Боги от науки - Catherine de Froid

— Видать, все–таки повзрослел ты раньше срока, — вздохнула учительница. — Что ж, на худой конец можно отдать всех детей на воспитание Лене, ее выдать за Алексея, внушить всем, что так и было и тихо сгинуть, иногда объявляясь в качестве ангела–хранителя, но ты сам понимаешь…

— Понимаю. Хотя, кажется, Таню–то убрать легко.

— Только осторожнее, — попросила Галина Александровна.

Глава 9

Таня Мамаева со времен своего замужества в институте не появлялась вовсе. Где–то трудилась, воспитывала детей. Ее муж учился, работал. У них было сколько угодно времени на общение друг с другом — оба знали, что в сутках давным–давно не двадцать четыре часа, — но эти возможности они очень скоро перестали использовать. Сначала привыкли друг к другу, потом надоели.

Когда детям — тоже двойня — пошел пятый год, Таня решилась:

— Знаешь, муженек, — сказала она. — Лучше нам с тобой по отдельности. Найдешь себе еще кого, заодно число «посвященных» расширишь. За детей не волнуйся.

Муж — в скором времени Костя и имя его выкинул из головы — не был тем, кто ставит своей целью кормить семью. Он поломался для порядка, вернулся на пять лет назад, уничтожил штамп в паспорте и пошел работать по специальности. За детей он перестал волноваться через пару месяцев новой жизни, быстро обзаведясь новой семьей.

Таня, успевшая в результате одного Костиного прокола подружиться с Леной, заявилась к ней и попросила приютить детей «на пару дней». «Глупый ты, Костя, в любых ипостасях», — чуть не сказала Лена, но сдержалась. В конце концов, это уже Костино дело, куда девать своих двойников.

Костя планировал убрать лишнюю сущность самым простым способом: подняться на крышу, спрыгнуть и перелезть в другое тело. Получится ли, нет ли, он не знал, но был слишком юн и любопытен.

Подходящий дом Таня — еще — нашла быстро. Шаг, еще шаг… Вдруг она резко повернулась и зашагала в обратную сторону, вниз по лестнице, вон из того дома. В голове у нее звучало:

«Отказано в доступе. Зачем излишняя драма? Если за персонажа не жить, он так и останется в той точке, где его оставишь. Не хотите всяких эффектов бабочки — не трогайте двойника».

«Почему? Я же никому не причиняю вреда!», — возмутился Костя.

«Не надо тебе раньше времени узнавать, что и как бывает после смерти».

«Вы, что ли, Бог? Тогда скажите хотя бы, правильно ли я живу? В правильную ли сторону заводят эксперименты?».

«Костя, Костя, ну кто ж несовершеннолетних–то судит? Помрешь, там разберемся. Три четверти века тебе еще землю топтать, если не больше. Живи пока!».

Костя не стал искушать судьбу и того, кто говорил с ним, и вышел в тело Кости Паустовского. Получил нагоняй от Лены, посидел пару месяцев с детьми. У него было устойчивое ощущение, что это его тело тоже долго не протянет. Семью и Лешу можно навещать в любом возрасте. Работа вот только… Вот получит он хотя бы паспорт, тогда пойдет речь о ликвидации. А пока остается только жить дальше и подавать Степе идеи для книг.

«Того, чего ты наворотил, ни один писатель не выдумает!» — немедленно отозвался Степа, тестирующий программку «Икота», позволяющую слышать все, что о вас думают.

«То ли еще будет!» — жизнерадостно отозвался тринадцатилетний мальчик Костя, решивший взять месяц–другой отдыха от своего большого семейства.

Часть 6. Расширяя круг

Глава 1

В январе Степа и Женя пропадали на бесконечных олимпиадах: областные, вузовские, интернет–олимпиады. Костя еще не дорос. Нет, он, конечно, мог через Интернет пробиться на пару областей на уровне восьмого и даже девятого класса, но решил пока не включаться в эту систему, не заражаться олимпиадной болезнью. Задачи за прошлые годы у него были, задачи за будущие всегда можно было достать, поэтому он спокойно, не ограничивая себя во времени решал по олимпиаде в неделю.

Степе и Жене надо было заполучить как можно больше призовых мест, поэтому они лихорадочно участвовали во всем. Костя слышал иногда их разговоры:

— За прошлый год прорешал, за следующий прорешал, думаю, готов.

— А за этот?

— А за этот — нечестно по отношению к другим участникам.

— Кто же виноват, что они не умеют того же, что и мы?

— Мы и виноваты.

— Но не бумажки же раздавать: учитесь, мол, использовать свой мозг.

— Ты гений! — выдохнул Женя. — Они же все время раздают какие–то бумажки с рекламой своих вузов. Почему бы их не подменить?

— Ага. Завлекательная надпись про использование мозга на сто процентов, ссылка на сайт…

Все трое переглянулись:

— Надо сайт сделать, разжиться туда отзывами нескольких уважаемых профессоров — и всех дел. И книгу, наверно, все же надо издать.

После этого разговора троица засела на месяц: описать все известные возможности, оформить теоретическую базу и обоснования, подготовить видеоролики, инструкции и упражнения для тренировки, попросить учителей «заразить» профессора с курсов повышения квалификации, через Костю Паустовского завербовать разных математиков и физиков, подкинуть паре–тройке человек идею написать монументальный труд.

— Готово, — потер руки Степа. — Только все равно ведь заглянет серая масса и спросит, что за бред.

— Сделай раздел для серой массы с твоими книгами. Пусть думают, что это большая странная ролевая игра.

«Лишь игра, игра, плохая игра», — пронеслось сразу по трем головам строчками из первого альбома «ДДТ».

— Костя! — укоризненно сказал Женя. — Не надо. Тебя что, какие–то сомнения гложут?

— Нет, — ответил Костя. — Какие тут могут быть сомнения? — И задумался.

Глава 2

Через пару дней в голове Кости повторяющимися снами и навязчивыми образами оформилась очень неправильная идея. «Ты вполне можешь проснуться год назад, — говорил ему ехидный голос, — и увидеть, что время идет по своим законам, а ты — обычный способный шестиклассник, без проблем осиливающий программу на год–два вперед. Даже если действительно существует способность перемещаться во времени, ты можешь уйти на год назад, и ее уже не будет».

«Зачем мне уходить на год назад? — спрашивал Костя. — Я ничего не боюсь, даже наоборот».

«Это как с кошмарами, — продолжал голос в голове с почти видимой наглой улыбкой. — Пока ты не вспомнишь, что тебе может помешать спать страх перед монстрами в темноте, ты их не испугаешься. Вспомнил — встречай гостей».