Хранитель историй - Элизабет Хантер

меня будут неприятности, — слабо запротестовала девушка. — Я не… нет, все прекрасно. Я … мне все равно.

— Конечно, тебе все равно.

Чудовище небрежно обнимало девушку, смотревшую на красавца с обожанием. Европеец с песчано-белокурыми волосами, поблескивающими в свете уличного фонаря. Акцент походил на немецкий.

— Твой голос, — прошептала девушка. — Он так прекрасен.

— Знаю, — сказал григори со злой усмешкой. — Ты меня любишь?

— Да, — выдохнула она. — Назови моё имя.

— Я его не знаю.

Малахай услышал, как мужчина уводит девочку в переулок столь же отвратительный, как и тот, где они нашли последнюю жертву. Малахай подождал, чтобы убедиться, что григори один. Часто они охотились в паре или даже небольшими группками. Этот оказался одиночкой.

— Все хорошо?

— Да. Прикоснись ко мне. Прошу… Поцелуй меня снова.

Не желая ждать больше ни минуты, Малахай выпрыгнул из-за угла, выхватив кинжал. Он бросился в переулок и схватил мужчину за плечо. Развернул к себе, и чуть не наткнулся на серебряный кинжал, сверкающий в свете луны.

Книжник с рыком отступил.

«Это ловушка».

— Ты должно быть Малахай, — сказал григори с ухмылкой. — Мы не знакомы.

— Не нужно представляться, — тихо ответил Малахай, когда они начали ходить по кругу. — Я скоро убью тебя.

Если бы оружие григори было обычным, Малахай не колебался бы. Его талесм активировался, пульсируя броней вокруг тела. Шестое чувство подсказывало Малахаю, что у григори не обычный кинжал. Он сиял тёмным металлическим блеском.

— Уверен, что обычно это так, — ответил противник, — я едва могу тебя ощущать. Твоя магия сокрытия должно быть старше моей.

Григори был стар. Малахай не изучил соперника, пока шел по улице, но вблизи ощутил его возраст. Тяжёлый аромат, а не лёгкий запах молодого солдата. В зелёных глазах сквозил расчёт. И теперь, когда он привлёк внимание Малахая, то полностью потерял интерес к девушке, даже откинул её ногой, когда та попыталась зацепиться за него, отчаянно нуждаясь в прикосновениях.

— Прошу. Умоляю!

Но григори швырнул её об стену.

Он был сильнее молодняка. Если Малахай правильно предположил, то этот григори ровесник Риса.

А значит, он принимал участие в Рассечении.

Малахай с рыком оскалился. Словно прочитав его мысли, солдат усмехнулся, отслеживая Малахая дразнящим взглядом.

— Я уничтожил твой род, книжник. Но, пожалуйста, недооценивай меня чуть дольше. Это мне на руку.

Он говорил загадками. Малахай сделал выпад вправо, лишив григори равновесия, затем перебросил кинжал в левую руку и вытянул её в попытке всадить лезвие в затылок.

Григори ушёл вниз и контратаковал. Клинок полоснул Малахая по животу, задев защитное заклинание. Кожа сначала не поддалась... а потом с шипением разошлась.

Это не обычный клинок. Ангельское оружие.

Насмешливый смех отразился эхом от стен.

— Обожаю твою изумлённую мордашку! Когда ты в последний раз видел такой клинок в руках одного из нас, ирин?

Малахай прохрипел от боли, но все равно бросился в атаку: зацепил лодыжкой колено григори и сделал подсечку. Кинжал отлетел.

Ухмылка испарилась с лица противника. Он кинулся вниз, перекатился и подхватил кинжал. Позади раздались шаги; Малахай увидел, как взгляд григори взметнулся в ночное небо. Трое солдат присоединились к своему другу.

Григори с ангельским лезвием пробормотал:

— Слишком рано.

Малахай развернулся с улыбкой. Изучив новых противников, он понял, что у всех человеческое оружие. Он ударил одного в солнечное сплетение, а правой рукой потянулся к другому. Одним плавным движением Малахай свернул голову григори и вонзил нож глубоко в основание черепа.

Смертная закричала и отключилась, когда тело в руках Малахая начало распадаться на части. Через несколько секунд осталась только облачко золотой пыли, столбом устремившееся к небесам.

Малахай оглянулся через плечо, но светловолосый григори сбежал, оставив его разбираться с двумя остальными. Только один был готов драться, а второй, казалось, мечтал побежать следом за другом, но был слишком напуган.

Малахай подошёл к григори, которого ударил, гадая, воспользуется ли второй григори возможностью сбежать.

Он не сбежал.

Малахай не обратил внимания на направленный ему в плечо скользящий удар с трудом переводящего дыхание григори. Кинжал попал в талесм книжника и отскочил, причиняя вреда не больше детской игрушки. Малахай свернул шею и этому григори, обрывая его жизнь. Развеяв второе облако пыли, он зыркнул на последнего.

Молодой, лучезарно-прекрасный, как и любой из их народа. Вьющиеся волосы и фарфоровая кожа. Глаза карие с зелёным отливом, пьянящий аромат.

Солдат был до смерти напуган.

— Почему ты не убежал? — спросил Малахай, подходя к нему. — Я прикончу тебя.

Этот григори не мог быть старым. Запах яркий, в нем слышится паника.

— Я... Я не знаю. Но я должен остаться здесь. С тобой.

Малахай остановился.

«...пожалуйста, недооценивай меня чуть дольше. Это мне на руку».

Вторая ловушка захлопнулась.

— Что ему нужно? — Он поднял парня в удушающем захвате и толкнул к стене. — Почему ты все ещё здесь?

Малахай знал ответ прежде, чем губы григори дрогнули.

— Женщина, — с шумом выдохнул молодой солдат. — Он... преследует человеческую женщину. Пришлось... отвлечь тебя. Всех вас.

— Всех нас?..

У них имелись планы и на Льва.

Малахай свернул шею противника, быстро нанёс удар и побежал. Позади него к звёздам взметнулось облачко пыли.

Глава 6

Лев щёлкал по каналам, уплетая за обе щеки ещё один большой сэндвич, заказанный Авой. Акцент хоть и русский, но парень со своими золотыми волосами и весёлым нравом напомнил Аве гигантского счастливого лабрадора. Они сидели в библиотеке отеля, которая дополнительно служила комнатой отдыха. Все стены заставляли книги, а в углу стоял телевизор, транслирующий международные шоу со всех уголков земного шара. Ава обрабатывала фотографии на ноутбуке, а Лев от скуки включил телевизор.

Впервые Ава встретила нового телохранителя днём, после того как Малахай позвонил ему и попросил встретиться в холле отеля.

— Кто это?

— Это Лев. Сегодня вечером он будет охранять тебя, если ты захочешь куда-нибудь выйти. — Мал передал маленький листок бумаги. — Это его номер. Мой у тебя уже есть.

Ава повернулась ко Льву.

— Привет.

Белокурый гигант взирал на неё с мальчишеской улыбкой.

— Привет, мисс Мэтисон.

— Ей больше нравится Ава. Не оставляй её без присмотра. Если что, звоните.

А затем Малахай повернулся и ушёл не оглядываясь.

«Засранец».

Ава обратилась ко Льву:

— Хочешь зайти? Я как раз собиралась позвонить в обслуживание номеров; что-то мне сегодня никуда идти не хочется. С