Обманутый - Андрей Дашков

Сенору оставалось только пожать плечами и заняться лошадьми. Люстиг повернулась и медленно направилась в сторону башни, где находились бывшие покои Гишаарна.

– Кто-нибудь видел Обрученную Со Смертью? – бросила она через плечо. – Я хотела еще раз посмотреть на эту тварь...

– Почему бы не убить ее прямо сейчас, чтобы избавить тебя от будущих неприятностей? – сказало вдруг Суо и слепая лошадь из Мургуллы захрипела, смертельно напуганная чем-то неуловимым, когда существо из Мертвых Времен произнесло эти слова. Люстиг вздрогнула, словно ужаленная змеей, обернулась и в ужасе уставилась на узкую щель его рта.

– Не думаю, что так будет лучше, – медленно проговорил Сенор после напряженной паузы. – Тем более, что ты всегда сможешь сделать это.

– Тебе видней, Незавершенный, – с улыбкой сказало Суо. – Но если ты ошибешься, то знаешь, что тебя ожидает... Мне придется расплатиться и с тобой.

Враждебный божок в голове Сенора взвыл, как будто зловещее обещание Суо впервые за долгое время пробудило его ото сна. Боль была такой, что у него потемнело в глазах и он зашатался, как безумный. Потом боль прошла, но остались тоска и ужас существа, посаженного в клетку, полную мучительных иллюзий, от которых было невозможно избавиться.

Перед тем, как покинуть Призрачный Замок, Сенор еще раз поднялся на одну из его башен в сопровождении Бродячего Монаха. Синяя шкура на плечах Сдалерна пела одну из своих хрустальных песен.

Над Шаарном нависали пики острых, как иглы, скал. За пределами каменного острова, сужаясь, тянулись в бесконечность черные столбы. Потом из этой бесконечности нахлынули волны мутной слизи. Вскоре замок уже плавал внутри огромного пузыря и над головами Сенора и Сдалерна проносились бесформенные сгустки материи с рваными краями, похожие на лиловые облака в небе, которое не было небом.

За ними угадывались тяжелые и временно неподвижные силуэты, словно чужие безмолвные города, притаившиеся во мраке. Города из вечности, полные примитивных существ, истребивших высшие расы. Теперь бесконечная ночь и печаль окружали их, так и не понявших до конца, чем они владели...

То, что казалось вечностью, коснулось сердца Незавершенного ледяными пальцами, заставив его ощутить собственное ничтожество и пугающую краткость человеческого существования.

Чтобы избавиться от этого наваждения, он посмотрел вниз и увидел тень человека, бегущего от замковой стены к краю скалистого острова, на котором покоился Шаарн. И хотя тень была почти неразличима в слабом лиловом свете, лившемся на замок откуда-то снизу, сомневаться не приходилось: это была Эрлана, Обрученная Со Смертью. Сенор подумал, не лучше ли было заточить ее в подземелье Шаарна вместо того, чтобы позволить отправиться на свидание к Четвероногому Богу. Но Сдалерн, конечно, понимал больше во всей этой темной истории или делал вид, что понимает... Дальнейшая судьба Люстиг мало интересовала Незавершенного. Сам Сенор задерживаться в замке не собирался.

Вдова Гишаарна, ставшая теперь уже настоящей вдовой, остановилась у последней скалистой гряды, на самом берегу Хаоса, и принялась расчищать от пыли и камней небольшую площадку.

– Что она делает? – тихо спросил Сенор, спиной ощущая присутствие монаха.

– Идет на зов своего хозяина, – равнодушно сказал Сдалерн. – Она больше не принадлежит себе. С нею сделали то, что можно сделать с любым из нас...

– Может быть, с нами уже сделали это? – сказал Сенор в пространство.

Бродячий Монах только тихо рассмеялся в ответ. Потом они помолчали. Что делала внизу Эрлана, разглядеть было невозможно.

– Если я правильно тебя понял, попасть отсюда в Ледяную Обитель довольно трудно. Как же она собирается сделать это? – Сенор решил, что будет не лишним знать о повадках Обрученной Со Смертью как можно больше.

– У нее тоже есть След. И еще кое-что. Какой-то амулет, приводящий в Обитель. Хотел бы я знать, что это. Во всяком случае, она не заблудится. Смотри!..

Зрелище, открывшееся им, было одновременно прекрасным и зловещим. Океан бурлящей материи Хаоса разделила темная полоса, начинавшаяся у самых ног Эрланы и протянувшаяся в бесконечность. Края этой полосы разошлись, как открытая рана, раздвинув мир, не имеющий форм.

Через Тень пролегла глубокая долина, тянувшаяся между двух отвесных черных стен, блестевших, как полированный обсидиан. На дне долины был слабо светящийся фиолетовый лед и по этому льду пролегла дорога, уводившая в мрачное ущелье. В самой его глубине, там, где черные стены сходились в точку, был виден слабый холодный свет, зыбкий и в то же время влекущий. Сенор не мог вообразить себе колдовство, в результате которого образовалось обсидиановое ущелье, но точно знал, что от этого прохода сквозь ландшафты Хаоса смердит Злом.

– Это и есть дорога к Ледяной Обители? – спросил он, не отрывая взгляда от застывшей лилово-фиолетовой реки, уводящей к далекому сиянию.

– О, нет, – усмехнулся Бродячий Монах. – Это было бы слишком просто. Обитель и Шаарн разделены многими тысячами изменяющихся ландшафтов. Даже Богу На Четырех Ногах будет непросто снова отыскать Призрачный Замок. Эрлана, конечно, придет к хозяину и, может быть, сумеет найти дорогу обратно, но Шаарн уже будет далеко, за многие сотни изменений отсюда, и ты сам не отыщешь его, не зная места, в котором опять пересекутся ваши пути.

– Но где же это место? – Сенор почти не верил Сдалерну. Хаос воистину был нагромождением коварства и зла. Монах пытался представить все еще более запутанным.

– Оно везде и нигде. Оно там, где ты захочешь, и там, куда сможешь прийти. А еще там, где тебя заставит быть Призрачный Замок.

Сенор скривил губы в ироничной усмешке. Монах не обратил на это никакого внимания.

– Ты поверишь мне, когда окажешься в таком месте. Если, конечно, тебе повезет, хотя это трудно назвать везением...

Они смотрели вниз и видели Эрлану, бегущую прочь от Шаарна по лиловому льду. Ее фигура не отбрасывала тени и вскоре она затерялась на светящейся излучине среди стен, гладких, как черные зеркала. После этого края ущелья сомкнулись, поглотив дорогу сквозь ландшафты, и на ее месте осталась лишь вздрагивающая слизь, в которой увязал взгляд.

Сенор не сожалел ни о ком, кроме ведьмы Истар, и ни о чем, кроме потерянного времени и своих хитиновых доспехах, пробитых в бессмысленной схватке. Металлические доспехи обитателей Шаарна, которые он примерял на себя, показались ему тяжелыми и чудовищно неудобными. Кроме того, они ослабляли отражения и он чувствовал себя в них почти ослепшим. В таком одеянии он утратил бы все свое превосходство.

Больше не существовало Кобара, где доспехи из хитина можно было вырастить на манекене или человеческом чучеле. Сенор лишился нескольких пластин панциря и с тех пор чувствовал себя улиткой, оставшейся без раковины.