Шестой грех. Меня зовут Джейн (сборник) - Анна Данилова

Библиотека, в которой раньше работала Евгения Спиридоновна, уже давно превратилась в ее второй дом. После того как она стала очень плохо видеть и получила инвалидность, ей пришлось уволиться, но она продолжала приходить туда, как на работу, к своей подруге Софье, помогала ей раскладывать книги, протирать стеллажи, заваривать чай, приносила из дома теплые пирожки или борщи и супы в банках.

— Соня, ты знаешь, я не могу одна сидеть дома, — говорила она подруге. — Я сойду с ума! Ну сколько можно лежать на диване перед телевизором? Да я почти и не смотрю, глаза болят, так — слушаю… Я уже все бока себе отлежала. А так хотя бы помогу тебе, развлеку, когда никого нет…

Конечно, первое время после того, как ее племянница Тая, дочь ее родной сестры, умершей очень молодой от саркомы, уехала в Москву, темы для разговора в библиотеке были связаны только с этим. Что пишет Тая? Звонит ли? Как она устроилась? Сколько ей платят в ее магазине? Не пристает ли к ней хозяин? Где она живет?.. Потом все как-то поуспокоилось, но не потому, что Тая стала жить лучше, нет. Просто у нее пошли романы с какими-то сомнительными мужчинами, которые заканчивались, как правило, ничем. Евгения Спиридоновна знала об этом не понаслышке. Она время от времени навещала Таю в Москве, выслушивала откровенные признания племянницы и зачастую плакала вместе с ней над подлостью и коварством мужчин. Ну не попадались ей хорошие парни! Все не то — либо он пьет, либо тунеядец, либо женатый…

И тут вдруг этот неожиданный брак с Нестором Боровым! Евгения Спиридоновна не поленилась вместе с Соней поискать в Интернете информацию о муже Таи. Получалось, что он весьма состоятельный человек, бизнесмен, сделавший состояние на кабельном телевидении и услугах телефонной связи, строительстве, торговле недвижимостью. Им повезло — они обнаружили и несколько фотографий бизнесмена.

— Молодой, красивый, богатый… — не поверила своим глазам Соня, худенькая маленькая женщина с белокурыми волосами, розовыми веками и розовыми же губами. От волнения за судьбу племянницы подруги она раскраснелась и даже вспотела. — Просто не верится, Женя! И где она могла его подцепить?!

— Сказала, что познакомились на улице.

— Но так просто он бы к ней не подошел!

— А он и не подошел. Подъехал. Вернее, просто мимо ехал, а она по улице шла. Скромно так одетая. После работы. Уставшая. А тут — он! На роскошной машине.

— Нет, Женя, так не бывает. Может, когда-нибудь ты и узнаешь правду… Ну посуди сама. Ты — миллионер, едешь на машине по улице, вокруг полно самых разных девушек, они толпами идут по этой самой улице. И вдруг ты останавливаешься, потому что видишь нашу Таю! Конечно, она красивая девушка, но не настолько, чтобы привлечь к себе внимание такого человека, как Боров.

— А что мы знаем об этом Борове? Может, он нормальный мужчина — увидел скромную девушку, и она понравилась ему…

— А она точно работала продавщицей? — Соня произнесла вслух то, что раньше боялась сказать подруге и что тревожило ее больше всего.

— В смысле? — не сразу поняла Евгения.

— Ты уж извини меня, но я смотрю телевизор, читаю газеты. А что, если твоя Тая занималась совершенно другим делом там, в Москве? Нет, ты не подумай, я не осуждаю ее, но в жизни молодой девушки всякое может случиться. Может, она была его… клиенткой?

После этого разговора подруги несколько месяцев не общались. Пока Соня сама не пришла к Жене и не попросила прощения. Она плакала и говорила, что не может себе представить Таю стоящей за прилавком и зарабатывающей такие деньги, чтобы и себя прокормить, и за квартиру заплатить. Что, в ее представлении, Москва просто кишит проститутками, а состоятельные мужчины только и делают, что вызывают девушек к себе в офисы, это у них образ жизни такой, для столицы это вообще норма. Она, заливаясь слезами, наговорила еще много всяких глупостей, но Женя поняла главное: Соня искренне переживает за Таю, а ее подозрения относительно того, что Тая занимается в Москве проституцией, скорее, все же опасения, и в словах подруги не было и доли презрения. А еще Соня просто хотела узнать правду.

И тогда Женя во всех подробностях описала ей жизнь своей племянницы в Москве. Рассказала, где, в каком магазине она работает, сколько получает, где живет и сколько платит за квартиру. Рассказала и про ее «женихов», оказавшихся мыльными пузырями, и о том, как часто Тая испытывала депрессию и была в такой тоске, что готова была вернуться в Воронеж.

Но теперь все эти разговоры остались в прошлом. Денежные переводы — вот что потрясло Соню больше всего и заставило ее изменить свое мнение об этом странном, скоропалительном браке Таи с Боровым. В банке, куда приходили переводы, работала приятельница Сони, она-то и рассказала о том, какие суммы приходят на счет Евгении Спиридоновны Богачевой.

Евгения знала, что информация из банка утекает как вода, но ее это не слишком беспокоило. Главное, что с Таей было все в порядке, она была счастлива в своем браке, муж ее не обижал. Несмотря на то что Тая много раз звала ее к себе погостить, Евгения Спиридоновна на поездку так и не решилась. Подумала, что Тая вызывает ее к себе из вежливости, а когда тетка к ней приедет, девочка почувствует себя за нее неловко перед мужем. Все-таки старый человек в доме, из другого круга, из другой жизни… Нет, конечно, она могла приехать в Москву на несколько дней, посмотреть дом, в котором жила Тая с мужем, оценить ее положение и то, насколько хорошо к ней относится Нестор; но, сколько бы раз она ни собиралась туда, так и не нашла в себе решимости поехать в Москву. Однако приятное чувство, что Тая ее там ждет, грело ее и иногда заставляло все же строить планы о поездке.

И вдруг этот звонок! Эта трагическая весть! Что Нестор скоропостижно скончался. Молодой тридцатитрехлетний мужчина, казалось бы, в полном расцвете сил, умер от инфаркта! И Таечка теперь совсем одна.

— Теть Женя, к тебе приедет одна моя знакомая. Словом, она работает у меня, поэтому ты с ней особо-то не церемонься, душу ей не открывай. Все, что она для тебя будет делать, она делает за деньги. Просто слушайся ее и выполняй все, что она скажет.

— А что такого она может мне сказать? — удивилась Евгения.

— К примеру, чтобы ты собрала все необходимые вещи, только те, которые тебе по-настоящему дороги, погрузила их в машину, на которой она к тебе приедет, и поехала в Москву. Еще! Заплати хотя бы за полгода вперед за квартиру, попроси тетю Соню, чтобы она присмотрела за ней, поливала цветы и все такое. Заплатишь ей за это, я передам конверт с деньгами специально для нее. И подарки раздашь всем, кого назовет эта Ольга Борисовна.

— Какие подарки? О чем ты?

— Директорше твоей в библиотеке — за то, что привечала тебя, даже когда ты вынуждена была оттуда уйти. Тете Кате из молочного магазина, которая нам всегда отпускала в долг продукты. Дяде Никите, он постоянно ремонтировал нам сантехнику за здорово живешь… В моем списке еще несколько человек.

— К чему это? Зачем ты все это делаешь?

— В нашей с тобой жизни было довольно-таки много хороших людей. Вот мне и хочется их как-то отблагодарить.

— Странно все это…

— Теть Жень, когда мы с тобой встретимся, я тебе обо всем расскажу. А пока что постарайся выполнить все так, как я тебя прошу. План такой. Сначала ты ложишься в клинику, и тебе делают операцию. Потом я отправляю тебя в подмосковный санаторий, где тебя подлечат, и только после этого ты приедешь ко мне домой и, если тебе понравится, будешь жить со мной.

— Тая, ты что, плачешь?!

— Я ведь не железная… Я осталась совсем одна! И хотя с Нестором у меня никогда не было очень-то близких, доверительных отношений, все равно, пока он был жив, я чувствовала себя защищенной. Сейчас же, когда на меня свалилось это наследство и каждый человек из окружения моего мужа считает себя вправе предъявить мне какие-то имущественные и финансовые претензии, мне просто выть хочется…

— Так, может, отложим мою операцию на потом? И я прямо сейчас приеду к тебе, чтобы тебя поддержать, чтобы ты не чувствовала себя…

— Теть Жень, пожалуйста!

Она пообещала Тае, что постарается выполнить все, что положено, и не забыла поблагодарить племянницу за ее заботу. Но чувство тревоги за нее осталось. О каких претензиях идет речь? Может, Нестор кому-то задолжал? И вообще, как дальше будут разворачиваться события, кто продолжит бизнес Нестора? Она хотела было перезвонить Тае и расспросить ее более подробно, но потом передумала. Тая уже не маленькая девочка, сама знает, как ей поступить. Скорее всего, она сама примется за работу засучив рукава.

…Когда раздался звонок, Евгения настолько глубоко погрузилась в свои мысли о Тае, что от неожиданности вздрогнула. Она приподнялась и выглянула в окно. Так и есть. Огромная черная машина. Иномарка. И в дверь звонит, вероятно, та самая Ольга Борисовна, которую она должна слушаться во всем.