Стратегия онтологической игры - Александр Солодин

Сложность реализации нашей стратегии состоит в необходимости практического и теоретического решения массы сложнейших задач (в том числе задач активного социального продвижения), необходимости выработки и усвоения сложнейшей мировоззренческой системы, способной противостоять господствующим формам ментальности, что объясняет уникальность нашего пути, одновременно объясняет отсутствие шанса на устойчивый практический результат у любой другой школы, осуществляющей парафизические воздействия промышленного масштаба, до тех пор, пока и ими не будет поставлена задача противостояния бессознательной онтологической активности доминантной ментальной культуры.

3.3[2] Социальная адаптированность школы

— Каковы пределы возможностей психофизического целевого воздействия и чем определяются эти пределы?

— Какова социальная адаптивность нашей позиции? Как открыто мы можем заниматься нашей деятельностью, вести подготовку людей, распространять наши взгляды?

Пределы нашему действию мы встречаем извне и изнутри социума. Извне социума действуют силы нечеловеческой природы, трансцендентные по отношению к нашей реальности. Их действие не может быть целенаправленным, адресным, поскольку осуществляется не антропоморфными существами, и, следовательно, топологический код любого элемента, любого акта такой деятельности будет не совпадать с топологическим кодом нашей реальности, соответственно, не будет пространственной, временной, энергийной концентрации такого действия. Трансцендентное проявляется в человеческом мире посредством людей, которые становятся добровольными (чаще всего бессознательными) проводниками в наш мир этих энергий. Характер действия трансцендентного определяется человеческой природой своих проводников. Сама возможность проведения трансцендентного действия в человеческий мир связана с наличием в человеке рецессивных генетических блоков, представляющих предшествующие и постшествующие формы человеческого существования. Взаимодействие человека с предшествием и постшествием реальности человеческого существования осуществляется через теологическую культуру. Постшествие есть реальность нового Адама, нового мира, имеющая формы представительства в сегодняшней реальности. Предшествие рафинированное, замкнутое на человека, связано с Богом Отцом, нерафинированное предшествие дано как инфернальные миры, как постдействие человеко-звериной (природоцентричной) культуры.

Важнейшая глобальная задача человека на ближайшие столетия — преодоление антропобежности его научной и теологической культуры. Мы исходим из антропоморфности мира человеческого существования. Антропоцентричность стратегии культурного развития радикально сокращает возможности негативного трансцендентного воздействия. При продолжении нынешней антропобежной стратегии увеличивается возможность глобального влияния на человеческую реальность трансцендентных факторов, резонирующих на архаичных пластах психоконституции человека.

В ближайшей перспективе мы неизбежно будем сталкиваться со всевозрастающим негативным действием антропобежной стратегии культурного развития, которое будет усиливаться социальными институтами, использующими архаические гностические системы, аналогичные архаике теософов или оккультистов. Их глобальный шанс — в дальнейшей хаотизации общества. Сознательное использование нами знания как онтологически активного инструмента целенаправленного изменения реальности неизбежно столкнет нас с архаиками. Мы должны научиться использовать энергию такого противостояния. Доминирующая культура может отождествлять нас с ними, демонизировать, не понимания принципиального отличия, которое чрезвычайно просто может быть сформулировано как требование безусловного отказа от использования нами в нашей деятельности любых трансцендентных сил и сущностей. Это требование абсолютно неприемлемо для магов, колдунов, каббалистов и оккультистов разных мастей.

Это непонимание со стороны доминирующей культуры имеет под собой то основание, что она также является антропобежной. Классическая наука даже объявляет своей целью полную деантропоморфизацию человеческого знания. В этом бегстве от человека и старая магия, и современная наука едины, мы — иные. Социум не понимает, но угадывает в нас радикально иной культурный код, иную стратегию. В периоды нормального социального роста обнаружение такого факта неизбежно привело бы к подавлению нас. В предстоящий период радикального реформирования (возможно и трансформирования) социума, по мере осознания глобальности предстоящих перемен, мы можем рассчитывать на благоприятное отношение к себе. Наши возможности в проведении эффективных целевых воздействий будут расти по мере разрыхления общества, особенно при уменьшении доминирования сциентистской культуры, что неизбежно будет происходить и в нашем обществе, и повсеместно.

Таким образом, прогноз социальной приемлемости наших построений и дальнейшего роста эффективности нашей деятельности весьма благоприятен, границы наших возможностей скоро раздвинутся до возможности качественных изменений объектов (включая трансмутацию элементов таблицы Менделеева).

4.[3] Организация коллективного субъекта психофизической деятельности

Деятельность оператора нашей школы возможна только в коллективе единомышленников. Почему? Чем обусловливается необходимость именно коллективной формы психофизической деятельности?

Коллектив нужен как микросоциум, как социальная среда, в которой могут быть генерированы в первичной (но жизнеспособной) целостности элементы новой психоментальной культуры. Такой психоментальный комплекс, в гностическом своем измерении, не есть новая идеология, не есть схема нового генерального плана мироустройства, но есть защитная конструкция, ограничивающая, замещающая, частично разрушающая, в сознании членов коллектива, стереотипы доминирующего естественнонаучного мировоззрения.

Мировоззренческие системы осуществляют функции распределения свободной от обслуживания физиологии тела части психической (индивидуально-человеческой) энергии. Ментальные стереотипы синхронизируют внешнюю психическую активность, направляя ее в социально приемлемое русло. Высвобождаемая при разрушении ментальных стереотипов энергия может быть задействована для прямого психофизического воздействия. Такое перераспределение свободной психической энергии затрагивает интересы социума. Кроме того, для социума должна быть приемлема, прагматически оправдана потеря контроля над нами как частью социального пространства. Наша ориентированность на практическую эффективность и даже на промышленное внедрение (что немыслимо для оккультных, восточных школ) возвращает социуму потерю, но на качественно (ментально) другом уровне.

Психофизическая деятельность более всего похожа на деятельность активного воображения, организация такой деятельности есть организация психодрамы. Это предполагает организацию цикла работ, в котором задается сценарий психической деятельности с узловыми, коренными тематиками, прохождение которых (во внутренней психической деятельности) — обязательно для построения и последующего постоянного развертывания пространства психофизической деятельности. Практические критерии правильности и эффективности работы оператора, а также критерии отклонения его от правильной траектории, правильного сценария — должны вырабатываться операторами самостоятельно. Но на первых этапах задача выработки этих критериев, их применения для контроля процесса психофизической активности и корректировки такой деятельности осуществляется извне, организатором психофизической деятельности. И его задача — обязательно подготовить оператора к самостоятельной оценке эффективности своей психофизической деятельности.

Коллективная форма организации психоментальной деятельности играет особую роль в создании требуемой энергийной плотности психоментального действия и защищенности людей, участвующих в такой деятельности, от обратного действия (компенсации) среды объекта воздействия, возмущенной проведенным целевым изменением. Энергийная атмосфера коллектива создается как гомеостатичное (частично-гомеостатичное) образование.

Защита индивидуального члена коллектива от возвратного действия возбужденной среды объекта психофизического действия осуществляется тем, что субъектом такого действия является коллектив в целом. Обратное действие, которое неизбежно энергийно эквивалентно прямому действию коллектива на объект, принимается коллективом и трансформируется в дополнительный источник энергии. Другим важным аспектом удержания и использования компенсирующего ответа системы объекта является изменение формы ментальной деятельности от объект-ориентированной, регистрирующей, к целезадающей, что есть определяющая характеристика психофизического действия. Коллектив-субъект психофизического действия вырастает в энергийную систему, включающую в себя всю совокупность, весь объем изменений, произведенных таким способом в реальности. Масштаб изменений и онтологическая ответственность за них есть параметры, очерчивающие потенциал коллективного субъекта действия. Создаваемая инерция психофизического действия растет в своих объектных измерениях как снежный ком, облегчая стереотипные виды воздействия и, одновременно, повышая внутреннюю энергийную плотность атмосферы коллектива, что требует дальнейшего развития его организационной структуры, ритуализации внутренней жизни и хорошей динамики реформирующих шагов.