Прошлые жизни детей. Как воспоминания о прошлых жизнях влияют на вашего ребенка - Кэрол Боумэн

Что-то беспокоило меня в случаях из книги доктора Вулгера. Все они казались мне исключительно кровавыми и жестокими. В центре травматических воспоминаний о прошлых жизнях, кажется, стоят нескончаемые изнасилования, убийства, пытки, несчастные случаи, самоубийства и катастрофы. Почему все так трагично? Возможно, подобные жестокости были более обычным явлением в прошлых столетиях, чем мы себе представляем? А регрессии в прошлые жизни являются окном, позволяющим взглянуть на темные уголки истории в новой перспективе? Эти рассказы о прошлых жизнях никак не назовешь подслащенными пилюлями.

Но я осознала, что есть еще одна причина, по которой истории, сообщенные во время регрессий, были столь кровавыми. Пациенты доктора Вулгера обращались к нему с серьезными проблемами, увечащими их жизни, – с теми проблемами, которые не поддавались традиционному лечению. Причина этих тяжелых страданий, как правило, крылась в насильственной смерти или страшной психической травме, пережитой в далеком прошлом и оставившей неизгладимый шрам. Чем страшнее смерть, чем тягостнее травма, тем дольше будет переходить из жизни в жизнь оставленный ими шрам.

Это озарение помогло мне осознать, что вся боль и трагедия, которыми исполнены случаи из практики доктора Вулгера, не являются отражением типичных жизней. По наблюдениям Хелен Уомбэч, 62 процента исследуемых вспоминали смерть при мирных обстоятельствах. Случаи, описанные доктором Вулгером, являются экстремальными и относятся к остальным 38 процентам.

Доктор Хелен Уомбэч продемонстрировала, что счастливые жизни встречаются не так и редко, и они оставляют свой положительный след в форме таланта, добродетели, мудрости, любовных отношений и процветания в последующих жизнях. Доктор Файор также нашла подобные свидетельства. Но счастливая жизнь не приводит людей к психотерапевту. «Для пациента, переживающего тяжелый стресс, столь же ценно сосредоточиться на счастливой прошлой жизни, – говорит доктор Вулгер, – как и для врача, собирающегося лечить больную ногу, внимательно изучить здоровую».

Я уверена, что этот принцип применим и для детских воспоминаний о прошлых жизнях. Большинство из них вполне безобидно и не причиняет проблем в будущем. Но случай с Сарой и Чейзом научил меня тому, что дети способны носить на себе шрамы травматических воспоминаний так же, как и взрослые. Их смерти были не менее ужасны, а последние воспоминания не менее болезненны, чем смерти тех взрослых, с которыми имели дело доктор Хелен Уомбэч, доктор Файор и доктор Вулгер. Чейз погиб во время бойни Гражданской войны, а Сара сгорела заживо во время пожара. Память о таких трагедиях жива не только у взрослых.

Доктор Вулгер сделал нечто большее, чем просто продемонстрировал ряд проблем, которые можно исцелять при помощи реинкарнационной терапии. В его книге речь идет о механизме работы регрессий в прошлые жизни. Обычно он объясняет это, говоря, что реинкарнационная терапия не является изолированной техникой, а скорее продолжением рутинной психотерапии. Он демонстрирует шаг за шагом, как принципы западной психологии можно применять к прошлым жизням.

Например, он любит одну цитату из Юнга: «Комплекс возникает тогда, когда мы терпим поражение в жизни». Вулгер спрашивает: «В которой из жизней?» Он осовременил фразу Юнга: «Комплекс возникает тогда, когда мы терпим поражение в любой из жизней» {11}.

Начиная с Фрейда, в традиционной западной психологии считается, что все, что мы переживаем в этой жизни, запечатлевается в подсознании – то есть вся сила нашей психики неподвластна нашему осознанию. Эти подсознательные силы направляют, придают форму и окраску всему, что мы чувствуем, думаем и делаем. Доктор Вулгер просто утверждает, что переживания наших прошлых жизней также плавают в этом подсознательном супе. Травмы, эмоции и мысли сброшены в этот суп вместе с тем, что мы пережили в нынешней жизни. Оказавшись в подсознании, все эти воспоминания подчиняются одним и тем же законам и ведут себя одинаково. Любая серьезная травма, произошла ли она несколько лет или несколько жизней назад, будучи забытой и подавленной, может вызвать проблемы. Это также означает, что все забытые и подавленные травмы могут быть исцелены подобным образом – выведены в сознание. Психотерапия – это процесс охоты на изначальные травмы, с тем чтобы раскрыть их перед сознанием.

С точки зрения доктора Вулгера, поле поиска, допустимое в рутинной психологии, слишком сужено. Такое исследование ограничено нынешней жизнью и не уходит глубже момента рождения.

Психотерапевты прошлых жизней доказали, что стоит расширить рамки традиционной психологии и пересмотреть различные прошлые жизни. При расширении рамок, рождение перестает быть абсолютным началом, исходным пунктом отсчета времени. Скорее, это переходный период, та дверь, сквозь которую многоопытная душа протаскивает багаж знаний, накопленных ею в прошлом. В этой новой парадигме идея о tabula rasa –представление о том, что человеческий разум при рождении совершенно чист и на нем записывается новый жизненный опыт, – разрушается. Смерть также не является конечной точкой отсчета – это не абсолютный конец всех последствий. Она тоже переходный период – та дверь, через которую отлетает душа для путешествия в новые жизни.

Но смерть – нечто большее, чем просто дверь. Это также психологическое событие, травма с психологическими последствиями. Психотерапевты прошлых жизней приобрели определенный опыт, но даже им следует узнать гораздо больше, так как идея совершенно нова. Вот почему доктор Вулгер решил учиться у восточных философов – индуистских и буддийских мудрецов, в частности у авторов «Тибетской Книги Мертвых», которые изучали и исследовали момент смерти в течение столетий.

Буддисты пишут о разуме – так же, как и западные философы. Но они начинают с совершенно новой посылки – концепции о том, что сознание существует отдельно от тела и продолжается после смерти. Эту идею о продолжении трудно понять людям Запада, так как нас учили, что сознание рождается вместе с телом и угасает с физической смертью. Но рассказы западных людей, переживших клиническую смерть, вкупе с воспоминаниями о прошлых жизнях, людей, пришедших сквозь регрессию, являются подтверждением восточных мифов, существовавших тысячелетия назад.

Буддисты проследили стадии разума, который проходит полный цикл из жизни в жизнь, в том числе и интервал между жизнями. Согласно священному буддийскому учению, момент смерти является пиковым психологическим моментом – высшим бардо всего цикла жизни, смерти и возрождения.

В момент смерти мы отбрасываем свои физические тела и все ментальные барьеры. Иллюзии физического мира исчезают, и мы встречаемся лицом к лицу с тем, что буддисты зовут «Чистым Светом Реальности» или «подлинной природой Разума». Здесь квинтэссенция Вселенной и наша внутренняя природа являются одним и тем же. «Осознание природы разума равносильно осознанию природы всех вещей» {12}. Это вневременная, не имеющая возраста сущность, неподвластная самой смерти.

Такое возвышение сознания делает момент смерти прекрасной возможностью добиться прогресса душе в ее космическом путешествии. В этот момент становится возможным открыть сердца и объять истину о нашей собственной божественной природе, в то же время избавляясь от всякого негативизма и травматических переживаний последней жизни и предшествующих ей жизней. Таким образом мы приближаемся к более благоприятной жизни.

Но это и опасный момент, так как именно в это время «смерть может непропорционально увеличиться и заполнить наше восприятие полностью» {13}. Таким образом, если наш разум в этот момент был занят мелочными и негативными мыслями, они усилятся и будут доминировать в нашем сознании, влияя на особенности следующего воплощения.

Это же обнаружил и доктор Вулгер, исследуя своих пациентов. В своих поисках причин проблем нынешней жизни он пришел к выводу, что смерть является тем психологическим событием, которое оказывает наибольшее влияние на благополучие последующей жизни. Многие проблемы, мешающие людям в этой жизни, можно проследить непосредственно до мыслей и чувств (обычно отрицательных), сопровождающих момент смерти. Эти мысли и чувства не умирают вместе с физическим телом. Они вплетаются в память души и составляют сложный узор образов, мыслей и чувств, отпечатанный в высоком переживании. Как объясняет это доктор Вулгер: «Возвышенное сознание, характерное для момента смерти, с огромной силой отпечатывает умирающие мысли, чувства или ощущения на то (не важно, как мы это называем), что переносит нашу сущность из одной жизни в другую» {14}.