Диверсант до востребования - Иван Стрельцов

– Ясненько, – наморщил лоб Донцов, на его лице появилось некое подобие улыбки.

Эта гримаса не ускользнула от внимания Христофорова.

– На твоем месте, Ватсон, я бы не скалился. Начальство наше злопамятно и сможет тебе подгадить по службе.

– Ой, как страшно, – теперь Олег рассмеялся по-настоящему, но тут же смолк и уже серьезно добавил: – Но, с другой стороны… все ведь действительно началось с меня. Как говорится: «Назвался груздем – полезай в кузов».

– Вот так бы сразу, – с видимым облегчением буркнул из своего угла Лялькин.

– Спокойно, юноша, жизнь, она ведь не плоская, как камбала, а объемная. И кроме вашей проблемы, моего честолюбия, существует, например, еще один аспект – профессиональная этика. Да Генерал мне шею намылит, если узнает, что я смежной фирме дал подписку о сотрудничестве. – Донцов, как и большинство офицеров ГУБОП, главного борца с организованной преступностью за глаза называл Генералом, тем самым отмечая патологическую привязанность шефа к форме.

– Не узнает, – уверенно заявил Христофоров.

– А если его вдруг поставят во главе вашей тайной организации? – продолжал упорствовать Олег, все сказанное им сейчас походило на рыночный спектакль под названием «Торг».

– Не станут нами командовать профессионалы из других структур, – Владимир говорил уверенным тоном, что не должно было вызвать сомнений в правдивости его слов.

– Хорошо, на экран через диван, – наконец сдался Донцов. – Где фирменный бланк «о сотрудничестве» или нужно писать от руки?

– Есть бланк, – снисходительно усмехнулся Христофоров, бланк оказался в его нагрудном кармане.

Олег, нахмурясь, вписал в него свою фамилию и инициалы, потом поставил дату и размашисто расписался.

– Теперь я с потрохами ваш, дон Корлеоне. Что вы хотите знать?

– Нас интересует глава московской диаспоры чеченцев Касымов Руслан, он же Касым.

– Неплохой аппетит, – хмыкнул Донцов. – На этого орла в ГУБОПе уже томов тридцать и каждый толщиной с «Анну Каренину», так что засядем здесь не на один месяц. Надеюсь, ваша фирма будет нас кормить?

– Не ерничай, – неожиданно резко его одернул полковник. – Меня интересует сама суть: психопортрет, связи и, соответственно, реальные возможности самого Касыма и его подручных.

– Это действительно будет попроще. Значит, Руслан Имранович Касымов, 1962 года рождения, уроженец города Бамута. В Москве появился летом 1996 года, прибыл из Ростова, там он возглавлял кредитный союз. Но местные чекисты плотно сели на хвост, было у них подозрение насчет финансирования его кредитной фирмой чеченских боевиков. Доказать ничего не смогли. Касым продал свой бизнес и слинял в Белокаменную, где пристроился под крылышком своего троюродного дядюшки Мусы Бекмалиева, он же Бек.

– Знакомое погоняло, – вставил Христофоров. В его бытность старшим оперуполномоченным в Управлении по внедрению в организованную преступность чекисты внимательно отслеживали деятельность Бека.

– Бек действительно был легендарной личностью в Москве, – продолжил Донцов. – Держал несколько крупных фирм, несколько больших магазинов, но все это, как говорится, было вершиной айсберга. Главным в бизнесе были нефть, золото, пушнина и, конечно же, рэкет. Причем основная часть бизнеса распространялась на окраины страны. Но народная мудрость не зря гласит: «Жадность фраера сгубила». В двухтысячном году Муса Бекмалиев вылетел на свою малую родину. Самолет в воздухе развалился. После пышных похорон власть в диаспоре забрал Руслан Касымов, причем в самом начале были недовольные его деятельностью, но их Касым смог убедить… Кто-то загадочно погиб, еще часть недовольных съехала за границу, остальные смирились. Наш шеф не без оснований считает, что у Русланчика серьезные связи в руководстве среди полевых командиров чеченских сепаратистов. Кроме того, Касым в отличие от своего дяди не жаден патологически и без боев сдал периферийные позиции, но зато укрепился основательно в Москве. Он создал целую империю из дюжины подставных фирм, занимающихся строительным бизнесом, транспортными перевозками, и заодно стал заниматься гуманитарными поставками в Чечню. – По четкому изложению чувствовалось, что Донцову досконально известна биография фигуранта.

– Так, диагноз ясен, – удовлетворенно произнес Христофоров. Почесав переносицу, полковник добавил с притворным вздохом: – Ну, раз ты уже наш, придется допустить тебя, аристократа сыска, до нашего грязного белья, которое удалось вытащить из чужой избы.

– Благодарю за оказанное доверие, – Олег приложил ладонь к груди и склонил голову.

– А теперь слушай внимательно, – дальше Владимир Николаевич поведал о признании захваченного в поселке «языка» и о том, что выяснилось впоследствии.

– Так это точно были женщины?

– Женщины, – кивнул Христофоров, – причем очень неплохо подготовленные. Один полицейский был убит спецприемами: раздроблено адамово яблоко и поврежден мозг через глазное отверстие. Предположительно, длинным тонким каблуком.

– Нехило, блин.

– Это еще не все, – сделал предостерегающий жест рукой полковник. – Еще трое полицейских были застрелены, каждому пулю всадили точно в центр лба. Причем, двум последним влепили в течение одной секунды с расстояния почти в двадцать метров. Вот тебе и бабы.

– Ничего удивительного, – Донцов равнодушно сдвинул широкие плечи. – Хороший выстрел зависит от затяжности дыхания, а дыхание от частоты ударов сердца. Промежутки дыхания у женщин значительно длиннее, поэтому бабы и считаются лучшими снайперами. Другое дело, что из пистолета за секунду на расстоянии двадцать метров обе пули в две мишени положить точно в «яблочко», вот это по-настоящему круто. Прямо как из «марголина»[4], только вот калибр серьезный, не иначе, как спецзаказ, – со знанием дела констатировал сыщик.

– Наши эксперты тоже так считают, – в очередной раз подал голос Лялькин, уже не изображая из себя телезрителя.

– Итак, ваше руководство считает, что эти крали прихватили атомную бомбу.

– Теперь уже уверены, – подтвердил Христофоров.

За час до встречи на конспиративной квартире с Донцовым он встречался с Журавлевым. Генерал-полковник сообщил, что получил донесение от заокеанской резидентуры.

– В Вашингтоне шок. Там некоторые шальные головы предложили на некоторое время объявить самоблокаду. Ну это же, естественно, бред. Но зато известно, что похищен заряд «SYU-50», то есть мощностью пятьдесят килотонн. Причем, модель древняя, с элементарным кодом, который может взломать хакер среднего уровня, а запустить взрыватель можно при помощи обычного ноутбука. И если этот заряд рвануть на крыше какого-нибудь небоскреба, исчезнет район размером с Манхэттен, а окружающие территории будут гарантированно заражены радиоактивными осадками. Налицо реальная, так сказать, угроза. – Генерал сделал паузу, причмокнул губами. – Вот только сомнительно, что «атомную свинью» собираются подложить Дяде Сэму.

– Я тоже так считаю, Андрей Андреевич, – поспешил согласиться с генералом Христофоров и тут же добавил, чтобы не выглядеть в глазах начальства подхалимом: – О фугасе мог рассказать офицер американской армии, естественно, за большие деньги. И что бы там ни говорили о янки, они все-таки ценят свою страну, свой дом и вклады в своих американских банках.

На том разговор с Журавлевым и закончился…

– А при чем здесь чеченцы? – вопрос Донцова вырвал Владимира из плена недавних воспоминаний. – Насколько я помню из оперативных сводок, дети гор используют своих подруг в основном в качестве живых самонаводящихся мин. Похоже на американский боевик. Думаете, действовали фанатки типа «рядовой Джейн»?

– Да нет. Американские супердивы для такой операции слабоваты. Стиль больше напоминает израильтян, у них есть парочка женских «батальонов смерти» специального назначения. Даже существует бабская команда боевых пловцов. Только вот нестыковка, не может МОССАД или АММАН[5]выступать в союзе с чеченскими сепаратистами. Ну разве что использовали наемников, вернее, наемниц.

– Атомные бомбы, террористы, наемники – это действительно ваш профиль. Для чего же нужно было меня «кольцевать»? – возмутился Олег.

– Как я тебе уже говорил, пленный Муртаза о ядерной бомбе услышал от окружения Касыма. Вот ты нам и понадобился, чтобы взять Руслана Касымова под колпак. Потому что только через него мы можем выйти на наемников с бомбой, – устало пояснил Христофоров.

– Э, нет, мужики, не было такого уговора, не было! – едва не завопил Донцов, выставляя перед собой ладони. – Мало того, что я вам выложил информацию с «двумя слонами»[6], за что мне наверняка светит долгий срок в Нижнем Тагиле, так что же выходит – и этого вам мало! Вы меня еще хотите заставить халтурить на вас! Так это же стопроцентная «засветка». Меня же вычислят в два счета и засадят в кутузку.