Семинар DHE - Ричард Бендлер

Я испытывал новые десантные суда. У нас были отличные новые десантные суда. Они идут со скоростью около 8 0 миль в час и могут вмещать человек четыреста. Оно даже не дотрагивается до воды. Летучая мышь какая-то. А когда оно причаливает к берегу, скорость у него 6 0 миль в час. Но проблема была в том, что управлять таким судном мог один-единственный мужик. Все остальные вращались по кругу. [Смех.] И мне сказали: "Мы хотим, чтобы ты разобрался, в чем тут дело, где тут собака зарыта". Я ответил: "Так, где эта штуковина?" Они привезли меня туда. Когда мы прибыли на место, я открыл багажник машины, которую я взял напрокат, и вытащил оттуда удочку. На что один из них сказал: "А это еще зачем?" А я ему: "Вы что, первый раз видите удочку?" [Смех.] - "Да ведь это же удочка!" А я такой: "Мы выходим в открытый океан! Нам же надо есть что-то на обед, разве нет?" Вот так! Я взял с собой удочку на судно, которое стоило 20 миллионов долларов! Он такой: "А я-то думал, вы нам поможете!" А я ему: "Не волнуйтесь, я смогу им управлять!" Так вот, я взял в руки штурвал и вышел в океан. А тот мужик мне говорит: "Может, подождем остальных?" (У них был рулевой и другие члены экипажа.) А я такой: "Нет уж, давайте-ка немножко покрутимся!" То-то мы позабавились! Особенно когда судно врезалось в берег! Я не знаю, в чем была загвоздка. Но я левша, а они настроили это судно, как вертолет для левшей. Пульт управления находится вот здесь. Но большинство людей такие безнадежные правши, что они даже не могут носить часы на правой руке. Так что если вы увидите человека, у которого часы на правой руке, в 99,999999% перед вами левша. Потому что большинство людей просто не могут надеть часы на правую руку. Они говорят себе: "Часы должны быть на этой руке!" Мне нравится носить часы на обеих руках - это сбивает людей с толку. Кстати, эти часы показывают у меня разное время. Просто мне нравится знать, сколько сейчас времени там, где я нахожусь в данный момент, и сколько сейчас времени у меня дома. А по большому счету, совершенно не важно, сколько сейчас времени на самом деле. Главное, чтобы это не противоречило вашим внутренним ощущениям.

Лично я не люблю переходить на летнее время, мне этот лишний светлый час даром не нужен. Мне вообще не нравится дневной свет! [Смех.] И вообще меня бесит, что все заведения на ночь закрываются. Если бы они работали круглые сутки, можно было бы ходить на работу в любое удобное для тебя время. В сутках ведь двадцать четыре часа, и в один прекрасный день до них допрет, что, если все будут ходить на работу в разное время, на дорогах больше не будет пробок, черт бы их побрал! Разве не так? Но они просто не могут это принять: "Мы должны!" Некоторые не хотят отменять летнее время, потому что, как они говорят, от этого пробок будет еще больше - только теперь они будут в разное время. А, по-моему, соль вообще не в этом, а в том, чтобы понять, что темноты нечего бояться. Индейцев уже не осталось, большую часть мы стерли с лица земли, а остальные сидят в казино. [Смех.] Мы отобрали у них все - все лучшие земли. Как только мы нашли нефть в Оклахоме, мы отобрали у них и эту землю. Мы отобрали у них все, что только можно. В Калифорнии даже голосовали за то, чтобы индейцам запретили иметь казино. Мы просто не могли смириться с тем, что они кормят друг друга, строят друг для друга больницы, стоматологические клиники - просто ужас какой-то! Я вот уже много лет оказываю помощь Образовательному фонду для американских индейцев. Мне очень понравилось: они берут деньги и строят учебные заведения. Первым делом они открыли стоматологическое учебное заведение, заведение для медсестер, а потом начали строить больницы в каждой резервации. По-моему, это благое дело, вы так не думаете? Ведь там людей учат тому, что им действительно нужно и пригодится в жизни. Кто из вас, когда учился в колледже, узнал то, что потом пригодилось ему в жизни - ну, за исключением секса, конечно? [Смех.]

Когда я учился в школе, я ходил на эти гребаные занятия и думал: "Ну неужели нельзя сделать так, чтобы все, что мы там проходим, имело больше отношения к сути дела?" Они старались помешать мне получить степень бакалавра. Вообще, хорошее название для степени, как мне кажется! [Смех.] Им не нравился человек, у которого я посещал курс средневековой философии. Они хотели, чтобы я прошел этот курс заново у другого препода. Потому что тот философ был у них не в чести. А я сказал: "А какая разница? Средневековая философия, между прочим, очень интересная. Кто там был, например? А ведь понять его очень непросто. Он говорит: "Если вы избавитесь от всего невозможного, то, что останется, и есть самая суть". На самом деле понять это не так уж трудно. Но многим это не по плечу. Они говорят: "Нужно избавиться от всего невозможного и тогда останется только одно - психическое явление". Да не может быть! Похоже, мы что-то упустили! Посмотрим-ка. Ключей доступа не бывает. По крайней мере, мне так кажется. [Смех.]

Я уже тысячу раз себе говорил, что НЛП - это выдумка! Это моя любимая фраза. Мне приходится слышать ее по сто раз на дню. И я всегда якорю ее и усиливаю. Взять неверное мнение (заблуждение) и вывернуть его наизнанку ничего не стоит. Берешь и вращаешь его в противоположную сторону. Потому что когда люди действуют негибко и без цели, им все возвращается. Есть люди, которые погружены в полнейшую, безысходную депрессию, и неважно, в чем ее причина. И я спрашиваю их: "С чего взяли, что вы в депрессии? Откуда вам это известно?" А они мне: "Я чувствую себя так, как будто меня замуровали в цементе". Я такой: "Серьезно?" Беру тяжелый молот весом пять фунтов и бегу на них. Они начинают орать как ошпаренные. Главное воспринимать все буквально. По сути, я их не бью. Ведь когда я наполовину сделал свое дело, я останавливаюсь, и они говорят: "Я чувствую себя свободным". Я избавляю их от депрессии в один миг, после того как в течение 16 лет они безуспешно проходили курс лечения. 16 лет терапии - это уйма потерянного рабочего времени и денег, снятых с чековой книжки. Там были огромные суммы! Одна женщина потратила на психиатров 160 тысяч долларов! И это было 23 года назад! Я беру гораздо дешевле! [Смех.]

Люди вначале не доверяют: "Но как же так? Вы ведь меня даже не знаете! Как же вы сможете вылечить меня за один сеанс?" На что я им говорю: "Пожалуйста! Если хотите, я могу подождать пять лет, пока вы будете за дверью, а потом вылечить вас за час!" [Смех.] Запомните: изменить человека медленно нельзя - это никогда не получается. Люди так не меняются. Если взять в руки металлический лист и медленно согнуть его, он обязательно разогнется обратно. Но если согнуть его резко, он так и останется согнутым. Сознание устроено точно так же. Как только вы берете нейрокорковые пути, именно так и происходит. Так оно все и устроено. Некоторые дети спят и видят разные сны, а некоторым взрослым каждую ночь снится один и тот же сон. Из ночи в ночь один и тот же сон. Они просыпаются в ужасе. А все потому, что их бессознательному нравится вытаскивать это дерьмо из них наружу. [Смех.] А разбирать эти сны по косточкам - это мой любимый способ издеваться над людьми. [Смех.] Когда я впервые прочел труд по гештальт-терапии, я решил, что ничего забавнее мне в жизни не доводилось читать. Я даже не думал, что они действительно поступают так с людьми. Я думал, это пародия. [Смех.]

Психиатр, который разрешил мне временно пожить в его доме, отправился в Индию, чтобы найти себя. Я пытался объяснить ему, что он вот он [Смех.], но он и слушать не хотел. Он поехал туда на своем "Лендровере", взял все, что надо. Он потратил на эту поездку сотни тысяч долларов, чтобы только найти себя. Но его-то там и не было. Вернулся он еще в более глубокой депрессии. Когда он вернулся, я все еще жил в его доме. У него была хренова туча книг, я прочел их, но не смог понять, в чем там соль. Сплошной бардак! Никаких методов лечения. Ведь когда вы ходите в школу, вы ожидаете, что вас там чему-то научат. Я, например, учу людей работать с фобиями. Когда я провожу обучение в какой-нибудь психиатрической лечебнице... Так, в Ассоциации психиатров у меня была группа из Луизианы. Там была тысяча человек. Так я привел им фобиков. А там, где все это проходило, были тысячи голубей. Я специально взял людей, которые боялись птиц. Я поработал с ними десять минут и отправил их из комнаты - туда, где было много-много птиц. Когда они вернулись, я сказал: "У меня не так много времени (у меня было всего два часа - не больше). Вы сейчас что-то видели. И я хочу спросить вас: что бы вы хотели уметь? Вы бы хотели уметь работать с фобиями, с депрессиями? С чем?" Они такие: "С фобиями". Я работал с фобиями и сказал: "А теперь я составлю для вас памятку, как работать с любым больным фобией". Поднимается рука. "А с теми, кто страдает депрессией?" "Нет, - отвечаю я. - А вы что, хотите научиться?" Еще одна рука: "А с теми, кто страдает бессонницей?" Я такой: "Это не поможет даже в работе с идиотами!" [Смех.]

А потом я рассказал им свою историю про индеек. Я рассказал, как однажды я был на ферме, где разводили индеек. Я был окружен индейками. Я спросил их: "Ну что, народ? Вы знаете, какие звуки издают индейки?" И все в один голос загорланили [подражает "голосу" индейки]. [Смех.] Это моя любимая история. Тысяча терапевтов делает так [издает звук, подобный "голосу" индейки]. [Смех.] У меня это даже есть на видеокассете. Это одно из моих самых теплых воспоминаний. Это одна из самых сильных моих групп. Ведь там сплошь дипломированные психотерапевты. Профессионалы! И все: "Блу-блу-блу-блу-блу!" Такое впечатление, что у некоторых из них даже выросли крылья. Я такой: "Ух ты! Здорово! А ну-ка еще разок!" И они повторили это еще раз. И так минут пятнадцать-двадцать. И пока они кулдыкали, я говорил "поверх" их кулдыканья. Им казалось, что это захватывающее зрелище. Людей, которые пришли вместе со мной, я выставил - чтобы не вносили смуту в наши стройные ряды. Уж слишком громко они ржали. А те сказали: "Это очень важное упражнение. Если вы не умеете держать себя в руках, проваливайте - и все тут". И пятьдесят человек встает, поворачивается и уходит. [Смех.] Те, кто пришел со мной, выходили со слезами на глазах. От смеха. Я, конечно, тоже смеялся. Но они не придали этому значения. Так вот, значит, этот психиатр вернулся к себе домой, а я как раз там жил. Так вот, он пришел, вошел, а я так сильно смеялся. У меня слезы лились ручьем. Я чуть не описался. Потому что вся эта чушь вроде: "Я сделаю тебе молочный коктейль. В чем суть молочного коктейля?" - "Ой, мне так холодно! Почисть меня!" [Смех.] [грозным голосом] А теперь я сделаю тебе клубничный коктейль, какой тебе делала твоя мама. [Смех.] Достало меня! Чушь собачья! [Смех.] Я решил, что это пародия на психотерапию. Так вот, этот мужик вошел, посмотрел на меня (а он давно меня знал) и сказал: "Пребывание здесь пошло тебе на пользу. Похоже, ты проник в суть вещей". Я чуть не захлебнулся от смеха. Слезы полились еще сильней. Тогда они приблизился ко мне, обнял меня и сказал: "Все будет хорошо". Тут мне окончательно сорвало крышу. Я закрывал лицо руками, чтобы он не видел, что я смеюсь (я не хотел задеть его лучшие чувства). Я не мог остановиться, и все время показывал пальцем в книгу. И он сказал мне [благоговейным голосом]: "Я знаю Фрица Перлза. И я ничуть не удивлен, что такая вещь затронула в тебе самое сокровенное, пробила твою броню". [Смех.] Я такой: "Броню? Это еще что такое? Никогда не думал, что она у меня есть. Наверно, меня как-то не так воспитали". Вот почему на первой из таких групповых встреч один мужик сказал: "Мне становится как-то не по себе: вы сидите и смотрите на нас таким взглядом". На что я ответил: "Отлично, придурок! Можешь выкатываться отсюда!" [Смех.] Помощник по проведению групповых встреч сразу встрепенулся: "Эй-эй! Здесь принято держать себя в руках". Я такой: "Хорошо. Тогда я сам его вышвырну. [Смех.] Эй ты! Ты хотел со мной подраться. Пойдем!" Он такой: "Да я не хотел с вами драться?" - "Тогда с какой стати ты на меня наезжаешь? Я всего лишь приехал сюда. Я не знаю, чем вы там занимаетесь". - "Просто этот ваш взгляд..." - "Честно говоря, я вообще о вас не думал. Я вас даже не знаю. Я думал только об одном:? Когда же, наконец, это все закончится и я смогу отсюда выбраться: у меня назначено свидание". Он такой: "Что, правда?" А я ему: "Правда". - "И вы не придумываете?" - "Если бы я придумывал, то уж что-нибудь поинтереснее. Ну а сейчас мне пора. У меня свидание. Вы хотите выйти? Или заткнуться?" А он мне: "Так вы не сердитесь на меня?" А я ему: "Ну что вы. Я объяснил вам, что со мной. Но до сих пор я не могу понять, чего вы ко мне лезете." А я не позволяю людям к себе лезть.