Румо и чудеса в темноте. Книга II - Вальтер Моэрс

Румо посмотрел вверх. Над его головой друг над другом возвышалось не меньше полдюжины террас. Румо решил, что нет смысла карабкаться дальше. Он совершенно выбился из сил и ему нужно было немного отдохнуть. Поэтому он сел на землю спиной к камням. Маленькие зверюшки мгновенно полезли на него. Десятки зверюшек залезли на Румо и укрыли его с ног до головы. Затем они прижались к нему и начали мурлыкать. Румо был накрыт тёплым живым мехом.

– Какие они ручные! – заметил Львиный зев.

– Мы должны убить парочку и выпить их кровь, – предложил Гринцольд.

– Как же я скучал по тебе и твоим конструктивным предложениям! – сказал Львиный зев. – Хорошо, что ты опять здесь, Гринцольд.

Через несколько секунд Румо уже спал.

III. Медная дева

Она лежит? Она стоит? На это вопросы Рала не смогла бы ответить. Она попыталась говорить, но её губы не двигались. Она попыталась открыть глаза, но её веки не слушались.

Страх? Нет. Рала бодрствовала, жила и ничего не боялась. Это было неправильно, она должна была бояться, хоть немного. Но, несмотря на слепоту, оглушённость и скованность, спокойствие её только усиливалось. Необычно, но это так. Может быть, она сошла с ума? Говорят, что в безвыходных ситуациях сумасшедшие иногда остаются безрассудно хладнокровными.

Рала ещё раз принюхалась. Тут был запах металла и закоптелый запах свинца. Рала была похоронена заживо. Или она умерла? Нет, она чувствовала себя живой и очень бодрой! Только один знак, всего лишь один знак снаружи подтвердил бы её чувства! Но там ничего не было. Долго лежала Рала в темноте. Лежала в темноте и ждала.

Вот! Наконец! Скрежет! Неприятный звук, когда металл царапает о металл, продолжительный, мучительный, от которого волосы встают дыбом. Но для Ралы это было прекрасной музыкой. Кто-то царапал её гроб.

Затем она услышала голос. Он, казалось, раздавался со всех сторон, шептал, был незнакомым, холодным и смертельным. К бездушному шёпоту примешивался неравномерный механический звук, похожий на тиканье сломанных часов.

– Рала? – спросил голос. – Ты, ‹тик› наконец, проснулась? Да? Мои ‹так› приборы ‹тик› говорят, что ты проснулась. Значит мы, наконец, можем начать. Ты ‹так› готова умереть? Умереть так медленно, как ещё никто ‹тик› и никогда не умирал?

История генерала Тиктака

Когда генерал Тиктак и его медные парни исчезли с поверхности Земли, появились легенды, что они попали в ад. Как и во всех легендах, в этих была скрыта доля правды. И как всегда, эта правда была более захватывающей, чем любые выдумки. Да, генерал Тиктак попал в ад, но это не было окончанием его истории. Это было началом. Там, внизу, он нашёл всё, о чём он мечтал, он нашёл свой дом, он нашёл вечное умирание и вечную смерть. Он вырос, вырос морально, он стал чем-то гораздо большим, чем он был в наземном мире. Но это далеко не самое важное, что произошло с генералом Тиктаком в подземном мире. Нет, лучшим было то, что он нашёл там любовь.

После того, как генерал Тиктак сбежал с Драконгоры и бросил своих солдат, он больше не оглядывался. Он шагал часы, дни, недели напролёт, ни разу не останавливаясь и не смотря назад.

Где-то через два месяца генерал Тиктак впервые остановился и обернулся. Вся его армия, по крайней мере, всё, что от неё осталось, примерно пара сотен медных парней, вытянувшись стояла на почтительном расстоянии. Они следовали за ним шаг за шагом и теперь с нетерпением ожидали его приказов.

В этот момент он понял, что его солдаты всюду последуют за ним, не важно, что он будет делать. Он мог бы пойти прямо в плавильную печь, и они бы безропотно за ним последовали. Это было абсолютным слепым подчинением. С такими телохранителями он мог всё ещё многого добиться.

– Приказывай, генерал Тиктак, и мы подчинимся! – крикнули медные парни и застучали кулаками в доспехи.

Итак, они вместе пошли дальше по Замонии, нападая на деревни и маленькие незащищённые города. Но, в отличие от обычных армий, медные парни не преследовали никаких целей. Он не желали разбогатеть, он не желали захватывать города, что бы управлять ими и порабощать жителей, они хотели делать только то, чему они были научены: убивать, разрушать и идти дальше, чтобы заново убивать и разрушать. Медным парням нравилась такая жизнь, и, если бы это зависело от них, они бы вечно так продолжали. Но со временем генералу Тиктаку стало скучно. Он бы хотел разрушать больше, на более высоком уровне, и убивать с большей утончённостью. Но, судя по всему, на этом континенте ничто не могло предложить ему такой возможности.

Однажды они встретили армию демонов и, несмотря на то, что демоны превосходили медных парней по численности, в конце дня от них не осталось ничего, кроме того, что подёргивалось на кольях на краю поля битвы и ждало спасительной смерти.

Генерал Тиктак, которого интересовало всё, что имело какое-либо отношение к смерти, подошёл к умирающим воинам-демонам и спросил:

– Во что ‹тик› вы верите, куда вы ‹так› попадаете после смерти?

– В подземный мир! – в один голос ответили воины.

– Подземный мир? Что ‹тик› есть такого в ‹так› подземном мире, чего вы так жаждете?

– Там есть вечное умирание и вечная смерть, – прохрипел один солдат.

– Там пьют только вино смешанное с кровью! – просипел второй.

– А убийство и пытки там почитаются так, как рождение и любовь здесь, – с трудом ответил третий.

– Мне это ‹тик› нравится, – сказал генерал Тиктак. – Как ‹так› я могу попасть в это чудесное место?

– Ты? Ты не можешь! – рассмеялись воины-демоны. – Так как ты просто проклятая машина, ты не можешь умереть. В подземный мир можно попасть только через собственную смерть.

– Тогда, ‹тик› не будем ‹так› задерживать путешественников, – сказал генерал Тиктак и собственноручно перерезал им горло.

С этого момента генерал Тиктак помешался на мысли попасть в подземный мир. Сказать ему, что он чего-то не добьётся, было наилучшим способом заставить его это сделать. Таким образом, умирающие воины-демоны привнесли смысл в бессмысленное существование генерала. Он с удовольствием, не умирая, спустился бы в это ужасающее царство пыток и смерти. И даже если ему для этого понадобится умереть, то он сделает это своими собственными руками. Но просто туда попасть – этого было ему мало, о, да, он мечтал стать властелином этого чудовищного мира.