S-T-I-K-S. Человек из Пекла. Книга 2. Часть 3 (СИ) - Тимофеев Денис

Первые дня три пути, в общем-то, ничем не запомнились. Ехали с осторожностью. Где возможно безопасно пополнить запас топлива, пополняли. Анжелика, будучи Картографом, знала эти дороги хорошо и мыкаться по различным проездам-переездам не приходилось. Ехали всё так же просёлками, стараясь выдерживать направление на Запад. По пути "притирались" друг к другу. Вернее, Дима и Шмель притирались. С Анжеликой этот процесс шёл, как ни странно, проще. Медоед не переставал удивляться её проницательности и как же чётко она ощущала его и кваза. Недопониманий между мужчинами больше не возникало, но некое напряжение оставалось. Кваз ощущал угрозу в парне, а Медоед, в свою очередь, чувствовал, что Шмель старается держать определённую "дистанцию", при этом ещё и девушку пытался "прикрыть" собой. Но, главное, это не мешало действовать сообща в случае необходимости. А такие случаи возникали нередко.

Заражённые встречались и порой приходилось стрелять. Очень помогал Дар Шмеля, ехали, можно сказать, бесшумно. Дима, ради интереса, однажды вышел из радиуса действия и был крайне удивлён, когда Анжелика выстрелила, но звука так и не последовало, а внутри сферы действия Дара звуки распространялись, как и полагается. Медоеду даже пришлось, поначалу, "одёргивать" себя, напоминая, что дальше трёх метров звук не уйдёт.

Ну а кваз с девушкой, точно так же, не очень верили в заявление Димы о том, что заражённые приближаться не станут. И тоже представился случай убедиться в правдивости его слов. Во время одной из остановок, укрылись в полусгоревшем придорожном гостиничном комплексе, Медоед ощутил бредущую по другую сторону дороги вдоль опушки леса стаю в десяток тварей. Бегуны, пара развитых пустышей и лотерейщик вожаком. Предупредил спутников и позвал с собой, чтобы те, наконец, убедились. Ну и "рисонуться" захотелось, показать, но это второстепенно.

Выйдя на открытую парковку перед зданием, кваз с Анжеликой остались в холле и наблюдали из окон, он громко свистнул. Заражённых долго ждать не пришлось, вылетели из леса всей стаей спустя десяток секунд. А Дима, с одним лишь пистолетом с накрученным глушителем, стал пятиться к зданию, чтобы твари подобрались поближе, а не разбежались на середине дороги. Кваз явно занервничал, крепче перехватив пулемёт, но Дима жестом, даже не глядя в его сторону, показал "спокойно" и продолжил ждать набегающих и урчащих на разные лады заражённых.

Каким же сюрпризом для Шмеля и Анжелики стало изменившееся вдруг поведение тварей. Не добежав метров сорока, монстры резко затормозили, а тон урчания сменился вдруг на испуганный скулёж. При этом заражённые ещё и сгрудились в кучу, лишь лотерейщик отскочил и развернувшись, понёсся обратно к лесу. Дима вскинул пистолет и выстрелил два раза. Фигуру вожака повело в сторону, он начал заплетаться в ногах и в итоге грохнулся на асфальт.

Примерно то же самое происходило и с бегунами, они спешили убежать, мешали друг другу, царапались и толкались, хотя свободного места вокруг полно. Медоед не спеша, прицельно, разрядил оставшиеся двенадцать патронов по тварям. Пятеро, включая ползущего по дороге прочь лотерейщика, остались лежать на дорожном покрытии. Пустыши, двое, ковыляющие последними, уже развернулись и почти скрылись в лесу. Оставшиеся в живых три бегуна резво разбегались в разные стороны.

Дима обернулся к маячащим в окнах первого этажа обалдевшим товарищам, усмехнулся, мол, я же говорил и сменив магазин, свинтил глушитель и убрал оружие в кобуру. А затем он достал свои ножи…

На Шмеля они особого впечатления не производили, ну да, кривые керамбиты, нестандартных размеров, словно плоские, зазубренные крупными шипами на обухе когти, но не более того. А вот Анжелика расширила глаза от укола неожиданного страха. Эти ножи вызвали в ней ощущение смертельной опасности и ещё она ощутила, что клинки, словно живые и голодны до крови… да и от фигуры Медоеда, еле ощутимо, но повеяло глухой угрозой, словно он превратился в хищника. Но это же бред, мотнула она головой…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

А Дима к этому моменту добежал лёгкой трусцой до резко задёргавшегося в ужасе при его приближении, покалеченного лотерейщика и двумя движениями добил его клинками, зачем-то ещё и оставив их в ранах на несколько секунд.

Добыча богатой не оказалась, с трупов Медоед собрал всего дюжину споранов.

Про ножи ни Шмель, ни Анжелика интересоваться не стали, всё же впечатления от "демонстрации" затмили неясные ощущения от вида клинков. Поразила та лёгкость, с которой Медоед справился с немаленькой, десяток тварей как никак, стаей. Напряга или беспокойства в нём не ощущалось совершенно, словно и правда, нападали не опасные существа, а так, мелочь, как парень и говорил о таких.

На последующие вопросы Медоед отвечал скупо, так толком и не прояснив ничего. Шмель хмыкал и сопел, а Анжелика, закусив внутренне губу, решила подождать, как и советовал до этого друг. Позже, возможно, Медоед и раскроет этот секрет. Ведь это огромное подспорье в передвижении по Улью, когда тебя практически не трогают заражённые! Сколько они со Шмелём пережили опасных моментов, которых можно было избежать, знай они, как настолько эффективно отпугивать тварей! И ведь это не Дар, тогда бы у парня всё время глаза чёрные были. Или это как с его сенсорикой? И снова она отвечала себе, нет, это не Дар, что-то другое, чем можно точно так же обладать. Да и с сенсорикой его тоже, странно всё. Когда ни спроси, всегда отвечает точно, словно Дар постоянно работает. Но тогда он, как и Шмель, живчик употреблял бы часто. А тут, в день пару раз приложится к фляге и всё. Одни странности.

***

К концу первой недели пути встал вопрос о грядущей переправе через большую реку. Как сказала Анжелика, река, всячески петляя, образует нечто вроде границы и тянется с севера на юг на несколько тысяч километров, впадая в озёра, отбрасывая потоки рек поменьше. В том месте, где путники уткнутся в неё, переправ нет и осталось каких-то полторы сотни километров, то есть уже вот-вот.

Южнее, километров на триста, имеется стаб, но там лучше не появляться таким малым составом. А всё потому, что заправляют там самые натуральные фашисты. Ведут себя, пусть и тихо, но и выбить эту гниль проблематично, так как находятся в состоянии перманентной войны с заражёнными, бредушими вдоль берегов реки. Бойцы там тренированные и прикурить могут дать даже превосходящим силам. Да и полноценную войнушку не устроить, заражённые рады будут такой шумихе. Ко всему прочему, под боком у этих фашиков раз в два месяца грузится кластер со складом армейского оружия и боеприпасов.

Можно, конечно, поискать и причалы с судном достаточной грузоподъёмности, чтобы перевезти "Ослика", но здесь две проблемы. Во-первых, заражённые. Во-вторых, даже если и удастся найти подходящую баржу, то каким образом на неё быстро загнать машину? Плюс и управлять плавсредствами никто из них троих не умеет. Так что этот вариант отпал сам-собой.

Есть, конечно, ещё один вариант. Самый опасный. Если отклониться на север, то километрах в ста имеется городской кластер с двумя мостами. Опасность в том, что грузится эта сота раз в пять дней. То есть, мясорубка там практически безостановочная.

Были и другие варианты, но дальше. Дима даже поинтересовался, не знает ли девушка о стабе с названием Приреченский. Ответила, что знает целых три. Конкретно на этой реке, ближайший, в семистах километрах южнее. Так уж вышло, что у рек иммунные не селятся. А те, кому удаётся закрепиться, народ, в основном, отбитый и отчаянный, как те фашики, например. Но таких стабов совсем немного.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вообще, мостов имелось достаточно, дорог-то много, но все они грузятся половинками, так что их даже не рассматривали и ни на одной карте никто и никогда не отмечал.

— Ну так что решаем? — спросила девушка.