Ночной кошмар Железного Любовника - Дарья Донцова

Я оттолкнула от себя вконец обнаглевшую рогатую тезку, решившую, что она имеет полное право повернуться ко мне бородатой мордой и дышать прямо в мой нос. Надеюсь, после того, как эта программа выйдет в эфир, найдется пара-другая зрителей-умников, которые пришлют Ильясу письма примерно такого содержания: «Дорогое телевидение! Впервые встречать Новый год первого января повелел в 1700 году Петр Первый. Праздник на Руси не раз менял дату, отмечался первого марта и первого сентября. И главным торжеством для россиян вплоть до начала двадцатого века было Рождество, а не Новый год!»

Мария тем временем прикинулась расстроенной:

– Жаль, у нас нет такого молочка…

– Говорят, под Новый год что ни пожелается, все всегда сбывается, – пропел Коля. – Смотри, Машенька, с нами Виола! Сейчас мы запишем наши желания, потом козу подоят, все хлебнут молочка и обретут счастье. Ну, что, дорогие гости, согласны?

– Да! – заорали зрители. – Ура! Супер!

– У меня нет бумаги! – крикнул из зала тоненький голосок.

– И ручки тоже! – добавил тучный мужчина, восседавший в первом ряду.

– Я останусь без исполненной мечты… – захныкала девушка в бархатном платье.

– Спокойно! – крикнул Николай. – Поднимите правую ручку своего кресла и увидите углубление, там специально положены бумага и карандаши. А для вас, наши ВИП-гости, письменные принадлежности на столиках. Начинаем!

– Пишем желание! – захлопала в ладоши Маша. – Вот так, смотрите, как это делаю я…

Ведущая схватила лист, положила его на планшетку, которую держала в левой руке, а правой стала водить по бумаге, приговаривая:

– Хочу шубу из норки, машину новую, жениха богатого.

– Эй, эй! – остановил ее Коля. – Надо писать молча, иначе не исполнится. Вот я, например, никому не сообщу, что попросил у Деда Мороза дом на Бали.

– Ха-ха-ха, – донеслось из служебной части студии.

Зрители радостно заржали.

Мне тоже пришлось взяться за карандаш – я видела, что одна из камер направлена в мою сторону.

– Теперь это надо съесть! – провозгласила Маша.

– Все жуют, – сказали в моем ухе.

Ну уж нет! Я не стану запихивать в рот листок, который невесть кто и незнамо когда положил грязными руками на совсем не стерильный столик. В мои планы не входит подцепить дизентерию или желтуху. Я быстро скомкала бумажку и сделала вид, что сую шарик в рот, а сама бросила его за пазуху. Похоже, Маша и Коля проделали тот же маневр. А вот наивные зрители энергично заработали челюстями.

– Пора доить наш символ! – возвестила Маша.

Коза, словно почуяв недоброе, стала издавать странные звуки.

– Кто хочет первым попробовать волшебное молоко по рецепту древних ковалевцев? – задал вопрос Коля.

Тучный мужчина в первом ряду дернулся, схватился руками за шею и стал медленно сползать с кресла.

– Ой, мамочка, он подавился своими желаниями! – запищал тонкий голосок.

Все камеры одновременно нацелились на ведущих. Когда передача пойдет в эфире, зрители не узнают того, что происходит сейчас в публике. Но я стала свидетельницей этих событий.

Две хрупкие девушки в джинсах и футболках молчаливыми тенями выскользнули из тьмы служебного помещения и кинулись к толстяку.

Маша и Коля тем временем, перебивая друг друга, описывали свои многочисленные желания – Ильяс явно дал парочке приказ тянуть время до тех пор, пока поперхнувшегося зрителя не приведут в порядок. Тетки с одинаковыми начесами замерли с приклеенными к лицам улыбками. Коза тихо икала, распространяя аромат тухлой селедки.

Девушки ухватили мужика под руки, подняли его и сделали несколько шагов по проходу. Потом одна из сотрудниц шоу покачнулась и упала. Толстяк рухнул на несчастную, а на него свалилась вторая сопровождающая. Зрители заржали. Их веселый смех, конечно, не сможет помешать съемкам новогоднего шоу… И вдруг в моем ухе раздался оглушительный рев Ильяса:

– Уберите это безобразие! Срочно!

Режиссер явно обращался не ко мне, однако звук был такой силы, что я на секунду оглохла. Потом потрясла головой и увидела, как на пол спланировало выпавшее «ухо». Быстро оглянувшись по сторонам, я решила поднять его, но меня опередила коза. Тезка живо наклонила морду, подцепила языком небольшой приборчик, отправила добычу в пасть и посмотрела на меня со злорадством.

Коля и Маша продолжали нести глупости о своих заветных мечтаниях – про загородные дома, спортивные машины и шубы, сшитые из шкурок несчастных норок. Из служебных помещений выскочили три парня. Двое подняли так и не пришедшего в себя толстяка и резво унесли прочь, третий кинулся поднимать упавших девушек. Я прекрасно все видела, но меня занимали мысли, не имеющие отношения к происходящему.

Что будет, когда Светлана, ассистент звукооператора, явится «распетливать и разушивать» меня? Сколько стоит «ухо»? Мне придется оплачивать его? Или ответственность ляжет на плечи хозяина козы? Может, противное парнокопытное, в шерсти которого определенно живут откормленные блохи, напоят касторкой, и технический прибамбас счастливо вернется в телестудию города Ковалева? Ох, не хотелось бы мне воспользоваться «ухом» после, так сказать, реинкарнации. И как теперь узнать распоряжения Ильяса? Может, если прислушаться, до меня донесется из козьего желудка голос постановщика?

– Да, Виола? – прогремело над головой.

Я, еще не вынырнув из своих раздумий, непроизвольно ответила:

– Да, конечно.

– Вот какие у нас писатели! – завопил Коля. – Все знают, все умеют!

– Потрясающе! – подхватила Маша. – А я бы никогда не решилась.

Мне стало душно. На что я согласилась? Не слышала вопроса, который задал мне ведущий, машинально среагировала на его «да?» положительно.

– Внимание! – объявил Николай, глядя прямо в камеру. – Эксклюзивно для вас! Только у нас! Бьют барабаны, и трубы звучат, писательница Виолова в Новый год доит козлят! Ну, я не Пушкин, но в рифму сказал.

Я оцепенела. Мне придется добывать из козы молоко?

Ведущий одним прыжком приблизился к моему креслу.

– Арина, дорогая, вот скамеечка, устраивайтесь и начинайте. Мы тут, очень кстати, ведерко припасли. Айн, цвай, посудка, вылетай. Вот!

У моих ног материализовалась емкость, с какими дети охотно возятся в песочнице.

– Коля, помоги Арине, а мы со зрителями поддержим вас, – пообещала Маша. – Ну же, хлопаем, хлопаем…

Студия разразилась бурными аплодисментами. Стоявшие в разных углах елочки заискрились огнями, шоу явно достигло кульминации. Ощущая себя ближайшей сподвижницей Джордано Бруно, – будто меня тоже на костер инквизиции поволокли, – я пересела на низкую скамью и взглянула на Николая. Ведущий наклонился и шепнул:

– Не нервничайте. Пошарьте руками по животу, там есть вымя. Это очень просто. Я видел, как бабушка в деревне доит. Вперед!

Я, стараясь не дышать, повозила ладонями по пузу козы и пробормотала:

– Ничего нет.

– Должно быть, – нервно прошипел Николай, – стопудово оно там.

– Отсутствует, – еле слышно сказала я. – Эта коза не дает молока.

Николай отодвинул меня, ощупал козу и еле слышно бормотнул в микрофон:

– Ильяс! Ты здесь?

– Да! – гаркнуло из уха ведущего. – Чего вы там телитесь?

– У нас форс-мажор: Виола – козел, – еле слышно пробормотал Коля.

Меня совершенно некстати начал душить смех.

– В смысле кто козел? Уточни! – потребовал Ильяс. – В смысле коза? Типа с рогами?

– Она козел, – повторил Коля. – Ваще никак подоить не получится.

– Ты уверен? – спросил Ильяс.

– Ага, – подтвердил ведущий.

– Да чтоб у козла, который нам козла вместо козы привел, все его козлиные зубы повыпадали! – заорал Ильяс. – Я скоро сойду с ума! Так… Молчать и слушать! Эй вы, там, козлы ленивые, живо подайте на площадку молоко козла. От того козла, что на площадке. Вокруг одни козлы! Что непонятно? Виола козел! Да не писательница, а коза. То есть не Тараканова коза, а та коза, которая реально по жизни коза, от козы родилась и козой стала. Вот она, как выяснилось, не коза, а козел. Чтоб вам всем руки и глупые головы оторвало! Молоко в студию! Как так нет? Найти в момент! Сейчас же! Что там у девчонок в пакете? Вылить в ведро, вытащить незаметно!

Вопль внезапно прекратился. Козел шумно рыгнул.

– До-им ко-зу! – декламировал зал, которым дирижировала Маша. – Новый год на носу, мы любим нашу козу!

Сбоку послышалось шуршание. Я осторожно повернула голову. Слева, на четвереньках, чтобы не попасться на глаза зрителям, передвигалась худенькая девушка, в зубах у нее покачивалось темное ведерко.

– Скорей смотрите туда! – закричала Маша, показывая пальцем в потолок. – Видите радугу?

Присутствующие послушно задрали головы. Коля быстро шагнул, схватил пластмассовое ведро и громко сказал:

– Ну, Маша, вечно тебе невероятное чудится. Откуда взяться радуге в помещении?

– Так ведь Новый год! – подхватила ведущая. – Все может произойти!