Интуиция - Дэвид Майерс

В ходе нескольких экспериментов социальные психологи также обнаружили, что те люди, чье мнение поменялось, настаивали на том, что у них всегда было именно такое мнение, как сейчас. В одном из исследований Мичиганского университета выборка студентов выпускного класса отразила их позицию по отношению к меньшинствам, легализации марихуаны и равным правам женщин. Спустя почти десятилетие их позиция изменилась, но теперь они вспоминали свою предыдущую позицию, как близкую к нынешней. Как заметил Джордж Вейлант, проследив развитие взрослого во времени, «для гусениц типично становиться бабочками, а затем утверждать, что в молодости они были маленькими бабочками. Взросление делает всех нас лжецами».

Есть ли у вас сейчас любовные отношения? Оглядываясь назад, могли ли вы ранее спрогнозировать, как эти отношения будут развиваться? Социальные психологи Кэти Макфарланд и Майкл Росс просили студентов оценить прочность их отношений с партнером. Двумя месяцами позже они просили их снова дать оценку. Оглядываясь назад, те, кто в момент опроса был влюблен сильнее, чем ранее, упоминали любовь с первого взгляда Те же, кто расстался, были более склонны к ложным воспоминаниям — они утверждали, что замечали эгоизм и плохой характер бывшего партнера и раньше. То же самое наблюдалось, когда Диана Холмберг и Джон Холмс дважды опрашивали молодоженов с разницей в 2 года. Те, чей брак распался, находили в памяти ложные воспоминания о том, что и раньше все тоже было плохо. Мрачные предчувствия могут развиваться по нисходящей, отмечают Холмберг и Холмс. «Чем хуже ваше настоящее мнение о партнере, тем хуже и ваши воспоминания о нем, которые в дальнейшем лишь подтверждают ваше негативное отношение».

Интуиция о нашем недавнем прошлом тоже может подвести. Действительно ли женщины более депрессивны, напряжены и раздражительны за 2-3 дня до менструации? Многие так думают, и этого достаточно, чтобы убедить Ассоциацию американских психиатров включить сильный ПМС (предменструальный синдром, иногда называемый предменструальным дисфорическим расстройством) в список патологий, несмотря на возражения их же собственного женского комитета. Попросите женщин вспомнить их эмоции, и многие будут говорить о стереотипе ПМС, который, по мнению редактора медицинского раздала журнала «Parade», «терзает большинство женщин детородного возраста». (Он приписывает эти женские мучения «женским гормонам», которые «снижают уровень серогонина, важного химического реагента, влияющего на настроение».) Но что скажут женщины, если их спросить, как они себя чувствуют прямо сейчас, а затем спросить их об этом завтра и послезавтра? В ходе ряда исследований канадских, американских и австралийских женщин просили вести ежедневник настроения. Хотя многие женщины припоминали, что чувствовали себя неважно непосредственно перед последними месячными, их ежедневный самоотчет обычно выявлял слабые колебания настроения в течение всего менструального цикла (по крайней мере, значительно слабее, чем можно было ожидать на основании картины «скачущих гормонов»). Более того, женщины, которые говорили, что страдают от ПМС, никак не отличались в колебаниях настроения от тех, которые этого не говорили. Наши представления руководят нашими интерпретациями. Исходя из популярной теории ПМС, раздражение в начале менструального цикла приуменьшается, а в конце цикла объясняется ПМС.

Верим мы в это или нет, но даже наши воспоминания о том, как больно нам было, могут быть значительно искажены. Дэниэл Канеман и его коллеги выяснили это, когда просили людей погрузить одну руку в очень холодную воду (что вызывало боль) на 60 секунд, а другую руку — в такую же холодную воду на 60 секунд и затем дополнительно в чуть менее холодную воду еще на 30 секунд. Что любопытно: когда испытуемых спрашивали, какой из экспериментов они предпочтут повторить, 69% предпочли большее количество боли меньшему, т. е. более длительный эксперимент, но с ослаблением боли в конце. Те моментальные болевые ощущения, которые мы помним, похоже, фиксируют момент пика и момент окончания боли, но пропускают их длительность. Это моментальные снимки без секундомера. Когда пациенты вспоминают боль при обследовании толстого кишечника, у всех в памяти одинаково преобладает последний (и наиболее болезненный) момент, а не общая продолжительность процедуры. Значение ложного воспоминания о боли для медицины очевидно: лучше уменьшать степень болезненности по мере процедуры, чем завершать ее болью. Когда подобная практика была применена при обследовании толстого кишечника, пациенты, подвергшиеся подобной процедуре, позднее вспоминали продолжительный дискомфорт как менее болезненный.

Волнующие воспоминания о приятных событиях зачастую со временем становятся еще более приятными. Через месяц после первых выборов Билла Клинтона демократы вспоминали о более сильном переживании радости, чем то, которое они на самом деле испытали. Студенты, хорошо сдавшие экзамен, позднее вспоминали, что они чувствовали себя более счастливыми, чем были на самом деле. В других исследованиях участвовали учащиеся колледжа после трехнедельного велопутешествия, взрослые после экскурсионного тура по Австрии и студенты, побывавшие на каникулах. Все они описывали с радостью свое времяпрепровождение сразу после событий. Однако позднее они вспоминали о проведенном времени белее нежно, сводя к минимуму неприятные или скучные моменты и вспоминая прекрасное. Так, то приятное время, когда я путешествовал по Шотландии, я теперь идеализирую и воспринимаю как полное блаженство. Мошка и дождь померкли, а красота и умиротворение продолжают жить в памяти. В большинстве позитивных переживаний часть удовольствия заключается в предвкушении, часть — непосредственно в событии, а еще часть в «розовых воспоминаниях». Писатель-путешественник Поль Теро соглашается: «Путешествие чарующе только в ретроспективе».

Сомнительные свидетельства. Недостоверность воспроизведения ставит под вопрос способ оценки воспоминаний пациентов о том, как они изменились после лечения. Люди с готовностью создают воспоминания, которые поддерживают их существующие представления. Если сейчас они считают, что им стало лучше, то они, скорее всего, будут ложно вспоминать прошлое, считая, что оно сильнее отличается от настоящего, чем это было на самом деле. «Скорость, значимость и уверенность, с которой люди пересматривают собственную историю, поразительна», — сообщают исследователи аттитюдов из Университета Кларка Д. Р. Уиксон и Джеймс Лэрд.

Конструирование воспоминания помогает разобраться в запутанной связке решений. Те, кто участвовал в психотерапии и программе по самосовершенствованию с целью контроля веса, отказа от курения, обучения, показывали в среднем лишь незначительные улучшения. Тем не менее часто они заявляли о существенном улучшении. Майкл Конвей и Майкл Росс объясняют почему: затратив так много времени, усилий и денег на самосовершенствование, люди могут думать: «Возможно, я несовершенен и теперь, но раньше я точно был еще хуже, а эта программа сделала меня лучше».

Более того, принижая свое старое Я, мы можем верить, что «теперь я лучше, чем был раньше». Большинство из нас верят, что теперь мы более компетентны, социально опытны, толерантны и интересны, чем ранее, и в этом мы преуспели более, чем наши друзья и родственники. Чурбан вчера чемпион сегодня. В 59 лет я заметил, что даже играю в баскетбол более зрело — мои инстинкты отточились, удар .лучше отработан. «Чем дальше мы удаляемся от нашего прошлого, тем ниже мы оцениваем наши прошлые собственные успехи», — отмечают Энн Уилсон и Майкл Росс. Подобная недооценка нас самих в прошлом дает определенную прибыль. Нам больше не нужно чувствовать вину или отвечать за разные Я, из которых мы состоим.

Податливость воспоминаний является одной из причин, по которой большинство психологов встретили со скепсисом широко известное исследование Роберта Спитцера[11] «двести человек, утверждающих, что поменяли свою сексуальную ориентацию с гомосексуальной на гетеросексуальную». Принимая во внимание двойственность показаний постфактум (которые можно услышать от потребителей змеиного яда, гомеопатии и наложения рук), исследователи лечебного эффекта полностью перешли к контролируемому эксперименту — наиболее мощному способу отделения желаемого результата от реального. Если вы хотите знать, насколько действительно кому-то помогло подобное лечение (такое, например, как сексуальная переориентация), тогда нужно:

• оценить добровольцев (с самоотчетом и измерением физической сексуальной реакции в случае с гомосексуалистами);

• случайным образом выбрать половину для лечения, а остальных поместить в контрольную группу или отправить на разнообразные альтернативные процедуры;