Танкист. Поручик - Константин Георгиевич Калбанов

опыт и переправляли в штаб. Там за день выпадало по тринадцать с лишним миллионов. Ради такого количества можно погонять машину с сопровождением. Им оставляли только то, что причиталось в качестве премиальных.

– Ясно. Впятером тринадцать миллионов за день! – только сейчас сообразил Ярик. – Это сколько же они народу покрошили!?

– И ты еще учти, что пятьдесят процентов уходило сразу по каналу Эфира. Выходит, что убийство одного человека им приносило порядка пятнадцати тысяч очков. Чтобы добиться такого прогресса каждый из них успел убить минимум по пятнадцать тысяч человек.

– Твою м-мать.

– Вот и я о том же.

Глава 7

Под прицелом

– Товарищ старший унтер-офицер, вас вызывает майор Уфимцев, – бросив ладонь к обрезу фуражки, произнес посыльный.

– Я понял. Сейчас буду, – подтверждая свои слова кивком, ответил Виктор.

Кто бы сомневался, что особист не оставит без внимания его персону. К слову, Виктор знавал его еще по училищу, хотя практически и не сталкивался с ним. Все их общение свелось всего лишь к беседе на первом курсе. Даже после того, как Нестерова взял в оборот особый отдел корпуса на первой стажировке, он не вызывал его и не беседовал.

Но Виктор помнил, как особиста интересовала личность Григорьева. Потом, из беседы с Александром Трифоновичем он выяснил, что есть у того в ДБР недоброжелатели. Уфимцев же, скорее всего, принадлежит к кругу, который не устраивают старые кадры. Так что, ничего удивительного в том, что в ЧВК есть представители этой группировки. Правда Нестеров все же не ожидал повстречать здесь именно его. А так-то, прекрасно помнил, что ему следует вести себя с оглядкой.

– Разрешите, товарищ майор, – подрос в звании их училищный молчи-молчи.

– Проходите, Виктор Антипович, – с добродушной улыбкой пригласил хозяин кабинета, убирая со стола какие-то бумаги.

Рабочее помещение у майора обустроено со знанием дела. Окон нет, освещение только искусственное, стены обиты толстым войлоком, входная дверь двойная с тамбуром, все с той же шумоизоляцией, забранной в дерматин.

– Товарищ майор, старший унтер-офицер Нестеров по вашему приказу прибыл.

– О каков! А я ведь помню вас еще совсем зеленым.

– Всякому фрукту свой срок. Созреваю понемногу.

– Или все же созрели? А, Виктор Антипович? – делая приглашающий жест, на стул у приставного стола, произнес майор.

– Я так не считаю.

– Ну, полноте, вся грудь в крестах.

– Но при этом я все еще не офицер.

– Всего лишь навсего формальный подход, командования, – отмахнулся майор. – По старинке продолжают прикладывать к людям новой формации прежние лекала. А это в корне неверно. Ведь Эфир позволяет добиваться куда более значимых результатов при меньших затратах усилий и времени. Вот к чему растягивать курс обучения в высших учебных заведениях на четыре-семь лет? Лично я не понимаю. Если за четыре года юнкера получают высшее гражданское и среднее военное образование, значит в гражданском вузе возможно дать его за два года. В случае прилично приподнятого Интеллекта, так и вовсе за год. А семь лет обучения в медицинской академии? Это же просто смешно. Уже после второго курса студенты обладают такими Умениями, что с легкостью оставят за спиной докторов с полувековой практикой. Но нет. Ретрограды вяжут их по рукам и ногам, чтобы не дай бог, молодежь не обошла своих учителей и наставников.

– Есть старая добрая поговорка, товарищ майор, – опыт, как и половое бессилие, приходит с годами. Молодежь конечно может нахвататься знаний, но такие знания не равняются практике, – возразил Виктор.

– Разве? Вот взять вас. Вы с легкостью оставите за спиной любого из подпоручиков и поручиков.

– Если бы они имели такой же боевой опыт, что и я, то разница была бы не столь уж существенной. А может я им еще и уступил бы. И потом, мой пример не корректный, потому что такое количество опыта, что перепало мне, обломится разве только выходцу из состоятельной семьи.

Чтобы добиться такого роста как у него, нужно вывалить на покупку опыта не менее пятидесяти тысяч рублей. А так вкладываться могут только по настоящему состоятельные люди. А уж если посчитать с очками надбавок, которые ему удалось заработать получить без затрат, так сумма возрастает еще больше.

– Я в курсе. Это благодаря тому финту с одаренным, – по своему понял слова Виктора, особист.

– Простите, товарищ майор, но я понятия не имею о чем идет речь. И имел ввиду лишь свое умение отлично стрелять, и склонность к изобретательству.

– Бросьте, Виктор Антипович, неужели вы и впрямь полагаете, что я не в курсе обстоятельств этого дела. Уверяю вас, мне о нем известно все. Как и о создании артефактов «Наводчик» и «Камуфляж». Знаю я и для чего на самом деле, четыре дня назад, вас отправлял полковник Григорьев, в тыл к японцам. А вот вы не понимаете, что всякий раз он подставляет вас под удар. Причем так, что в случае прокола, вся вина целиком и полностью ляжет на ваши плечи.

– Какие-то чудные вещи вы говорите, товарищ майор. Ни о каких артефактах мне не известно. А что до рейда, то наша задача состояла в том, чтобы освободить пленных, и вручить им оружие. Насколько мне известно, часть освобожденных не остановилась на достигнутом. Они разгромили еще два лагеря военнопленных. В результате, японцы вынуждены отвлечь изрядную часть своих сил, чтобы покончить с появившимися партизанскими отрядами.

– Вот значит как. Считаете, что я блефую.

Вообще-то, не блефует. Судя по всему, особисту и впрямь известно многое. Только это вовсе не повод для того, чтобы Виктор начал распускать язык. Он давал подписку о неразглашении. И у него нет никаких основания полагать, что майор Уфимцев, то лицо, с которым следует говорить об этом откровенно. Так что, идет он лесом, со своими заходцами.

– Я ничего не считаю, товарищ майор. Потому что понятия не имею о чем вы говорите.

– В лагере были пять офицеров занимавшиеся расстрелами военнопленных.

– Совершенно верно.

– Это огромное количество опыта. Но вы сдали только сто пятнадцать тысяч.

– Характерник ежедневно обнулял их и переправлял опыт в штаб. При них оставался только тот опыт, что перепадал в качестве премиальных. Его мы и изъяли. Как впрочем, обнулили и остальных пленных офицеров.

– Какое совпадение. Тех кто мог бы это подтвердить вы убили, – с нескрываемой иронией произнес особист.

– Машины были перегружены, а нам предстоял переход через озеро, где могло подняться волнение. Мы находились на территории противника. Не отпускать же мне их, – пожал плечами Виктор.

Он не переживал по тому поводу, что кто-то может передать особисту информацию о том, что