Земли скворечник голубой. Сборник занятий, сказок и утренников для воскресной школы - Андрей Антонов

не будет! Кто такие эти бабка с дедкой? Деревенщина! Дальше околицы носа не показывали! Простофили! Бог из меня великое чудо сотворил, а они того гляди меня съедят! Я от них убегу. Я хочу жить долго, счастливо и свободно!

Спрыгнул колобок с подоконника и покатился по дорожке. Вот уже и деревня осталась за холмом, закатился колобок на опушку темного леса. Вдруг откуда ни возьмись, навстречу ему выпрыгивает Заяц и говорит.

– Колобок, колобок я тебя съем.

Преподаватель. А колобок ему, что отвечает?

Дети. Не ешь меня.

Преподаватель. Не ешь меня, я тебе песенку спою. А зайчик-то простодушный, его не трудно обмануть. И пока колобок песенку пел, зайчик заслушался. То есть, колобок-то у нас, кто оказался?

Дети. Певец!

Преподаватель. Да, исполнитель авторской песни! Зайчик колобка, так заслушался, что обо всем забыл. Глаза закрыл, к дереву прислонился, стал мечтать о капустной кочерыжке! А колобок тем временем, хитро подмигнул вороне на ветке и покатился дальше. Темный лес еще плотней сомкнулся за его колобочьей спиной. Еще уже стала лесная дорожка. И повстречался ему Волк:

– Колобок, колобок, я тебя съем!

Дети. Не ешь меня, Волк, я тебе песенку спою!

Преподаватель. А серый-то Волк хоть и злой, но тоже, как зайчик простодушный. Всю жизнь в лесу прожил, на балалайке никто ему серому ни разу не играл. Все сам, все сам. И, конечно же, песен таких сладкозвучных никогда не слышал. В лесу-то ведь только филины ухают, да вороны каркают. И когда колобок запел свою песенку тоненьким, хлебным голоском, то волк вспомнил детство, вспомнил, как он был маленьким волчиком и мама напевала ему колыбельную:

«Баю – баюшки баю,

Не ложися на краю

Придет желтый старичок

И ухватит за бочок.

Баю-баю, баю-бай

Спи, волчонок, засыпай »

Дети смеются.

Преподаватель. И говорит серый Волк:

– Ладно, колобок, утешил ты мою душу, иди, куда бока глядят!

И покатился колобок дальше по узкой дорожке в темную лесную чащу. И вырос он в собственных глазах чуть ли не до верхушек… пеньков. Надулся, как воздушный шарик, зачванился, раздухарился. Как же! «Я от бабушки ушел. А от дедушки ушел. Я от зайца ушел, я от волка ушел!» Герой к верху ноздрей! И вдруг появляется Медведь и говорит:

– Колобок, колобок!

А Медведь огромный, он горой стоит посреди дороги:

– А я тебя съем!

А колобок ему в ответ:

– Я от дедушки ушел, я от бабушки ушел, и от зайца ушел, и от волка ушел. А хочешь, я тебе песенку спою?

Медведь думает: «От зайца ушел, от волка ушел, что это за песенки такие? Я сам петь люблю, мне никто на ухо не наступал!» Рыкнул медведь:

– Ну-ка, давай, сначала я спою, а потом ты споешь. Посмотрим!

Медведь прокашлялся и забасил:

– Как на наши именины

Насолили солонины!

Вот такой вышины,

Вот такой толщины,

Потому-то и мощны!

Ну, как? – спрашивает у колобка – могущественно?

Колобок отвечает:

– Ничего себе, а теперь я песенку спою.

И он запел так нежно, так весело, так ласково, чуть дыша.

Дети. А спойте нам, спойте!

Преподаватель. У меня не получится.

Дети. Ну, пожалуйста, пожалуйста!

Преподаватель. Ладно, слушайте.

Я колобок, колобок,

Я от бабушки ушел,

Я от дедушки ушел

В темный лес один зашел!

Да так певуче запел, так красиво, что затуманился взгляд у медведя, заплакал он светлыми медвежьими слезами, приговаривая:

– Никогда такого замечательного пения я не слышал, никогда!

А колобок покатился дальше. Сомкнули над его головушкой свои мохнатые лапы столетние ели. Длинные тени легли на дорожку. Обо всем на свете забыл колобок, забыл, что он убежал из дома, что катится он неведомо куда по нехоженой дорожке. Большой и прекрасный мир, что поманил его из окошка, стал маленьким и темным, но ничего не замечает колобок. Катится, подпрыгивает, как мячик. От счастья совсем голову потерял. А сам-то весь запылился, из румяного колобочка превратился в небольшой невзрачный комочек. И вдруг вышла ему навстречу лисонька-лиса, хвостиком машет, глазками масляными улыбается. Может быть, ребята, ни один такой камень уже появлялся перед наши колобком, как на картине «Витязь на распутье», а он мимо них прокатывался, даже не взглянув. И вот, Лиса его останавливает, и он впервые за все время своего бесцельного побега, слышит прямой вопрос:

– Колобок, колобок, куда ты катишься?

Преподаватель. А куда катится колобок?

Дети. Не знает он. Не знает куда!

Преподаватель. Верно, некогда об этом ему было подумать. Одно было счастье: катиться прочь от родного дома и песни петь!

Он и говорит:

– Да не знаю, куда качусь. Главное, вперед! Меня зовет мир на подвиги! Скажу тебе, Лиса, по секрету – я самое удивительное существо на свете! Я хлебное солнышко! Не было до меня таких прямокатящихся колобков и не будет!

А Лиса ему сладко поддакивает:

– И не будет, больше не будет! Уж я тебе обещаю! Отдохни, милый друг, наверное, путь твой неблизкий, посиди со мной. Я слышала, что вы там с Медведем песенки пели. Может быть, ты и мне споешь?

Колобок забыл обо всех страхованиях и опасениях лесных и запел:

– Я колобок, колобок, я от бабушки ушел…

А Лиса губки надула:

– Что-то я плохо слышу, верно, Медведь на ухо наступил. Не подойдешь ли ты поближе, еще ближе, присядь на мой удобный кончик носа, посвети мне солнышко, вот сюда. Я и вижу, что-то плохо. Старость не радость!

Подпрыгнул колобок, сел лисичке прямо на носик, удобно устроился…

Дети. Она его обманула и съела!

Преподаватель. И запел. И только он запел:

– Я колобок, колобок…

Как хитрая Лиса открыла свою пасть и проглотила колобка. Маленький такой серенький шарик из теста. Даже не поперхнулась. Так пропал колобок ни за что ни про что. Навсегда замолчал его сладкозвучный голосок. Не увидел он ни большого мира, не совершил ни одного подвига, ни одного доблестного поступка. Пусто и темно прожил колобок свою жизнь. Никому не принес он радости, никто не пролил о нем ни одной слезники, даже бабушка с дедушкой не могли его пожалеть, ибо ничего не знали о его непутевой судьбе. Не вернется «блудный» сынишка колобок в Отчий дом. Не будет