Китайская мысль: от Конфуция до повара Дина - Рул Стеркс

class="p1">Однажды я, Чжуан Чжоу, увидел себя во сне бабочкой — счастливой бабочкой, которая порхала среди цветков в свое удовольствие и вовсе не знала, что она — Чжуан Чжоу. Внезапно я проснулся и увидел, что я — Чжуан Чжоу. И я не знал, то ли я Чжуан Чжоу, которому приснилось, что он — бабочка, то ли бабочка, которой приснилось, что она — Чжуан Чжоу. А ведь между Чжуан Чжоу и бабочкой, несомненно, есть различие. Вот что такое превращение вещей! («Чжуан-цзы», 2.14).

Но как правильно воспринимать перемены и как справляться с ними? Первое, что нужно сделать, — это определить, какие виды изменений мы переживаем и наблюдаем: смена ли это времен года, рост и увядание растений, старость и ее воздействие на тело, колебания чувств, что-нибудь иное. Второе, что необходимо предпринять, — это попытаться сосредоточить свои усилия на приспособлении к текучему миру. Например, можно попробовать предсказать, что конкретно и как будет меняться, и тем самым смягчить последствия будущих событий. Китайцы разработали множество гадальных техник, позволяющих провидеть, что ждет человека впереди. Почти все они популярны и сегодня; в этом ряду астрология, нумерология, гадания по телу, ладоням или лицу (физиогномика), толкование сновидений (онейромантия), гадание на стеблях тысячелистника, предсказания будущего по природным знамениям и аномалиям. Если мы постигнем суть происходящих изменений, то можно будет попробовать встроиться в них и тем самым получить возможность хоть какого-то контроля над вечно преобразующейся средой. Это не только оградит нас от отрицательных последствий, вызываемых пренебрежением к переменам, но и позволит обратить их себе на пользу — именно так поступают крестьяне, приспосабливающиеся к смене времен года. Мы тогда сумеем взять под контроль время и разработать расписание или календарь, позволяющие с максимальной эффективностью спланировать наши действия далеко наперед. Психологически мы способны даже научиться утешать себя мыслью о том, что перемены — это единственное непреходящее в нашем непостоянном мире.

Илл. 2.3. Гексаграммы «Цянь» (творческое начало), «Кунь» (восприимчивость) и «Хэн» (постоянство)

Знаменитая «И цзин» («Книга перемен»)[25], некоторые фрагменты которой были созданы еще в X–VIII вв. до н. э., остается классическим примером такого руководства. Это сочинение было призвано помочь обрести ориентиры в постоянно меняющейся реальности; оно подсказывает, как оптимальнее реагировать на новые ситуации и положения. Текст выстроен вокруг 64 комбинаций, состоящих из шести сплошных или прерывистых линий и известных как гексаграммы (пример см. на илл. 2.3).

У каждой гексаграммы есть название, за которым следует набор типовых фраз, образующих некое высказывание. В нем фиксируется определенный смысл, «привязанный» к гексаграмме как графическому символу, используемому при гадании (например, «Благоприятно возведение князей и движение войск» или «Благоприятна в трудности стойкость»[26]). Далее следуют высказывания, описывающие каждую из шести линий гексаграммы, сопровождаемые многоуровневыми комментариями. Образы, задействованные в базовом тексте, двусмысленны и туманны. Это позволяло гадателям на стеблях тысячелистника предлагать различные их толкования. Именно абстрактный и загадочный язык, предполагающий множественность толкований, породил целую индустрию, построенную на применении «И цзин», причем не всегда добросовестном, в качестве практического пособия в многообразных сферах деятельности — от самолечения до азартных или компьютерных игр. В чередующихся линиях гексаграмм прорицателю виделись константы, скрывающиеся под вечной флуктуацией сменяющих друг друга ситуаций. Опираясь на это, он мог предсказывать возможные будущие исходы.

Даже если не касаться технической сложности гадания по «И цзин», вполне ясным остается главный вопрос, на который она пытается дать ответ: как человеку разобраться в постоянно меняющемся мире, как совладать с ним? В этом смысле комментарии, сопутствующие описаниям гексаграмм, способны сообщить гораздо больше, чем упражнения в нумерологии и таинственные формулировки базового текста. Эти комментарии известны под общим названием «Десять крыльев» («Ши и»). Самая важная их часть — так называемый «Великий комментарий», или «Приложенные афоризмы» («Си цы чжуань») — излагает космологию перемен, отраженную в гексаграммах, в более развернутой, но не менее сложной прозаической форме. Там говорится о древних мудрецах, которые разглядели графические символы и знаки в самой природе, что, в свою очередь, вдохновило их на создание общества и цивилизации, а также сопутствующих институтов. В тексте повествуется о том, как все сущее возникало из первичной бесформенности и нерасчлененной энергии ци. Сама «И цзин» предстает здесь едва ли не воплощением глубинных космических закономерностей; авторы-комментаторы убеждены, что для разрешения загадок меняющейся Вселенной просто необходимо обращаться к этой книге, всесторонне осваивая ее. Комментарии полны метафор, отражающих понятие изменчивости, и самая яркая из них запечатлена в образе дракона — в одном из классических символов Китая. Возьмем, к примеру, фрагмент из манускрипта на шелке[27], связываемого с «И цзин» и обнаруженного в 1973 г. в гробнице Мавандуй недалеко от Чанша (провинция Хунань), в котором Конфуций описывает это непостоянное создание:

Поистине велик дракон! Форма дракона изменяется: когда он являет себя при правителе, он, подобно божеству, полон добродетели. ‹…› В морских глубинах, среди рыб и гадов, нет ни одного водного создания, которое не следовало бы за ним. На возвышенностях же боги грома кормят его, ветры и дожди уходят с пути его, и птицы не вмешиваются в дела его. [Учитель сказал]: «Дракон и вправду велик! Он может обращаться в облако. Он может обращаться и в змея, и в рыбину. Он может обращаться и в птицу, и в насекомое. Воистину, если дракон хочет превратиться во что-то, он не меняет своей подлинной формы: это проявление его тайных умений» («Эр сань цзы вэнь»)[28].

Как раз эта способность сохранять себя, изменяясь и превращаясь в любой другой биологический вид, делает дракона священным. Дракон — универсальный оборотень; людям стоит учиться у него реагировать на постоянные трансформации окружающего мира, с которыми им приходится сталкиваться. Но, чтобы понять, как они справляются с этой задачей, нужно разобраться в схеме, которая объяснит, как следовать установлениям вечно ускользающего мира и какое место в нем занимает каждый из нас.

Взаимосвязь всего, Инь и Ян

Чтобы показать, как устроены перемены и как все взаимосвязано, китайцы разработали несколько когнитивных систем. Взаимосвязь — не просто абстрактное понятие, и размышляли о ней не только в Китае. В своей повседневной жизни мы зачастую анализируем мир с точки зрения взаимосвязей, корреляций, бинарных оппозиций. Например, мы выстраиваем ролевые ожидания, оценивая мужчин и женщин, мы объявляем нечто красивым, сравнивая его с чем-то считающимся уродливым, мы сопоставляем горячее с холодным, молодое со старым, бодрость с усталостью, день с ночью, мир с войной, плохое с хорошим, воду с огнем, выгоды с убытками, высокое с низким, сладкое с кислым.