Жена на замену (СИ) - Демьянова Мария

Вторая и третья ночная встреча с принцессой происходила в кромешной тьме. В эти два раза правитель даже говорить с девушкой не пытался, поворачивал к себе спиной и слегка поднимал сорочку одна страшнее другой. Она все время рыдала, будто ее резали по живому. Я уже не понимала кого жальче больше, то ли нага, которому досталась такая женщина, то ли принцессу, которая прогибалась под обязанность родить наследника. Убраться из этого состояния хотелось все сильнее. В третий раз ощутила, как меня резко дернуло вниз, и сон растворился в мареве белого тумана.

Со стоном повернувшись на бок, уставилась в пронзительные змеиные глаза. Тихо взвизгнув, дернулась назад и больно приложилась затылком об пол. С края кровати свесилась виноватая моська сына.

— Сашка, что б тебя, — болезненно прокряхтела, поднимаясь. Легонько ткнув мальчишку в нахмуренные лобик, поднялась. Не знаю, был ли сон правдой, но он оставил после себя неприятное послевкусие. Принцесса вызывала непонятные чувства, да и Ништхурака после брачных ночей хотелось пожалеть. Потирая ноющую поясницу, огляделась. Солнце вовсю светило в окна. — Не пугай меня больше так. И где ужин? Хотя уже скорее завтрак.

Странно, что желудок к позвоночнику не прилип. Взглянув на притихшего Сашку, прищурилась. Не навел ли этот маленький гаденыш на меня воспоминания принцессы? Встряхнув спутанными волосами, вызвала служанку. Сколько уже можно самой ванну готовить? Принцесса я теперь или кто? И где вообще обещанные домашние наряды? Столь глубокие размышления на голодный желудок не поддавались. Не мог же в самом деле Сашка показать момент своего зачатия? И как бы мне не хотелось, как бы раньше не проклинала принцессу, ее становилось жалко. Мать его, не хватало мне еще заполучить своеобразный стокгольмский синдром. Если откроется еще, какая подобная картина, а подозреваю, что она будет, то точно начну жалеть принцессу. Чего только стоил ее папашка. Кстати, странно, что он не выходил на связь. Неужели думает, что меня упокоили? Хорошо ли это?

Так, стоп. Хвати думать. Набрав полные легкие воздуха, нырнула с головой в теплую ванну. Благо девушка сделала приемлемую температуру, надо бы имя ее узнать. Не хорошо — прислуживает, а я даже имени не знаю. Поплескавшись немного, вдруг вспомнила про Сашку. Все время со мной и ни разу за это время не купался, надо бы и ему воды плеснуть. Хорошенько отмокнув, облачилась в оставленную служанкой воздушную сорочку. Как же мне мешало отсутствие настоящего белья! Особенно учитывая большую грудь, которую кроме как корсетом ничем не сдержать. Знала бы как, шьют наши бюстгальтеры, давно бы смастерила, а так остается придумывать что-то в виде топа, это если конечно хорошенько посидеть и подумать.

Спустив воду и ополоснув немного ванну, благо краны в виде флажков, да и сама ванна большая, в центре комнаты, можно подступиться с любой стороны, набрала половину объема. Надо бы еще с одеждой для Сашки решить, не все же время ему голому ползать, прикрываясь простыней.

Парнишка за мной наблюдал с интересом. Самому не терпелось в воде поплескаться? Страшновато было опускать его в воду, но стоило Сашке оказаться по грудь в воде, как тут же поплыл. Лицом вниз и смешно дергая руками и ногами. От испуга сердце в пятки вошло, даже не сразу сообразила, что он доплыл до другого края ванны и, вцепившись в нее пальцами, вынырнул. Еще и посмотрел на меня насмешливо так. А у самой сердце заходиться от страха. Вместо того чтобы испугаться, этот гаденыш, смеясь, снова нырнул и доплыл до меня. В сердцах сплюнула и добавила немного теплой воды, чтобы не замерз. Подстелив полотенце под колени, присела. Опустив руку в воду, чтобы контролировать температуру, оперлась подбородком о край ванны и незаметно для себя задремала. Очнулась от того, что под рукой ощутила что-то нежное, настолько шелковистое и мягкое, будто шерстка котенка. Только вот посмотреть не получилось, глаза накрыла чужая ладонь. Не знаю, как не заорала от испуга.

Часть 15

— Тише, это всего лишь я, не стоит тебе пока смотреть и спасибо. — Тихий шепот позади, взбудоражил все нервные окончания. Почувствовала себя маленькой плененной птичкой, также сердце зашлось. Ощущать спиной горячее тело позади, оказалось восхитительно. Но это если зажавший тебя объект нравится, а если нет — тогда понятны рыдания принцессы. Тут уже не знаешь, кого жалеть, может обоих?

— За что «спасибо»? — Нехотя оторвала руку от мягкости, хотя хотелось гладить еще и еще. Учитывая, что кота в ванне оказаться никак не могло, а смех Сашки давно стих… Н-не-е-ет, не хочу об этом думать.

— За него, — выдохнул на ухо Ништхурак, плавно скользя своей огромной ладонью по моей руке, попутно стирая капли влаги, затем вовсе перехватывая поперек талии, будто нарочно задевая грудь. От этого все тело пронизывает очередной вспышкой желания. Вот черт, разве можно быть таким соблазнительным? — Пусть плавает, идем.

Он так легко меня поднял, будто я ничего не весила. Приятно аж до мурашек в животе. Что я там хотела? Помучить его и потом забрать? Только вот кого в итоге мучаю? Моя спине не успела насладиться теплотой его груди, как через секунду оказалась на сильных руках. М-м-м, именно так чувствуют себя плюшевые игрушки? Зато тянущее чувство в груди исчезло, как будто тонкая нить перестала дергаться, извиваться. Невольно охнув от облегчения, обняла мужчину за сильную шею, устраиваясь удобнее. Бороться с желанием зарыться носом в ворот рубашки не стала. От чертовски приятного, неповторимого аромата его тела, внизу живота стало тяжело. Где только взял такую туалетную воду? Водя носом по напряженной шее, поняла, что это его личный запах. Так бы и съела.

Всего пара ленивых шагов и мы в гардеробной, а я еще не успела насладиться его силой и с рук слезать совсем не хотелось. Бывшие парни на руках не носили, а как это было в детстве, давно покрылось дымкой старины. Все еще цепляясь за шею мужчины, ощутила, как мучительно медленно скользнула рука под бедрами, отпуская ноги. Мне бы отпустить шею Ништхурака, но я не смогла, приникла к нему всем телом, утыкаясь носом в широкую грудь. Так и знала, что он будет намного выше. Неудобно, наверное, наклоняться и целоваться.

Желая продлить объятия как можно дольше, скользнула руками по плечам, затем на грудь, прямо к мелким застежкам его рубашки. Под ладонями ощущала мощные толчки его сердца, да и свое билось в том же темпе, перехватывая дыхание от смелости. Ништхурак же под моими руками замер, даже дышать, как будто стал тише. Вот черт. Мне срочно нужно отлипнуть, но не могу заставить себя оторваться от него, уже и под рубашку залезла пальцами, ощущая безупречно гладкую горячую кожу. Я должна это увидеть.

Мои руки не привыкли к таким крючкам, и я не сразу понимаю, как с ними справиться, но в итоге получается. Страшно смотреть ему в лицо, свои щеки полыхают огнем. И я безумно рада, что в гардеробной имеется окно, и оно не заставлено вешалками с платьями. Иначе бы никогда не оценила безупречный загар, напряженные мышцы груди и пресса. Проклятье, если я не залипла на плоских темных сосках. И нигде, нигде не было ни единого противного волоска.

Безумно заводит, когда под руками вздрагивают и напрягаются мышцы, особенно пресса. Боже, этому прессу нужно поклоняться стоя на коленях, облизывая каждый кубик, наслаждаясь его твердостью. А то, что в брюках? Прислоняясь лбом к обнаженной коже, тихо застонала. Он большой, везде. Это безумно огромная выпуклость немного пугала.

Невольно перевела взгляд на суровое лицо. Темно синие глаза, практически черные затягивают на самое дно. И невозможно оторваться, будто весь мир сосредоточен в этих глазах. Еще хуже, чем в прошлый раз. Такой красивый, мой и не мой одновременно. И в груди так больно, что плакать хочется. Удержаться? Да как тут удержишься, когда он похож на соблазн, это как отведать кусок тора после затяжной диеты. Совершенно невозможно устоять.

Не понятно чего хочется больше, то ли поцеловать его, то ли облизать, словно мороженое, то ли укусить. Совершенно точно хочется зарыться носом во впадинку у ключицы и наслаждаться теплом, запахом кожи. Просыпаться в одной постели и смотреть в невозможные глаза бесконечно долго. Дурочка наивная. Наглаживая кончиками пальцев горячую кожу, не понимала кого во мне сейчас больше. С этими мозгами молодой девицы бросить все к его ногам, или уберечь свое сердце? Никогда не понимала страдашек по неразделенной любви, устраиванием истерик — иди найди другого парня, того кто тебя полюбит. А если еще вены резали только потому, что он выбрал другую… не понимала я этого. А теперь поди ж ты… Если выберет не меня, точно с ума сойти можно. Если наиграется и бросит? Это пока меня защищает договор, что будет после него? Что будет со мной, когда он останется таким же молодым и красивым, а я дряхлой старухой? И что мне делать, если вернусь в свой мир?