Притворись, что ты моя - Люси Скоур

– Пожалуй, нам нужно отправляться обратно. Завтра мне рано вставать.

Люк говорил ровным, но хриплым голосом. За внешним спокойствием скрывалось что-то происходящее в его душе, но Харпер не могла сказать, что это.

На столе их ждал чек, и, когда Харпер протянула к нему руку, Люк выхватил его у нее.

– Так не пойдет, милая.

– Я пригласила тебя на ужин. Я угощаю, – сказала Харпер, протягивая руку через стол.

– Нет. – Его отказ был тверже, чем окружавшие их каменные стены.

– Люк… – попыталась Харпер снова.

– Харпер. Нет. Давай допивай свое пиво.

Она нахмурилась, глядя на Люка. Стоило лишь слегка воспротивиться ему, и он превратился в статую.

* * *

Взяв Харпер за руку, Люк чуть ли не потащил ее к парковке, куда долетал стрекот сверчков, раздававшийся в ночной прохладе. Люк подтолкнул Харпер к пассажирскому сиденью «жука».

– Я поведу. – Он положил руку на дверь, не давая ей открыть машину. – Послушай, я должен кое о чем договориться с тобой прямо здесь.

Харпер стояла, прислонясь спиной к машине, а Люк засунул руки в карманы.

– Это не должно произойти.

– Что именно не должно произойти? – Харпер удивленно взглянула на него.

Он пристально посмотрел на нее. Она вынуждает его произнести это.

– Мы не можем усложнять ситуацию, занимаясь сексом.

– Что такого сложного в сексе?

– Харпер, – прорычал он.

– Прости, продолжай, пожалуйста. – Она улыбнулась, и ему захотелось придушить ее.

– Я не хочу, чтобы у тебя создалось ошибочное представление и ты решила, что между нами завязывается романтическая интрижка…

Она вытаращила глаза.

– Кто говорил об интрижке или связи? Ты уезжаешь. Я уезжаю. Это не означает, что мне неприятно, когда ты прикасаешься ко мне. Потому что мне правда приятно. Это заставляет меня задуматься.

– О чем задуматься? – Он знал, что ступает на очень зыбкую почву. Он уже стоял слишком близко к Харпер. Казалось, он не в силах заставить себя отстраниться от нее.

Она обвила его шею руками, притягивая к себе до тех пор, пока не задела его грудью.

– Я думаю, что бы я почувствовала, если бы мы поцеловались? – Она говорила тихим шепотом, приоткрыв губы. Приглашая его.

Он затаил дыхание. Он не мог оттолкнуть ее, сказать ей, чтобы она прекратила. Он должен был это сделать. Но он стоял неподвижно, не мешая ей встать на цыпочки и прижать свои нежные губы к его губам. Потому что в этот момент ему ничего так сильно не хотелось, как этого поцелуя.

Затрепетав сомкнутыми веками, она тихо вздохнула, охваченная желанием.

Этого было достаточно для того, чтобы Люк перестал сопротивляться. Поднеся руку к ее голове, он резко откинул волосы назад, чтобы было удобнее добраться до этого сладкого рта. Его язык дерзко проник в раскрытые губы, встретившись с ее жадным языком. От того, что Люк пробовал Харпер на вкус, его поцелуй отнюдь не становился нежнее. Он впивался в ее губы и вновь и вновь пронзал ее своим языком, совершая при этом ритмичные движения бедрами.

Харпер сцепила руки у него на шее, и Люк застонал. Его руки скользнули по ее ребрам, проникли под короткий узкий пуловер, и кончиками пальцев он дотронулся до кружева.

Он почувствовал это прежде, чем увидел. Харпер слегка поморщилась, когда его рука коснулась ушибленных ребер.

Он мгновенно отпрянул. Ругая себя и, возможно, ее тоже, он рывком открыл пассажирскую дверь и посадил ее в кресло.

Десять минут спустя, когда они ехали по дороге, его пенис все еще не обмяк и причинял боль. Люк чуть было не искалечил ее на парковке. Если бы он не заметил, как Харпер поморщилась от боли, когда он слишком крепко прижался к ней, то нашел бы способ трахнуть ее прямо на парковке. Он испытывал унижение от того, что потерял контроль над собой. Он забыл, что Харпер ранена. Забыл правила, которые тщательно соблюдал, план, которому следовал многие годы. Все полетело к чертям, потому что он не смог помешать себе прикоснуться к ней.

Его тело не должно было так реагировать на нее. И все же у него возникала эрекция всякий раз, когда он видел Харпер.

Когда она склонялась над столом в своих коротких шортах. Когда скакала в его белой майке, в которой спала до сих пор. В белой майке, которая отнюдь не скрывала ее идеальных сисек, тоскующих по его рукам. А сексуальные маленькие трусики, которые она носила под майкой? Харпер приводила его в бешенство. Он боялся, что она никогда не станет спать в чем-то, что не будет просвечивать.

Он приходил в состояние возбуждения, если находился на расстоянии трех футов от нее. Как пережить месячную эрекцию? Может быть, ему нужно обратиться к врачу?

Люк ощущал себя бомбой замедленного действия. Если бы он трахнул Харпер, вполне возможно, он убил бы ее. Ему хотелось верить, что он так реагировал на нее потому, что очень давно был один. Но он понимал, что это ложь. В Харпер было нечто такое, что тянуло и привязывало его к ней.

– Ты ненормальный? – с пассажирского места спросила Харпер все еще с распухшими и покрасневшими после его приступа губами.

Он не ответил, но чуть крепче схватился за рычаг переключения передач.

– Прости, что я так навязчиво пристаю к тебе, Люк. Я не собиралась расстраивать тебя. Просто мне хотелось узнать, как ты целуешься. Я обещаю относиться к твоим чувствам с большим уважением.

Она обещает относиться к его чувствам с большим уважением? Ведь это он придавил ее, как взбесившийся подросток.

– Харпер…

– Правда, извини. – Большие серые глаза покаянно смотрели на Люка.

– За что именно ты извиняешься?

– За то, что заставила тебя целоваться, когда ты не хотел этого. Я подумала, что тебя тянет ко мне так же, как меня к тебе. Мне не пришло в голову, что это не так, и потом я практически облизала тебя. Обычно я не пытаюсь вот так пожирать мужчин.

– Ты думаешь, что меня не тянет к тебе?

– Разве не поэтому ты наотрез отказался говорить со мной о сексе?

Люк резко повернул дребезжащего «жука» и остановился на обочине дороги.

– Харпер, невозможно испытывать более сильного физического влечения, чем то, которое я испытываю к тебе. Я постоянно борюсь, чтобы не потерять контроль над собой, не сорвать с тебя одежду и не воткнуть в тебя свой член только ради того, чтобы почувствовать, как ты кончаешь на мне.

У Харпер отвисла челюсть.

– Понимаешь? Такие мысли крутятся в моей голове, когда я рядом с тобой.