Человек без прошлого - Николай Раков

Скорость, развитая ходунком, не позволяла остановиться, и механик заставил машину сделать прыжок, после чего начал притормаживать вездеход, который успел пробежать от места возможного столкновения еще метров двести, постепенно гася инерцию.

— Лучше бы я раньше убил ее. Не надо было бы возвращаться, — сдабривая свою фразу крепкими словами, проговорил механик, оборачиваясь к Альбрайту. — Неужели эта тварь нас разыскала?

— Не думаю. Похоже, это наша судьба. А судьбу нельзя убить, — ответил Дин.

Возвращаться не пришлось. Кошка догнала остановившийся вездеход и вновь перегородила дорогу.

Десантники понимали, что сейчас между зверем и хозяином идет интенсивный обмен образами, а может быть, и более глубокий, на уровне осмысленных приказов и инструкций.

Недолго постояв, животное повернулось и пошло по направлению к ближайшей остроконечной скале, торчащей из грунта, и, свернув за нее, скрылось из глаз.

Вездеход не двигался. Механик вопросительно смотрел на Дина. Приказа о движении не поступило. Через минуту зверь выглянул из-за скалы, постоял, глядя на вездеход, и вновь скрылся.

— Будь я проклят, — произнес Руг, — она приглашает нас идти за собой.

— Тогда вперед. Лучше идти навстречу опасности, чем бежать от нее.

— Правильно, командир. Герой умирает один раз, а трус тысячу. Только почему посмертное звание «герой», которого я не услышу, мне не нравится.

— Мне больше нравится выражение «разумный солдат». Если бы на нас хотели устроить засаду, то устроили бы. Сейчас против нас все на этой чертовой планете. Рано или поздно надо рискнуть. Почему не сейчас?

— Значит, сейчас, — проговорил Клест, трогая с места машину.

Когда они завернули за скалу, то в нескольких метрах от поворота увидели поджидающую их кошку. При их появлении зверь встал и пошел вверх по широкой тропе, все ускоряя шаг, вскоре перешедший в хороший галоп. Вездеход без труда двигался следом.

— Смотри внимательно, здесь могут быть ловушки. Если это засада, то они понимают, что справиться с нами не так просто. Особо не торопись, пусть себе бежит. Пойдем по следам. Если посчитает нужным, она нас подождет.

Действительно, биосенсоры щупалец ходунка улавливали запах следа, и он мог идти по нему, как хорошая собака-ищейка.

Машина снизила скорость. Зверь давно скрылся за многочисленными скальными образованиями и поворотами. По локатору Альбрайт отслеживал его передвижение. Животное больше не останавливалось. Оно было уверено, что приглашенные двигаются за ним.

Оценивая окружающую местность, Дин пришел к выводу, что зверь не ведет их в западню. Во-первых, они миновали уже несколько мест, где было очень удобно организовать нападение. Во-вторых, тропа полого, но неуклонно поднималась, оставляя внизу распадки и небольшие скалистые ущелья. Они находились наверху, а десантники еще с учебного центра знали, что в горной войне выигрывает тот, кто находится выше противника.

От места встречи со зверем они удалились уже километров на десять. Теперь их окружали только скалы да редкий кустарник с уже знакомыми треугольными листьями.

— Стоп, — резко скомандовал Дин.

Вездеход почти мгновенно остановился.

Идущий впереди десантников зверь уже давно не бежал. Сейчас он даже не шел, а, судя по экрану локатора, скорее полз. Он либо прятался, либо кого-то выслеживал.

— Давай вперед помалу. Остановишься вон у того куста, — указал рукой Дин направление движения, внимательно вслушиваясь в сигнал.

Бот продвинулся вперед на полсотни метров и остановился.

— Командир, впереди засада.

— Да, судя по сигналу, там какое-то сборище. Но получается, что это не друзья нашей зверюги. Она вела себя странно. Похоже, пряталась, подползала. Двигай левее. Поднимемся на ту скалу, — указал Альбрайт на небольшую вершину, возвышающуюся метров на двести над всей местностью.

Вездеход двинулся в указанную сторону и вскоре стал подниматься по склону.

Дин опять надвинул на глаза окуляры оптической системы. Чем выше поднималась машина и расширялась зона видимости, тем внимательнее был десантник, тщательно осматривая окрестности.

Неизвестный противник был рядом, и Альбрайт в первую очередь тщательно проверил маскировку вездехода. Биосистема мимикрии не подвела. Поверхность машины зеркально отражала серый цвет скалы, ее шероховатую поверхность, неровно покрытую мелкими трещинами, буграми и впадинами.

Когда объектив оптической системы с помощью щупальца ходунка достиг вершины, окружающая местность распахнулась перед глазами наблюдателя, а потом начала медленно уходить вправо.

Клест, управляя движением щупальца, давал панораму окружающего пространства и сам также приник к окулярам.

Перед глазами медленно двигалась череда скал, стоящих отдельно и группами, которые были разделены травянистыми зелеными лужайками. Небольшое узкое и темное ущелье. А вот в окуляры наплывает зеленая котловина, почти полностью охваченная кольцом скал.

Механик без команды остановил движение оптики. В котловине что-то происходило, и Альбрайт дал максимальное приближение.

В окулярах стало отчетливо видно, что по котловине движется небольшой отряд. Альбрайт насчитал десять аборигенов, двое из которых восседали на уже знакомых десантникам кошках-мустангах, остальные сидели в повозке, которую тянуло огромное мохнатое животное.

Неожиданно всадники рассыпались в разные стороны, а остальные стали выскакивать из повозки, поднимая лица вверх и вскидывая в руках уже знакомые арбалеты и оружие, внешне похожее на автоматы, с короткими стволами и дисками на верхней части. Люди вели стрельбу, а их противник атаковал сверху. Пятеро побежали в разные стороны, а трое быстро нырнули под повозку и продолжали вести стрельбу из-под нее.

Клест сместил объектив вверх, и оба наблюдателя от неожиданности вздрогнули. Будучи детьми технической цивилизации, они ожидали увидеть атакующие машины, пусть необычных конструкций флаеры и топтеры, но людей внизу атаковали самые настоящие летающие ящеры.

Длинные вытянутые клювы, широко распахнутые кожистые крылья, удлиненное тело, оканчивающееся длинным гибким хвостом, четырехпалые лапы с огромными когтями. Хищники явно превосходили размерами и силой мечущихся по котловине в поисках укрытия людей. Ящеров было около двадцати, и они безостановочно пикировали с высоты на свои жертвы.

— Вот у нас и появилась возможность стать хорошими парнями, — проговорил Альбрайт, убирая с глаз окуляры оптики. — Прикинь, как удобнее туда добраться, пока их не съели. Может, поднимемся на одну из скал и разгоним эту нечисть?

— А я все голову ломал, что это наша знакомая зверюга темп замедлила. Видимо, этих тварей почуяла, — сказал Клест, быстро спуская вездеход вниз, при этом прикрываясь от воздушного противника склоном горы.

Управляемая опытными руками машина, обходя препятствия, вышла на траверз котловины и стала подниматься по склону. Дин внимательно следил за верхней сферой, но в голубом небе ни разу не мелькнуло хищное тело. Приближение противника пока оставалось для ящеров тайной.

Вновь в окулярах оптической системы с высоты пятисот метров открылась панорама котловины. Стало видно, что люди проигрывают схватку.

На зеленом поле, в пределах которого развернулась охота, осталось значительно меньше фигур, чем было вначале. Десантники насчитали только пятерых аборигенов. Трое, добежав до спасительных скал, прижались к ним спинами. Вертикальная стена не давала охотникам возможности нападать сверху. Люди вели стрельбу по тем тварям, которые на бреющем полете пытались атаковать их по фронту. Жертвы огрызались, и ящеры, не долетая до них двух десятков метров, взмывали вверх. Повозка была перевернута, и, прикрываясь ею, стрельбу вел только один абориген. Вдали от него по дну котловины металась кошка-мустанг с седоком на спине. Животное пыталось пробиться в узкое ущелье, где можно было укрыться от нападения сверху, но все его попытки оканчивались неудачей. Вертикальная карусель, закрученная ящерами у входа в ущелье, не позволяла зверю добраться до спасительной узости скал. Одна тварь, в бреющем полете отрезающая всадника от спасительного входа, сменялась другой. Четвероногий зверь только успевал уклоняться прыжками в стороны от движущихся прямо на него охотников. Его седок, расстрелявший свой боезапас, старался лишь удержаться в седле. Такая ситуация не могла продолжаться слишком долго. Так и случилось. Успешную атаку провел один из ящеров с тыла. Кошка отшатнулась в сторону от летящего на нее хищника, и в этот момент другой, напав сзади, выдернул всадника из седла. Зажав его тело мощными когтями, ящер начал набирать высоту на своих шестиметровых кожистых крыльях. Кошка прыгнула следом в попытке спасти хозяина, но ее прыжок не достиг цели. Хищник поднялся уже на высоту около десяти метров, неся в когтях свою добычу, когда его настиг удар парализатора. Широко распахнутые крылья еще какое-то время держали ящера в воздухе, но когти сразу разжались, и тело жертвы рухнуло вниз. Хищник, пролетев по инерции несколько метров, врезался в скалу. Три его сородича также попали под удар. Их безвольные тела, кувыркаясь, полетели вниз. Четвероногий зверь, потерявший хозяина и находившийся ниже уровня луча парализатора, в прыжке дотянулся когтями до одной из летающих гарпий. Уворачивая голову от ударов мощного клюва, он всеми четырьмя лапами рвал тело и крылья противника. Летающая тварь еще сопротивлялась. Но на земле, потеряв свое преимущество, явно уступала, и результат схватки был очевиден.