Алая сова Инсолье (СИ) - Лебедева Ива

— Хм… это слишком. Слишком странное совпадение, — хохотнул Инсолье мне на ухо. — Кажется, боги еще не совсем забросили тебя, святая.

— Совпадение? — Дышать было трудно, но я справилась. — Вряд ли. Скорее всего, это сборник сказок, а не рецептов. Потому что такое просто невозможно.

— Ну не знаю. — Мне показалось, что Инсолье заспорил просто из чувства противоречия. — Зря, что ли, купец так трясся над этой занюханной книжонкой? Стал бы он сказки контрабандой через кордоны возить. Рискуя лишиться головы! Так что читай, Имран. Читай, как вернуть твои глаза.

Глава 22

Инсолье

Да, читай. Пока я не завалил тебя прямо тут в траву и не поимел, плюнув на всех свиней, призраков и книжки на свете.

Нет, ну сам идиот, чего уж. Кто просил лезть обниматься к блаженной сволочи? Вот и получил ответку. Она краснеет, а я… я пытаюсь спрятать в складках одеяла железный стояк.

Так, на фиг. К делу. Надо сосредоточиться.

Пусть я и хохмил налево и направо, мысли мои теперь заняты отнюдь не насмешками. Во-первых, я знаю, кто такой архимаг Иолла. А также знаю, что он буквально правил соседней страной несколько сотен лет назад и действительно начинал как придворный лекарь. Только из-за слишком высокого самомнения правил он недолго, всего-то лет двести. Потом свои же и порешили.

Но до этого веселый халифский дед успел поиметь весь халифский гарем, самого халифа и его страну. Заодно присоединил к довольно задрипанному огрызку пустыни пару десятков других огрызков и создал то, что теперь называется Великим Объединением Несравненных, и прочее, прочее, прочее.

В дела которого даже наши живые боги со своими жирными приспешниками не суются, ибо получат по носу с разбега сапогом как нефиг делать.

Ну и по мелочи Иолла натворил. Чудеса всякие, открытия в области магии, которыми до сих пор пользуется весь белый свет независимо от вероисповедания. Подвиги, опять же… и сказка про потерянные крылья какого-то бога, или ифрита, или еще какой восточной пакости. Главное, Иолла в сказке их богу вернул как-то.

А еще я сразу узнал эту книгу. Раньше много раз видел. На картинках в учебниках. И даже если это какая-то реплика, подделать переплет с сорока шестью раухтопазами и одним крупным звездчатым сапфиром дорогого стоит.

В-третьих, я прекрасно понимал, что тут написано. На халифском языке пишется большинство книг о «запрещенной» магии. На имперском такие не выпускают. У меня просто не было выбора, пришлось учить со всеми особыми терминами.

А руками святой водил, чтобы убедилась — я не вру и не придумываю. Ну и… захотелось мне так, и все. Мои желания для меня всегда важнее остального, так что никаких угрызений совести я не чувствовал. И все у меня в порядке. В порядке же?

— Чего притихла? — обратился я к своей блаженной сволочи. — Не можешь прочесть? — И стиснул покрепче. Не вырывается, видать, так оглушило новостью из книги. Отлично, надо пользоваться моментом. Кстати, потом суп сварю погуще… ну невозможно, даже через одеяло одни кости.

Заодно и сам пробежался глазами по строчкам с текстом. Хм. Ну, допустим, растереть в порошок кости стреха и добавить шесть мер живолости — это еще куда ни шло. Но вот остальное все в духе «пойди туда, не знаю куда, найди там то, хрен знает что, не ищи и найдешь, не жди и дождешься».

Ладно, это ерунда. Пойду и найду. Заодно…

Заодно святая сволочь теперь точно никуда не денется, пойдет со мной добровольно и прямо бегом. Испачкается в моей запрещенной магии и «темных» делах по самые уши. И привыкнет. Шляться-то нам за этим «хрензнаетчем» долго. Станет полностью ручная. Моя…

А потом, когда все получится («когда», а не «если», или я не Инсолье), она откроет вернувшиеся глаза и увидит… меня. И все поймет.

Вот это будет настоящая сладкая и извращенная месть!

От предвкушения у меня даже слегка закружилась голова и из груди вырвался вздох удовольствия.

— Я прочитала, но ничего не поняла. Слова знакомые, а смысла не нахожу, — пожаловалась Имран. Я едва не погладил ее по голове. Молодец, так и надо.

— Ты прочитай вслух, а там уж разберем. Магические книги все достаточно витиеватые. Великим магам по-человечески писать, видите ли, не по статусу.

Ну, что сказать. Учат святых хорошо. Даже ни разу не ошиблась, пока считывала с моих рук одну витиеватую фразу за другой. Надо отметить, что Иолла был мужик что надо, напустил, конечно, туману и красивостей, но в целом выражался гораздо конкретнее, чем его же последователи. Колдовали, знаем. Пока одно нормальное заклинание вычислишь, полкниги закорючек перелопатишь, разбираясь, какой несравненный халиф кого несравненно имел и в какой несравненной позе. И при чем тут куст шиповника, благоухающий в ночи за окном, а также свист наверняка охрипшей малиновки, что сопровождала эту несравненную, шатт ее, оргию до самого утра.

— Так, давай начнем сначала. Первым делом нам нужно несамородное серебро. Это как? — Я натурально задумался. Все серебро в мире — самородное, его из земли выкапывают. Даже если после этого сто раз переплавят и перечеканят.

— Нам? — вдруг невпопад спросила Имран.

Я аж рот приоткрыл от изумления:

— А кому еще?!

— Зачем это тебе? — Она вздохнула, но даже не пыталась вырваться.

— В глаза твои бесстыжие посмотреть хочу, женщина! — отшутился я. Ну, как отшутился? Тон сделал соответствующий. Спрятав под ним свирепое рычание пса, у которого пытаются отобрать кость. Кости. Вот эти, шатт ее… покорми!

— А если без шуток?

Какая настырная. Впрочем, чему я удивляюсь. Всегда такая была. Особенно когда не дала пришибить меня на месте разоблачения и заставила волочить через пол-Аллирии на суд.

— Я наемник. Бултыхаюсь в этом мире, все равно что говно в проруби. А тут какая-никакая, но миссия, что сулит славу и почет. Вот вернем тебе зрение, преподнесем книжку нынешнему халифу от имени святой, и можно будет до конца жизни забыть о нищете и прочих неудобствах.

А что, отлично я придумал. Я вообще голова. Причина — даже святая не придерется!

— Сначала нам все равно надо найти того, кто убил Азу.

— Какую еще Азу?.. А! Тьфу ты, я про призрака и забыл. — Правда забыл, не до лютых тут. — Слушай, какая ему разница, сначала мы его убийцу найдем или с конца? Мне кажется, ритуал важнее. И вообще, мертвым что год, что десять — все одно. Они времени не ощущают. Можно и на пару сотен лет затянуть — не заметит.

— Нет, — сказала Имран таким тоном, спокойным и уверенным.

Я только зубами заскрипел. Ибо знаю, знаю вот это упертое выражение лица. Даже алая повязка не мешает его разглядеть. Ишачка — она ишачка и есть, всем отрядом долбанутых паладинов не сдвинуть.

— Ты же понимаешь, что его убийцу можно искать годами? А если этот утырок уже умер или переехал в другую страну, то легче блоху на лошади зубами словить! Это ведь логично: сначала вернуть тебе глаза, восстановив полный функционал, а потом уже геройствовать.

— Нет. Слишком много времени прошло, ты сам говоришь. Поэтому надо поторопиться. — Вот теперь блаженная сволочь целеустремленно закопошилась, выпутываясь сразу из одеяла и из меня. — Мы и так опоздали больше чем на пятнадцать лет.

— Да сдался тебе этот урод! — Я рассерженно встал и начал собирать вещи. — Может, он давно раскаялся и превратился в добропорядочного гражданина вообще… Тьфу.

Глава 23

Алла

— А если не превратился? А если продолжает убивать? — настаивала я на своем.

— Да тебе-то какое дело?! — тяжело выдохнул Инсолье, но я чувствовала, что его сопротивление мало-помалу угасает.

— Мне кажется… — Я на секунду остановилась, перестала вплетать Хрюшину шею в телегу и машинально погладила кабана между ушей. — Мне кажется, нельзя начинать ритуал с обмана, если уж мы решили, что он настоящий. Понимаешь? Это как краеугольное условие, что ли… Сделаем неправильно сейчас — и все остальное пойдет не туда.