис не хотел, чтобы такой прекрасный день она закончила опять за работой. В путешествии она расслабилась, как будто изгнав из своей души то ли нечистую силу, то ли даже демонов, которые довели ее до крайнего истощения.

Трэвис открывал, потом закрывал рот, строя возмущенные гримасы, выражающие его ревнивое недовольство, но Кейси ничего не замечала. Она приехала сюда работать, а Трэвис обещал помогать ей. Поэтому забрав приличную стопку напечатанных листов, он хмуро отправился в гостиную к софе из воловьей кожи.

Кейси выдернула очередной лист из каретки и, раздраженно смяв его, привычным жестом запустила в корзину к шести таким же несчастным комочкам. Она опустила голову, утомленно потирая напрягшиеся шейные мышцы. Ее беспокоил один эпизод в книге — любовная сцена, которая не давала ей покоя уже несколько дней.

— Это отвратительно! Это просто ужасно! Почему я не могу сдвинуться с этого места? — бормотала она вслух.

Трэвис перебрался на кушетку и посмотрел на Кейси поверх очков.

— Прервись, — спокойно предложил он ей. — Дай мне взглянуть, что у тебя получается, — может быть, я смогу помочь тебе.

Она вытащила из корзины семь смятых страниц, разгладила их и, перейдя в гостиную, плюхнулась на прохладную коричневую софу.

— У меня совершенно не выходят любовные сцены: они никак не разрешаются. — Она хмуро посмотрела на Трэвиса.

Он усмехнулся, выхватил страницы из ее уставших пальцев и положил на массивный деревянный кофейный стол.

— Зато все остальное великолепно! Поправки небольшие, я так увлекся романом, что пришлось читать по второму разу, чтобы найти грамматические и орфографические ошибки.

Лицо Кейси расплылось в довольной улыбке.

— Может, для разнообразия почитать чего-нибудь еще? — Кейси подошла к внушительной книжной полке и стала просматривать библиотеку Мэтта Грэнгера в мягких обложках и твердых переплетах.

Вскоре она обнаружила застрявший между двумя бестселлерами тонкий бумажный томик без переплета. Кейси пролистала несколько страниц, заинтересованно подняв изящную бровь, и уселась в кресло из воловьей кожи.

— На самом деле не так уж плохо, как ты думаешь, — час спустя отозвался Трэвис. — Но ты описываешь одну и ту же позу йоги.

Если ты разнообразишь, то получишь необходимый эффект.

Кейси не произнесла ни одного возражения, кроме возгласа благодарности, Трэвис положил изрядно отредактированные страницы ее рукописи и взглянул на нее.

Она, задумавшись, сидела на массивном подлокотнике кожаного кресла, свежая и отстраненная, в белых парусиновых кюлотах и голубой вязаной безрукавке. Каштановые волосы были стянуты в косу, придававшую юношеское очарование ее лицу.

— Кейси, ты слышишь меня? — снова позвал Трэвис. — Кейси!

Громкий голос привел ее в чувство. На несколько минут она закрыла глаза, затем наконец обратила внимание на Трэвиса.

— Ты что-то сказал?

Трэвис фыркнул.

— Какого черта ты читаешь, разве это так интересно?

— Действительно, ужасно написано, — согласилась она с загадочным видом и, отметив страницу, захлопнула книгу. — Но зато теперь я поняла, где ошибалась. Я пыталась написать любовную сцену, когда необходимо было писать сексуальную сцену. Между ними, оказывается, есть существенное различие. — Она помахала перед ним книгой. — Этот маленький перл меня многому научил.

— Что это еще за маленький перл? — спросил он, раздраженно подчеркивая слова.

— Она называется "Семь любовников-рыцарей Иоланды". — Кейси хитро улыбнулась. На ее правой щеке четко обозначилась ямочка. — Эти рыцари — настоящие секс-символы! Да, я темная девочка по сравнению с ними.

— Выходит, ты сидела здесь и все это время читала дрянную порнушку? — возмутился Трэвис, нетерпеливо стуча голыми ступнями по мраморному полу.

— Ну, это чтиво нельзя назвать совсем уж порнографическим, — ответила Кейси значительно. Она старалась выглядеть серьезной, но ее зеленые глаза предательски блестели. — Рыцари Понедельника и Вторника не выдерживают критики, но вот рыцарь Среды хорош, он получился очень интересным. — Она выразительно подняла брови.

— Дай-ка мне эту книгу, — потребовал он вдруг. Сорвав с себя очки, Трэвис небрежно бросил их на подушку софы.

Она с удивлением посмотрела на него: лицо его потемнело и исказилось необычной злобой.

— Что значит "дай-ка мне эту книгу"? Я еще не прочитала ее, — возразила Кейси, словно защищаясь, и, сознательно не обращая внимания на его советы, открыла книгу и углубилась в чтение.

— Я сказал, дай мне эту чертову книгу!! — заорал Трэвис, подкравшись к ней и протянув руку.

Она испуганно завопила и поспешно сунула книгу под мышку, приготовившись защищать свою собственность.

— Что с тобой случилось? — раздраженно крикнула она. — Ты что, спятил?

— Я? Какой дьявол сглазил тебя? — Рот его скривился в жуткой гримасе. — Ты что, сексуальная извращенка?

Оскорбительное высказывание достигло цели. Кейси поджала губы, подбородок ее воинственно выдвинулся вперед.