Миллиардер (не) ее мечты - Юлия Юрьевна Бузакина

успел переодеться: верхние пуговицы белоснежной рубашки были дерзко расстегнуты, темно-синие джинсы облегали узкие бедра, спортивный пиджак завершал образ. Легкая небритость, пронзительный взгляд голубых глаз. Я осторожно выдохнула — он был чертовски привлекателен в этом свободном стиле.

— Анна, все в порядке? — оторвавшись от ноутбука, он пробежался восхищенным взглядом по платью.

— Есть ли какие-то новости о моей крестной? — с надеждой поинтересовалась я.

— В офисе никого не нашли.

— Тела… тоже?

— Ни тела, ни крови на полу, ни следов разрушения.

— Значит, надежда есть?

Он усмехнулся. Поднявшись, подошел к бару и достал бутылку добротного коньяка. Плеснув коньяк в два бокала на короткой ножке, один протянул мне.

— Надежда есть до тех пор, пока ее не опровергнут факты.

Я пригубила коньяк. Поморщившись, поставила бокал обратно.

— Меня волнует сообщение в моем телефоне. Я пыталась дозвониться до крестной и попросила ее связаться со мной. В ответ получила сообщение, но я не верю, что его написала она.

— Покажи.

— Сейчас…

Я скрылась за дверью своей спальни.

Экран моего мобильника мигал новыми сообщениями.

«Анечка, дорогая, я ищу тебя!»

«Где ты, детка? Назови адрес, я за тобой приеду!»

«Я объездила весь город, Анна! Нельзя так издеваться над собственной крестной!»

Стараясь не смотреть на экран, я подхватила мобильник и принесла его в гостиную.

— Вот.

Макар взял у меня телефон и озабоченно взглянул на экран.

— Вряд ли это сообщения от твоей тети, Аня. Она бы позвонила.

Я беспомощно развела руками.

— Как мне узнать, все ли с ней в порядке?

— Подождем немного. Тела нет, а значит, твоя крестная могла затаиться.

Он вернул мне телефон, и его пальцы задержались на моих чуть дольше.

— Я хочу пригласить тебя разделить со мной сегодняшний вечер. Машина приедет за нами через пятнадцать минут. Устроим небольшое свидание, чтобы узнать друг друга получше?

Его взгляд скользил по моим губам. Его пальцы касались моих мягко и бархатно. Так, что по коже против воли побежали мурашки.

— Я только возьму куртку, на улице ветер...

—Минутку!

Вишневский исчез за дверью своей спальни и вышел оттуда с отороченной натуральным мехом накидкой в руках.

— Так будет лучше, — укрыв накидкой мои плечи, довольно кивнул он.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 20. Анна

— Идем, нас ждет машина. В ресторане «Грильяж» забронирован столик. А еще нас там будет ждать фотограф из женского журнала «Первая». Хочешь попасть на страницы этого журнала?

— «Первая»? Это же самый популярный журнал в стране!

— Они готовят статью о моей личной жизни в рубрику «Эти прекрасные сильные мира сего». Не глупый пост в колонке городских новостей, а настоящую развернутую повесть о том, кто я такой.

— Но ведь статья о тебе?

— В ресторане я буду с тобой. Мне хочется, чтобы читательницы журнала поверили в счастливый конец истории.

— Твоя история настолько грустная?

— Скажем так, она с терпкими нотками драмы. Твое присутствие на фото скрасит мрачный очерк.

Он подал мне свой локоть. Я коснулась его руки и смутилась. Он это заметил, и его губ коснулась едва заметная улыбка.

— Я хочу, чтобы ты знала, Анна: твое появление заставило меня посмотреть на многие вещи по-новому. Я хочу, чтобы мы продолжали в том же направлении. Возможно, мою историю и в реальности ждет счастливый конец, — накрывая мои прохладные от волнения пальцы теплой ладонью, с ноткой горечи усмехнулся он.

Спрашивать о подробностях его прошлого я не решилась.

Лифт плавно спустил нас вниз. Долго ждать не пришлось: темно-серый внедорожник плавно притормозил у входа в яхт-клуб. Водитель выбрался из машины и вежливо открыл нам дверь.

Я с интересом взглянула на него. Он был огромен. Сломанная и неровно сросшаяся переносица и шрам на лице свидетельствовали о том, что ему ни раз приходилось сражаться на поле боя.

— Добро пожаловать в наш клуб, Анна, — перехватив мой взгляд, заговорил со мной он. — Меня зовут Алекс. В прошлом я тоже гладиатор. Мы очень переживаем за вашего отца. До вчерашнего вечера никто из нас не знал, что у Станислава Окунева есть дочь. Поверьте, с нами вы будете в полной безопасности. Ни одна муха не пролетит незамеченной. Уж об этом позаботятся.

Он мстительно хрустнул крепкими пальцами и кивнул Вишневскому.

Щелкнула сверкающая дверь, и Макар пропустил меня на заднее сиденье. Устроившись рядом со мной, он коснулся моей руки.

— Видишь, у нас не так уж и плохо, — ободряюще улыбнулся мне он. — Твоего отца уважают в городе. То, что с ним случилось сегодня, для всех шок.

— Я и не знала, что папа сделал из моего существования такую большую тайну.

— То, чего он опасался, все же произошло. Но он жив, и сейчас это главное.

— А твоя жена? — с опаской взглянула на него я. — Что, если она увидит нас вместе?

Макар покачал головой.

— Моя женитьба на Алисе была чудовищной ошибкой. Я каждый день расплачиваюсь за этот выбор. Судебное заседание на следующей неделе. Надеюсь, развод пройдет мирно, и я наконец буду свободен. А что касается того, что нас с тобой увидят вместе, то такой расклад тебе не повредит. Жоржолиани и все остальные должны раз и навсегда уяснить, что ты не беззащитна. Что ни о какой торговле тобой не может быть и речи! Поверь, ни один здравомыслящий бизнесмен не пожелает нажить себе врага в лице Вашневских! Это будет слишком дорого стоить.

Я испытующе взглянула на Макара. Его близость уже не так сильно пугала. А еще он начинал мне нравиться. Еще бы, он не нравился! Мужественные черты лица, чертовски сексуальная небритость, пронзительно голубые глаза и аромат холодного февральского моря… медленно, но верно он подбирался к моему сердцу.

Макар перехватил мой взгляд, и его рука скользнула по моей спине. Я притихла, но не сопротивлялась. Мне было хорошо в его объятиях.

Машина привезла нас в уютный ресторанчик «Грильяж», который работал круглый год.

— Я буду рядом, Макар Демидович, — услужливо открывая нам дверцу, уверенно произнес наш водитель. — Если кто-то посмеет рыпнуться в вашу сторону, ему не поздоровится.

— Думаю, все будет в порядке, — протягивая мне руку, отозвался Вишневский.

Администратор провел нас за наш столик в зоне вип.

Вишневский помог мне снять накидку, и я устроилась в углу мягкого диванчика.