Двуединая монархия. В Великой войне 14 года - Алексей Николаевич Кукушкин

типа Tb 74T разряжали свои орудия по британцам уничтожая дальномерные посты, ходовые мостики, антенны, надстройки, трапы, легкие конструкции, контузят расчеты башен и мешая им вести какую бы то ни было стрельбу, тем более точную, но британцы стреляли отлично. Все же пара снарядов калибром 13,5-дюйма угодила в броненосец «Эрцгерцог Франц Фердинанд», два таких же снаряда и еще пара 6-дм в броненосец «Эрцгерцог Фридрих», три снаряда словила «Кайзерин Мария Терезия», и для него это было почти нокаутом. В броненосный крейсер «Санкт Георг», который британцы приняли за линейный корабль угодило шесть снарядов, и он чудом остался держаться на плаву, это касалось и броненосца «Эрцгерцог Фердинанд Макс», он тоже чудом не утонул. Но все жертвы были более чем не напрасны, башни сверхдредноутов замолкали одна за другой, то теряя орудия, то выползал оглушенный экипаж, то не получая целеуказания с ответственных за это дело постов, а бывало и все вместе причины настигали несчастных, однако количество переросло в качество и гномики стучали своими кирками по британцам дружно, сильно и с разных сторон. Отличился «Тегетхофф» уничтоживший своими 450-кг снарядами «Монарх» и крейсер «Джуно», «Вирибус Унитис» уничтожил десять французских миноносцев, силуэты которых впередсмотрящие смогли различить между волн. Линкор «Конкерор» пустил на дно уже упоминавшийся «Эрцгерцог Фердинанд Макс», который потерял руль и дымовую трубу, а также объятый пламенем вышел из боя. Крейсер «Джуно» уничтожил броненосец береговой обороны «Арпад» из своих 9,44-дюймовых орудий всаживая снаряды в борт один за другим. Победа что свершилась здесь в дельте Нила стоит вровень с Трафальгаром и победами адмирала Ушакова, так как впервые было подорвано морское владычество Великобритании и её опора на флот. Рудольф вместе с многочисленными поздравлениями получил и предостережения, что мимо Калимноса идет английская эскадра из двух сверхдредноутов, двух дредноутов и десяти эскадренных броненосцев, а со стороны Тобрука пятнадцать эскадренных броненосцев плюс не меньшее количество кораблей сопровождения. Самым разумным делом в данной ситуации было ретироваться, тем более что он, адмирал Рудольф Монтекукколи сделал все от него зависящее, и даже чуточку больше. Обрадовало сообщение из Сплита, что линейный крейсер «Гебен», броненосный «Блюхер», зачисленный в отряд Средиземного моря вместо сломавшегося «Бреслау» готовы к рейдам, им придан еще бронепалубный «Гельгогланд» и пять миноносцев типа «Татра».

29 августа, суббота. Начальник Генерального штаба Конрад фон Хётцендорф недооценил германские войска. Даже находясь на территории союзника, они планировали свои операции самостоятельно. Своими силами они и притворяли их в жизнь, не считаясь со смертью. Так и сейчас войска расквартированные в Лемберге и Тарнополе штурмуют Луцк, наступая на лютеранскую кирху и центральную городскую улицу.

Городская улица Луцка, нач. XX столетия.

В Тарнополе после ухода четырех кавалерийских дивизий остались два штаба и шесть пехотных дивизий, и если сейчас их отправить на помощь германцам, нас атакуют одиннадцать русских дивизий, и как ляжет карта, одному Господь Богу известно, но и Луцк нам нужен, поэтому Конрад фон Хётцендорф отдал приказ 2-й армии генерала фон Паара наступать на Луцк, а 1-й армии фельдмаршала Салис-Соглио оказать необходимую помощь союзникам во взятии Холма[45], а сам стал внимательно наблюдать за ситуацией и с опаской узнал, что в сторону Хотина идет 15 дивизий врага.

30 августа, воскресенье. Адмирала Рудольф Монтекукколи прибывшего в гавань Тель-Авива на всей оставшейся части австро-венгерской эскадры встречали как героя, а он, презрев все почести махом созвал всех капитанов кораблей, в то время, как матросы грузили уголь, нефть, снаряды, заряды, провизию и исправляли то, что могли исправить.

– Я принял решение прорываться обратно в Адриатику, – обвел он взглядом притихших капитанов, – со мной идут все корабли способные дать 18 узлов, хотя бы на несколько часов, и без критических повреждений.

– Позволь мне здесь остаться адмирал, – встал и произнес вице-адмирал Гаус, приведший в эти воды 2-ю эскадру, потеряв броненосец и крейсер, – со мною останутся «Кронпринц Эрцгерцог Рудольф», уничтоживший две флотилии миноносцев турбинных и паровых, «Монарх», «Будапешт», «Эрзац Тегетхофф», «Эрцгерцогиня Стефания», которая залепила 12-дюймовый снаряд самому «Дредноуту», а также пять транспортных пароходов.

– Защищайте гавань Тель-Авива и ремонтируйтесь, а я надеюсь проскользнуть на север, под покровом темноты и пройдя между Фамагустой[46] и Алеппо, затем мимо Антальи и Калимноса, Мореи попасть в родные порты.

– Но ведь часть кораблей имеет повреждения, любое, повторюсь любое столкновение, и они окажутся на дне!

– Мы уже утопили два дредноута, три эскадренных броненосца, три броненосных крейсера, четыре бронепалубных крейсера и семь флотилий эсминцев не для того, чтобы отступать! – ударил рукой по столу Рудольф, после стольких выходов в море и нахождения на мостике под огнем противника нервы были ни к черту, – я все рассчитал, и если и где-то допустил промашку, то погибну с моим кораблем и с моими людьми, не посрамив честь флага двуединой монархии, но наша задача дойти, отремонтироваться и вновь бить англичан и французов на просторах Средиземного моря, до победного конца этой дурацкой войны, когда из за смерти одного человека погибло уже тысяч триста.

– Я желал бы любую офицерскую должность на Вашей уходящей эскадре, но должен выполнять свой долг здесь, – произнес Гаус.

Ночью, потушив все огни большая часть флота покинула гавань Тель-Авива.

Штормовой сентябрь

3 сентября, четверг. Адмиралу Рудольф Монтекукколи впервые за три дня удалось вздремнуть, и то, что штаб-офицеры буквально силой отправили его в каюту, когда он забылся на десять минут. Позавчера они шли вдоль берега Леванта опасаясь, что их нагонят линейные крейсера англичан «Инфлексибл» (Несгибаемый), «Индомитебл» (Упрямый), «Индефа́тигебл» (Неутомимый), задержат боем, а затем нагонят пять сверхдредноутов типа «Орион» и своими 343-мм снарядами, в эффективности которых уже пришлось убедиться во время боя с «Монархом» и «Завоевателем», добьют австрийские корабли, и пустят экипажи, половина которых не умела плавать на корм рыбам, которые в огромном количестве обитают в этих водах.

Линейный крейсер «Неутомимый» (22000 тонн, 180×24,4×8 метров, 32 котла, четыре турбины, 44000 л/с, 25 узлов, 800 человек, 4×2 10-дм и 16 4-дм орудий).

Существовала опасность поломки и собственных кораблей, так как броненосец «Эрцгерцог Фердинанд Макс» тек как дуршлаг, и водоотливные средства работали на полную мощность уже три дня. Подобным образом обстояли дела на «Святом Георге», который держался лишь на самоотверженной работе экипажа и бронепалубном крейсере «Асперн». Наблюдатели тоже выбились из сил, в каждой точке на горизонте ища врага, так как сейчас как никогда еще существовала возможность выслать вперед дредноуты,