Флаг Святого Георгия: Английский флот во Второй мировой войне - Стефен Роскилл

Однако имелась еще одна важная задача, которую мы полностью провалили. Мы не сумели убедить французский флот проследовать в британские порты, чтобы продолжать бороться вместе с нами. Хотя большинство современных кораблей покинуло страну, чтобы избежать захвата противником, они ушли в Северную Африку. Только 2 старых линкора, 4 эсминца, 7 подводных лодок и несколько тральщиков оказались в Британии. Это стало не только горьким разочарованием для Королевского Флота, но также источником больших опасений для британского правительства, которое 11 мая возглавил Уин-стон Черчилль. Мы просто не могли пойти на риск захвата немцами главных сил французского флота, находящихся в Оране и Дакаре. Мы не могли доверять адмиралу Дарлану, который продолжал руководить французским флотом, но сам остался в оккупированной Франции. Естественно, что он находился под влиянием немцев. Именно это привело к резким акциям, которые британское правительство предприняло против своего бывшего союзника в мрачные дни июня 1940.

«Войны не выигрывают эвакуациями», — сказал Уинстон Черчилль об операции «Динамо». Однако эвакуация 338000 солдат из Франции лишила германскую армию блестящей победы и сохранила ядро армии, которая через несколько лет высадилась в Нормандии. Однако в 1940 году эвакуация основных сил Британского Экспедиционного Корпуса без техники и оружия совсем не казалась первым шагом к D-Дню. Скорость продвижения немцев по Нидерландам и Франции усилила ощущение катастрофы. 10 мая германские войска пересекли границу Голландии, а последний британский корабль покинул Дюнкерк ровно через 25 дней. Мене чем за месяц буквально перестала существовать одна из самых мощных военных держав, а сухопутные силы ее союзника сократились до 1 дивизии. К счастью, флот этого союзника не пострадал и прочно удерживал передовую линию обороны.

В начале октября возникло предложение заблокировать порты Бельгии и Голландии. Королевский Флот разработал соответствующий план, и Норское Командование должно было получить подкрепления. Когда в 1914 году не удалось заблокировать Остенде и Зеебрюгге, германские субмарины получили базы для действий в Атлантике. Адмиралтейство было полно решимости не повторить старую ошибку. 10 мая 4 эсминца вышли из Дувра в Антверпен и высадили подрывные партии. К вечеру 16 мая были уничтожены нефтехранилища, шлюзы и доки были заблокированы, и любое судоходство сделалось невозможным. Единственной потерей стал переоборудованный по программе «Уэйр» эсминец «Валентин». Он был потоплен 15 мая, пытаясь прикрыть паромы Шельды от атаки германских пикировщиков. Кроме того, однотипные «Винчестер» и «Вестминстер» были тяжело повреждены. «Вестминстер» не смог добраться до английского порта, однако дополз до Дюнкерка. Только 19 мая удалось послать буксир, который увел его. В-этот день погиб еще 1 эсминец. «Уитли» действовал под командованием французов севернее Дюнкерка. Он выбросился на берег после атаки Ju-87. В результате за короткое время из строя выбыли 4 эсминца программы «Уэйр».

Первые, признаки несчастья появились 20 мая. Адмирал Рамсей созвал совещание, чтобы обсудить возможности флота по эвакуации большого количества войск из Франции. Немцы продолжали наступать, вбив клин между английской и французской армиями. Ситуация ухудшалась час от часа. Поэтому перед британским главнокомандующим лордом Гортом все больше вставала проблема отступления к побережью. Нужно было найти подходящий порт, желательно такой, чтобы корабли могли принимать войска прямо с причалов. Кандидатами были 3 французских порта: Дюнкерк, Кале и Булонь. Было определено, что потребуется вывозить по 10000 человек в день. Для эвакуации подготовили 16 пассажирских судов, начались работы по сбору мелких судов и яхт. Так как для штаба эвакуации было выбрано старое помещение динамо-машин, то и операция получила название «Динамо».

22 мая эсминцы «Вимиера» и «Уитшэд» прикрывали перевозку 20 гвардейской бригады в Булонь, чтобы обезопасить порт от наступления 2 танковой дивизии немцев. Когда корабли прибыли в порт, то оказалось, что пирсы забиты брошенными машинами и техникой, однако героическими усилиями порядок удалось восстановить. Это позволило эвакуировать большое число раненых, беженцев и отставших. На следующий день немцы провели мощную атаку, однако гвардейцы удержали наскоро созданный периметр. Эсминцы «Кейт», «Вими» и «Уайлд Свон» обстреливали все цели, которые могли — пехоту, танки, мотоколонны. «Уитшэд» вместе с другими эсминцами прикрывал перевозку стрелковой бригады в Кале. Как только эта задача была выполнена, пришел приказ следовать в Булонь. На входе в гавань его и «Кейт» обстреляли немецкие пулеметы. Принимая на борт носилки с пирсов, эсминцы обстреливали пулеметные гнезда из 4.7" орудий с дистанции менее 1000 ярдов. Когда они ушли, их место занял «Вими», сделавший несколько выстрелов по форту де ля Креше, который теперь находился в руках немцев. Англичане с удовлетворением наблюдали сильный взрыв.

К концу дня положение в Булони стало настолько скверным, что был отдан приказ выслать эсминцы и немедленно начинать эвакуацию. Хотя «Уитшэд» направлялся в Дувр с ранеными на борту, на его место прибыли еще 3 эсминца: «Венеция», «Вимиера», «Веномес». «Уитшэд» позднее прибыл, чтобы помочь «систер-шипам» эвакуировать защитников. Ему тоже пришлось обстреливать пулеметы главным калибром. Он и «Вимиера» приняли вместе 1000 человек. Когда «Венеция» выходил в темноту между волноломами, он попал под огонь тяжелой артиллерии. Возможно, немцы хотели потопить эсминец на входе в гавань и заблокировать ее. Расчет орудия «В» был перебит прямым попаданием, капитан и все люди на мостике получили ранения, в результате чего эсминец вылетел на мель. К счастью, капитан-лейтенант Джонс принял командование, и корабль сумел убраться. Когда он двигался задним ходом, «Уайлд Свон», стоящий у пирса, заметил германские танки, входящие в город. Один смелый танкист решил разведать широкую улицу, ведущую к порту, но был остановлен прямым попаданием. Когда к пирсу подошел «Веномес», он заметил подразделение германских мотоциклистов, мчавшееся по причалам. Огонь 2-фн пом-пома привел колонну в полное замешательство.

«Виндзору» было приказано покинуть Кале. Он прибыл в 23.30, забрав около 600 человек. Последние 2 неповрежденных эсминца Дуврского Командования — «Вимиера» и «Уэссекс» — получили приказ помочь.

Однако «Уэссекс» завернул в Кале, поэтому «Вимиера» прибыл к Булонь один. Порт был полностью покинут. Подойдя к причалу, эсминец какое-то время простоял в полной тишине. Нервы у всех были напряжены. Офицеры и матросы пытались звать соотечественников, но не получали ответа.

Наконец был отдан приказ отходить. И как раз в этот момент хлынул поток французских и бельгийских солдат и беженцев, которые, похоже, скрывались неподалеку. С ними был гвардейский офицер, который сообщил командиру «Вимиеры», что остались еще около 1000 человек. К 2.45 эсминец принял на борт 1400 пассажиров. Был забит буквально каждый дюйм, исключая орудийные площадки. Эсминец покидал гавань под сильным артиллерийским обстрелом и воздушными атаками. Он был последним британским кораблем, покинувшим Булонь. Далее сопротивление оказывали только разрозненные группы французских солдат, окопавшихся на окраинах города.

В руках англичан остались только Кале и Дюнкерк. Надежда удержать Кале была весьма шаткой. 23 мая эсминцы обстреливали берег, поддерживая защитников, несмотря на воздушные атаки. При этом был потоплен «Уэссекс» и повреждены «Вимиера» и польский эсминец «Бужа». На оставшихся эсминцах кончились боеприпасы, и «Волфхаунд» и «Верити» ушли в Дувр. Адмирал Рамсей и его штаб надеялись эвакуировать большую часть защитников, однако начальник Имперского Генерального Штаба послал радиограмму в Кале, сообщив, что эвакуация гарнизона невозможна. Однако флот продолжал подготовку, не обращая внимания на это. Ночью 25 мая было отправлено соединение малых кораблей, чтобы ожидать возле Кале. Хотя несколько кораблей сумели проскочить в порт и забрать раненых, гарнизон Кале сражался до следующего дня без помощи. Бригада была принесена в жертву, чтобы обезопасить Дюнкерк и сделать возможной операцию «Динамо».

В воскресенье 26 мая в 18.57 началась операция «Динамо». Были собраны 36 пассажирских судов (в основном ла-маншские паромы), 40 голландских «шюйтов» и множество барж и каботажников. На этой стадии использование эсминцев не предусматривалось, они все должны были выполнять функции эскорта и обстреливать берег. Линия фронта Британского Экспедиционного Корпуса стремительно сокращалась, однако войска еще не были прижаты к берегу, и фронт был весьма подвижен. До капитуляции бельгийцев 27 мая не было нужды бросать в дело все имеющиеся корабли, что Рамсею пришлось сделать в этот день. Были отправлены все патрульные эсминцы. «Волфхаунд» обеспечивал связь с Дюнкерком. Чтобы эсминец мог выполнить эту важнейшую задачу, на него было отправлено специальное подразделение связистов во главе с капитаном 1 ранга У.Г. Теннантом.