Челноки - Кострица Евгений

Порочно возбуждающие мысли пришлось приглушить. Кто знает, что он там делал? Сунусь к ней, всё лишь испорчу. Мои сведения о вампирах из фильмов и книг, а Голливуду и мифам верить не стоит. Хотя клыки и свое отражение в зеркале всё же проверил. Там, как обычно. Да и дневной свет не вредит. И вряд ли жертва станет такой же. Иначе цыганка перекусала бы уже весь стройотряд. Скорее всего, наркотическая зависимость от человеческой крови. Не хватает микроэлементов или каких-то частиц. Надо будет у Гейлы спросить, как увижу. Не записки же Кайю на столе оставлять?

Похоже, до ары с друзьями он всё же добрался. Надеюсь, все живы. Зато теперь можно спокойно Ваньку оставлять на базаре. Кое-какие мысли на сей счет у меня уже есть. Как и деньги. Пора пускать в оборот, раз такая халява.

«Зениты» и «Командирские» решил взять в Несебр. Перекупщик, с которым говорил в первый день, там уже ждет. Отогнав цыганят, Ванька разложил часы «Заря» на газетке, а я продолжил изучение рынка. С утра пришли два наших автобуса — Черновцы и Хмельницкий. Вот их-то и ждал.

Поначалу со мной говорить не хотели. Подумали, рэкет. Смерив бицепсы взглядом, водила даже спросил, сколько берем. Был, конечно, соблазн, но я решил, что не стоит. Во-первых, нас всего двое. Во-вторых, не по Сеньке та шапка. Огребешь и от полиции, и от бандитов. Да и люди почувствуют фальшь. Глаза-то не врут, нужной харизмы у нас с Ванькой нет. Вот Кай бы, наверное, смог. Но он-то в ночную, там своих дел полно.

И потому я честно объяснил, что мне надо. Ходовое, дешевое, а главное — то, что не успеют продать. Автобусы стоят до обеда, а потом в Турцию через пропускной пункт Малко-Тырново в славный город Стамбул — Константинополь когда-то.

Ух, как я завидовал! Им так уже можно, а нам еще нет. У всех мешки грецких орехов, но их сдают за турецкой границей. Оттуда везут в основном только ковры. Район Аксарай, стоянка на Балкан-базаре. Я ж не конкурент, мне всё рассказали.

В Бургасе челноки скидывали всё, что покупали там у себя. Заводы задыхались от разрыва налаженных связей, но то, что производили, выметали быстро и начисто. Окупалось практически всё. Проблема в том, что за два-три часа распродать это трудно, и незадолго до отъезда отдавали уже за бесценок. Не назад же везти? В Турции эти товары не брали.

Так добыл электропилу «Парма», тяжелый бинокль и бензопилу «Дружба». Как показалось, взял очень дешево. Всё должно быстро уйти. Буквально за копейки купил «шагомеры» — понравился принцип. Прибор вешаешь на пояс, считает шаги. Прикольно, наверно.

Первая закупка! На деньги профкома. Если не продам, нам кирдык. Тогда хоть здесь оставайся.

Ванька бинокль и пилы одобрил. По шагомерам возникли сомнения. Может, зря взял? А больше и нечего. В остальное не верил.

Но пора уже ехать. Меня ждет Солнечный Берег — Слынчев Бряг. Название, знакомое по марке популярного у нас коньяка. На деле длинная цепочка отелей вдоль полукруга роскошного пляжа. Жемчужина в его северной части — старинный Несебр. В него я влюбился, как только увидел. Клочок земли с древним городом, соединенный тонким перешейком с материком. Эти стены знали еще фракийских вождей, античная колония греков и римлян.

Здесь всё дышит древностью. Мельница, крохотный порт, набережная, амфитеатр, мощеные булыжником улочки в окружении архаичных домов и живописных развалин. Вроде бы доказано, что им больше трех тысяч лет. Несколько веков назад город почти полностью ушел под воду, оставив сорок прижавшихся друг к другу церквей. Сегодня от них осталось немного, зато нашлись места для сувенирных лавок и ресторанчиков, которых тут тьма.

'Командирские взяли достаточно быстро, а с фотоаппаратами пришлось изрядно побегать. Перекупщик забрал только три. Еще четыре с трудом продал на Слынчев Бряге. Зажрались, смотрели с ленцой, по нормальной цене брать не хотели.

Первый вопрос: «каква фабрика?». Поначалу он вгонял меня в ступор, потом разобрался. Хорошо, что мои «Зениты» делал Красногорский завод. Вилейские бы точно не взяли. Видимо, качество сборки другое.

Набегавшись, в поту и мыле, сел перекусить в живописном ресторанчике с видом на крутобедрых девушек в отельных шезлонгах. Состоявшийся же почти бизнесмен, фарт поймал, при деньгах — право имею. Бабос крутанем несколько раз, пока Толик на томатах ишачит. Три недели еще, глядишь, так и на «девятку» поднимем. Солнышко, море — жизнь удалась, таки успел запрыгнуть в последний вагон, догнав чертов «поезд».

Мыслями я был уже далеко-далеко, в той светлой и счастливой поре, когда вылезу из пахнущего новой машиной салона под окнами Юльки в найковском спортивном костюме. Блестящий эластик, кроссовки «Romika», из магнитолы гремит «American boy, уеду с тобой! Ой-ой! Уеду с тобой, Москва, прощай!». Небрежно хлопну дверцей цвета «майя-металлик» и…

— Добър апетит! Кафе след това? — улыбнулась, поставив поднос, ясноокая официантка.

— След… — важно кивнул я.

— С мляко?

— Не.

Какой еще мляко? Стебется, возможно. А всё потому, что на чай много не ждет. Видит, что русский и бедный. Понятно, что немца обслужит как надо.

Заказал шопский салат, соленую цацу и пиво. На жареного барана голодно облизывался, но взять не решался. Сейчас каждый лев на счету. Шиковать всё же рано.

Да и ресторанчик этот не просто так выбрал. Отсюда хорошо виден «ченч», где меняют валюту. Его посоветовал мой последний клиент. Курс вроде нормальный, но у менял, что там рядом трутся, как правило, ниже. У меня только левы, а челноки из автобусов просят зеленых, чтобы не бегать самим.

Видок у ребяток весьма характерный, но на такой работе святых не бывает. За ними наблюдал уже минут двадцать. Туристы к ним подходят, спокойно меняют, всё вроде в порядке. Значит, надо идти. Не хочешь риска, вернись на томаты, работай, как все.

Еще раз пересчитав деньги, пошел к ним. Не суетятся, взгляд уверенный, никого не боятся. Хозяин «ченча» должен быть в доле, иначе не позволил бы им тут стоять.

Волнуюсь. Отдаю левы, беру у них доллары. Неторопливо считаю. Мои деньги у них, слежу за руками, не упуская из вида.

Теперь проверяю шероховатость, текстуру, «белое дерево» в центре банкноты. Один полтинник точно палёный. Так не пойдет. Меня тут кидают!

— Этот фальшивый! — сую им бумажку.

— Невярно? — притворно удивляется он. — Както желаеш…

Спорить не стал, воспринял спокойно.