Счастья много не бывает - Патрисия Тэйер

— О, Бекки, — прошептал он и прислонил голову к ее груди. — Я не знаю, что буду делать, если вдруг…

— Ш-ш-ш… Не буди лиха, Митч. С Колби все в порядке.

— Черт возьми, как тяжело в такой ситуации оказаться одному. Я не хочу, чтобы ты уезжала.

Решимость ее ослабела.

— Я не уеду прямо сейчас. Отложу свой отъезд до тех пор, пока Колби не поправится.

Он откинул голову и заглянул ей в глаза.

— Ты уверена?

Нет, больше она не уверена ни в чем. Она кивнула.

— Мне надо поработать в твоем офисе.

— Когда ты посмотришь Колби утром, скажи Уоллу, что надо сделать. Я отдам ему насчет этого распоряжение, а потом зайду за тобой днем. Добро?

— Хорошо. Но еще один вопрос. Мы не должны позволять себе ничего личного.

— Ты имеешь в виду — больше никаких поцелуев?

Она кивнула.

Он вздохнул.

— Вы берете на себя непосильную ношу, мадам. Но если это единственный способ оставить вас здесь… И когда же начнет действовать этот новый порядок? — Он привлек ее к себе.

Она вся затрепетала.

— Завтра, — выдохнула она, и Митч прильнул к ее губам.

Утром Митч, урвав свободную минуту, поспешил обратно к дому. Он знал, что удержать его сына на одном месте невозможно. И, кроме того, он надеялся увидеть Ребекку.

Ему вспомнились вчерашние поцелуи. Они длились один за другим, пока он, боясь совсем потерять голову, не отправил Ребекку спать.

Ему ужасно не хотелось испортить все дело. Пусть Ребекка остается до тех пор, пока их чувства не станут ясными и понятыми. Но что, если из этого ничего не выйдет? Нет, внутренний голос говорил ему, что карьера для Ребекки — не самое главное в жизни.

Он уже знал, как трепетно она относится к его детям. Она настоящая мать. И вдруг ему представилась Ребекка, беременная его ребенком. У него перехватило дыхание. Неужели его чувства к ней зашли так далеко? Он открыл дверь, направился к семейной гостиной и услышал звуки любимого сыном фильма. Колби сидел на диване с игрушечным солдатиком в руке.

Митч взглянул в другой конец комнаты — Ребекка сидела за столом, просматривая бумаги. На ней были джинсы и красная рубашка-поло. И, что самое важное, — ее прекрасные волосы были распущены.

Колби наконец заметил его.

— Привет, па! Что ты здесь делаешь?

— Пришел тебя проведать. У меня есть несколько минут перед отъездом в город, — сказал он и потрепал сыну волосы. Затем взглянул на Ребекку. — Потом я поеду с Уоллом проверить стадо. Возможно, приду поздно.

— О'кей, — сказала Ребекка.

— Мне хотелось бы быть уверенным в том, что Грета присматривает за Колби.

Ребекка улыбнулась.

— И я буду рядом, если возникнут какие-то проблемы. Но, думаю, их не будет. Твоя дочь очень взрослая для своих лет.

— Ты имеешь в виду для одиннадцатилетнего ребенка? — Митч стал серьезным. — Иногда мне кажется, что я украл у нее детство. Она неожиданно повзрослела, когда умерла Керри.

— Очень тяжело потерять мать так рано. В любом возрасте тяжело. Грета — потрясающая молодая леди.

Митч не мог не заметить сходные черты в обеих женщинах.

— Она тянется к тебе, — сказал он. — А я, чувствую, все больше буду от нее отдаляться.

— Тебе надо с ней все время беседовать, она требует особого обращения, — посоветовала Ребекка.

Митч задумался, не по вине ли ее отца, живущего в Англии, у них были разорваны отношения.

— Любая женщина требует особого обращения. Кто-нибудь ценил твои чувства, когда ты была в возрасте Греты?

Ребекка отвернулась в сторону.

— В некоторых семьях, в которых происходит развод, внимание сфокусировано совсем не на детях. Но это прошлая история. Я лучше пойду загляну к Грете. — Она встала и вышла из комнаты.

Ребекка избегала вопросов о своей семье. А он хотел узнать больше об этой женщине. И особенно о том, кто ранил ее так глубоко.

Неделя прошла быстрее, чем Ребекка могла себе представить. Колби быстро поправлялся. Митч перегнал стадо на новое пастбище, а она занималась сайтом мясоперерабатывающего завода. Еще полгода — и все будет налажено.

Сегодня Митч Такер занимался проектом, просчитывал дальнейшие шаги.

Утром, в день отъезда Ребекки, Грета приготовила завтрак, пока Ребекка укладывала дорожную сумку. Проверив все ящики — не забыла ли чего-нибудь, — Ребекка направилась на кухню. Ей было тяжело прощаться. Она не знала, вернется ли сюда снова. Может, будет лучше для всех, если она не вернется никогда. Лучше оборвать все сейчас, чем потом страдать, и это особенно касалось ее.

Она встретила Митча на кухне, но он был не один. Колби и Грета казались печальными — им было жаль, что она уезжает.

— Не хочу, чтобы ты уезжала, Ребекка, — сказал Колби.

— Но мне надо быть на работе. Я отсутствую уже более трех недель. — Дети не знали, что она решила прервать отношения с их отцом — отношения, которые никуда не могли привести. У нее не было будущего с мужчиной, который хотел иметь кучу детей.

После того как она сердечно попрощалась с ними, Митч помог ей забраться в «рейнджровер». Затем, проинструктировав дочь, как присматривать за Колби, пока он не вернется, включил мотор. Машина тронулась с места. Ребекка смотрела на детей, казавшихся заброшенными и махавших ей рукой. Почему ее не покидает ощущение, что она бросает их?

Ее внезапно охватила паника, захотелось открыться Митчу, признаться ему, что она хочет остаться, — и будь что будет. Но она не могла нагрузить его своими проблемами. Придется решать их самой, что ей и приходилось делать с самого детства.

Митч поддерживал непринужденный разговор, пока не подъехал к взлетной полосе. Он выпрыгнул из машины, и Уолл подал ему знак из самолета, что он готов к полету.

Зато Митч не был готов к расставанию. Он помог ей выйти из машины, но встал у нее на пути, пока не сказал то, что ему необходимо было сказать:

— Помни о нас, когда вернешься домой.

— Конечно, Митч, но… — она на секунду закрыла глаза, — когда я вернусь, все будет по-другому.

Он решил не развивать эту тему, понимая, что, если будет слишком настойчивым, она не вернется никогда.

— Хорошо, если ты так хочешь, занимайся бизнесом. Но мы сделали этот проект вместе — и посмотрим, куда он приведет.

Она не успела ответить. Подошел Уолл, взял ее багаж и отнес в самолет.

— Мне надо идти.

Он наклонился к ней и поцеловал ее — нежным и легким поцелуем.

— Счастливого полета, Ребекка.

— До свидания, Митч, — прошептала она и направилась к самолету.

Он окликнул ее, и она обернулась.

— Не забывай, что, как бы тебе ни было тяжело, ты не одна. У тебя есть я.