Закрытый регион - Сергей Зверев

Машина преследователей подкатила к месту аварии. Дерево, в которое врезался джип свергнутого босса, сломалось. Заглянуть дальше было не так просто. Гомес рискнул это сделать. Повалившееся дерево послужило для него своеобразным мостиком.

Стараясь удерживать равновесие, он прошел чуть вперед. Отблески огня подсказывали ему, что произошло. Вскоре вожак своими глазами увидел последствия падения джипа. Пылающая машина сеньора Отаменди недвусмысленно указывала на то, что ее хозяин и деньги, прихваченные им, прямо сейчас превращались в пепел.

— Джип догорает, — проинформировал он подельников.

— Может, попытаемся спасти деньги? — неуверенным, отчаявшимся голосом то ли спросил, то ли предложил Педро.

— Ты не понимаешь, — с не меньшим отчаянием и горечью отвечал ему товарищ. — Машина полностью сгорела! А значит, конец и этому старому черту, и его деньгам!

— А люди поговаривали, что он везунчик… — вспомнил один заговорщик.

— Мы столько сил потратили на все это и теперь остались с носом. Что делать будем? — снова подал голос Педро.

— Что-нибудь придумаем, — бросил на это Гомес, возвращаясь к машине.

Остальные молча последовали за ним.

Габриэль слышал, что где-то вверху разговаривали люди. До него долетали лишь отдельные слова. Голоса казались старику незнакомыми. Он старался изо всех сил не выдать себя, порой даже не дышал.

Когда же голоса наконец-то исчезли, старик не почувствовал облегчения. Его состояние было таким, что он в любой момент мог потерять сознание. В таком случае Габриэль неминуемо свалился бы на дно лощины. Поэтому старик последние силы израсходовал на то, чтобы привязать себя к дереву той самой веревкой. Как только это было сделано, сознание стремительно помутнело и покинуло его.

20

В то самое время, когда Батяня изучал подступы к лаборатории, за ним следили. В здании, которое стояло за пределами лабораторного комплекса, находились Энрике Эстебан и несколько его громил.

Энрике сидел за компьютером. На монитор были выведены картинки с нескольких замаскированных камер наблюдения. Появление рослого крепкого мужчины он засек вовремя. Эстебан сразу догадался, что это именно тот человек, ради кого и было организовано наблюдение.

Когда появились злоумышленники из числа местных жителей, Эстебан решил не отгонять их. Его радовала возможность развлечься, видя, как деревенские парни подыхают от химикатов, распыленных на территории комплекса. Удовольствие для нормального человека, мягко говоря, сомнительное. Но для этого атлета, исполнявшего особые поручения мистера Гаври, давным-давно не было ничего святого. Да и поручения ему приходилось выполнять весьма своеобразные.

Присутствие русского было засечено наблюдателями не сразу. Все-таки его осторожность не оказалась лишней. Он не обнаружил наличия камер, но какое-то время не попадал в их объективы.

Когда же это случилось, атлет не сразу понял, что это за человек. Сначала он подумал, будто видит одного из неудавшихся грабителей, который либо опоздал к началу действа, либо просто хватился остальных и в их поиске пришел к ветлечебнице.

Однако уже через несколько секунд по поведению и манере держаться наблюдатель понял, что под наблюдение камер попал отнюдь не какой-то крестьянин. Пришелец был очень внимателен и осторожен. За ворота идти не спешил. Обследовал такие мелочи, которые местный житель вряд ли заметил бы.

Энрике до последнего ждал, когда мужчина зайдет на территорию лабораторного комплекса. Расчет был прост — незнакомец начнет задыхаться под действием химикатов. В это время несколько громил в спецодежде прибегут и утащат его.

Все-таки Эстебан ожидал прибытия целой группы, а появился лишь один человек. С ним следовало потолковать, чтобы выяснить, где остальные. А там можно было и в расход пустить.

Однако его расчет не оправдался. Батяня так и не зашел за ворота. Более того, он вдруг развернулся и отправился прочь от лаборатории. Причем двигался очень быстро. Громилы были наготове, но им понадобилось некоторое время на уяснение ситуации.

Эстебан, зная местность, прикинул, куда мог направиться незнакомец. Та дорога, по которой ушел Батяня, вела к ближайшей трассе. Другой путь шел почти параллельно первому, но на него русский явно не попадал. С учетом этих особенностей и было принято решение о дальнейших действиях.

Атлет остался на месте, а всех охранников отправил на захват незнакомца. Трое из них должны были броситься в погоню за русским. Четверо других на старой малолитражке отправлялись параллельным путем, чтобы встретить Батяню на подступах к трассе. По сути, речь шла о настоящей ловушке.

В условиях горной местности у Лаврова имелось не так много возможностей для маневра. Ни влево, ни вправо сойти с дороги не получилось бы. По обе стороны от нее располагались глубокие лощины с многочисленными зарослями. Там не смогли бы сориентироваться даже местные жители.

Крутые склоны, поросшие кустами и высокой травой, были бы серьезной проблемой для всякого, кто попытался бы спуститься вниз. Да и особого смысла в таких попытках не было. Дно и одной, и второй лощины отличалось сыростью, кишело змеями и прочей живностью подобного рода.

Начинался рассвет. Батяня без помощи прибора ночного видения сумел определить, что до трассы оставалось около сотни метров, и еще немного ускорил шаг. Сзади послышался шорох. Майор насторожился и обернулся.

Казалось, что ничего особенного за спиной не происходило. Тем не менее он передернул затвор автомата, держа оружие наготове. Его не оставляло впечатление, будто за ним кто-то следит.

Батяню так и подмывало произвести пару очередей в ту сторону, откуда доносились эти подозрительные звуки. Однако Лавров сдерживал себя, так как опасался демаскировать свое присутствие. Звуки могли быть связаны с чем угодно: дикий зверь, порыв ветра, какой-нибудь заблудившийся здешний крестьянин или враги, о которых майор мало что знал. Ошибиться в предположениях можно было довольно легко. Поднимать шум просто ради выяснения их ошибочности или достоверности ему не хотелось.

Вдруг со стороны трассы послышался шум автомобиля. Батяня замедлил шаг. Больше всего ему хотелось, чтобы водитель просто спешил домой, в одно из ближайших селений.

Вскоре выяснилось, что это далеко не так. Машина резко завернула на дорогу, по которой шел десантник. При включенном на полную мощность свете фар она летела прямиком навстречу ему. Лавров предусмотрительно отошел к кромке дороги, пытаясь не привлекать к себе внимания.

В этот самый момент машина затормозила и остановилась так, что свет фар был направлен в сторону Батяни и выхватывал из предутренней мглы его силуэт. Позади него вполне отчетливо прозвучало щелканье автоматных затворов.

Следом за этим раздался грубый мужской голос:

— Выходи на середину дороги! Если не будешь творить глупостей, то мы тебя не тронем. Наш начальник хочет с тобой просто потолковать. Не дури и выходи с поднятыми руками. Иначе тебе будет плохо!

Сколько раз в самых различных точках нашей планеты Батяне приходилось слышать заявления подобного рода! Ему было ясно как божий день, что одним «просто потолковать» здесь не обойдется. Кому-то сильно хотелось узнать подробности спецоперации, в которой участвовал Лавров. Скорее всего, супостаты планировали устроить допрос с пытками. Осознавая это, Андрей рискнул потянуть время.

— Извините, но я плохо понимаю по-испански! — выкрикнул он, стараясь уловить местонахождение автомобиля.

— Иди сюда и все поймешь! — послышалось в ответ.

Майор шагнул туда, откуда раздавались эти слова, но тут же резко развернулся и произвел два одиночных выстрела по фарам. Свет тут же погас, пули попали в цель. Батяня же сиганул обратно к кромке дороги и залег в канаву, не очень глубокую, но вполне подходящую для временного укрытия. Он заметил ее чуть раньше и был готов воспользоваться ею. Другого способа уйти из-под вероятного обстрела у него не было.

Громилы Эстебана опешили. Безусловно, они догадывались, что русский опасен. Но то, как он в течение нескольких секунд сумел погасить автоматным огнем фары, слепящие его, произвело на них серьезное впечатление.

Приближение рассвета сопровождалось появлением довольно густого тумана. Чтобы не стать жертвами дружественного огня, тройка преследователей обозначила свое местонахождение несколькими вспышками фонарика. Такими же сигналами им ответили со стороны автомобиля.

Естественно, обе точки не остались без внимания Андрея. Не дожидаясь дальнейших действий противника, он навел автомат приблизительно в том направлении, где только что наблюдал вспышки, после чего нажал на курок и выпустил длинную очередь. Затем майор быстро перенаправил ствол на автомобиль и снова выстрелил.