Первая тайна академии Грискор (СИ) - Минаева Анна Валерьевна

Искатель не ошибся в своих предположениях. Из общежития выскользнула тень. Возможно, именно этот человек был тем, кого ждал Найджел.

Табите стоит приготовиться. Как и ему.

Найджел прищурился, на мгновение потеряв из виду фигуру. Всмотрелся во тьму и нахмурился. Он нашел ее. Высокую девушку, держащуюся подальше от пятен света. Она двигалась быстро и очень осторожно. А рука… ее рука явно что-то придерживала под плащом. Будто нож или меч.

— А это уже интересно, — тихо прошептал Искатель и обернулся на своих соседей.

Пора их будить. Эта ночь перестает быть спокойной.

8. Гвин Умильтен

Девушка выскользнула в парк так быстро, как только могла. Тело Табиты унесли не так давно, но прошло достаточно времени, чтобы ее там оставили одну.

Гвин подняла взгляд к еще темному небу и инстинктивно сжала рукоять меча, спрятанного под плащом. Ночь перевалила за половину, еще есть время до рассвета. И этого времени ей должно хватить, чтобы найти ответы на свои вопросы.

Валькирии надо было торопиться.

— Ну что же, Игла, пора наведаться в самое таинственное место академии Грискор, — прошептала девушка, погладив пальцами меч с именем. Меч, который подарил отец на ее шестнадцатилетие.

Ворельская сталь, идеальный баланс, удобная рукоять. Настолько легкий, что им можно сражаться целый день. Но при этом такой тяжелый, что удары, нанесенные им, могли перерубить конечность человека.

Но рубить Гвин не нравилось. А вот точечные удары, способные вывести из боя любого, доводили до восторга. Именно потому меч получил имя «Игла». Потому что жалить иногда оказывается эффективнее, чем рубить от плеча.

Гвин Умильтен не знала, пригодится ли ей оружие в подвалах, но все же решила взять клинок с собой. Особенно после того, о чем не так давно поведала им с Милред Табита.

Валькирия ругала себя за то, что так и не спросила, откуда Таби столько узнала. Никто до того часа не рассказывал им о том, что подвалы — это вовсе не небольшое помещение под землей, куда нет хода студентам.

Нет, подвалы — это огромный многоуровневый лабиринт, растянувшийся под всей территорией академии Грискор. А то и дальше. В подвалах хранили многие артефакты и эликсиры. В самых ближайших помещениях, самых верхних и самых безопасных. А вот то, что скрывалось дальше…

Именно магия, которая скапливалась в воздухе из-за близости стольких магических предметов, хранящихся в подвалах, и притягивала на нижние этажи монстров и демонов.

Табита рассказывала об этом так, будто сама проверяла правдивость информации. А потом добавила, что своими глазами видела прибывшие ночью кареты, из которых вышло около двух десятков вооруженных до зубов мужчин. Кто с мечами, кто с топорами, а кто и с магическими посохами. Милред тогда предположила, что это мог быть какой-то особый боевой отряд, состоящий на службе у императора.

Табита лишь пожала плечами и сказала, что видела, как их встретила стража академии и провела ко входу в подвалы. Но обратно никто не вернулся.

Милред испугалась после ее слов и спросила, могла ли Таби просто пропустить их возвращение?

— Может, и могла, — пожала тогда плечами Табита, глядя немигающим взглядом прямо перед собой. — А может, есть другой выход. Но в простые подвалы не присылают особые императорские отряды. Держитесь подальше от этого места.

Да, именно так она тогда и сказала. Гвин помнила это, как помнила свое имя и обещания, данные отцу. Но слушать подругу не стала. Валькирия уже видела впереди то самое здание, которое для студентов называли складом. И черную обожженную чарами дверь.

— Почему же ты наблюдала за входом в подвалы, Табита? — прошептала себе под нос Гвин, замирая у последнего дерева, дающего ей тень для укрытия.

Дальше простирался небольшой пустырь, на котором Валькирию могли заметить. Его пересечь надо было быстро. А там впереди совершенно точно ожидали магические заслоны. Вряд ли бы администрация оставила вход в подвалы без защиты.

Девушка прижалась спиной к шершавому стволу фаебины и запустила руку под плащ. Нащупала во внутреннем кармане небольшой мешочек с плотными завязками и вытащила под свет звезд. Растянула шнурки и запустила руку внутрь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Пальцы заскользили по гладким капсулам. Валькирия схватила одну из них и положила в рот под язык. Медленно скривилась, когда слюна растворила крахмальный клейстер, и проглотила растолченные травы.

Почти как в первый раз. Ничего не изменилось.

***

— Дочь! — громкий голос Лорда Севера разнесся по залу, в который медленно вошла Валькирия. Она никак не могла справиться с одышкой после тренировки. Непонятной одышкой, которой не должно быть.

Сегодня с ней занимался один из подручных отца. И шестнадцатилетняя девчонка слишком быстро уложила его на лопатки. Она бы даже тренировкой это не назвала. Но отец собирался на войну с небольшим городом, который решил отделиться от Севера, у него не оставалось времени для дочери.

Император не стал посылать своих людей, несмотря на то, что Север частично подчинялся его власти, а просто отдал приказ разбираться самостоятельно.

Лорду Севера было не впервой. После того как его народ смог покорить не только юг, но и холодный ветреный север, многое приходилось решать самому. 

Как говаривал отец: «С нас не берут податей и не атакуют соседние страны, так чего еще можно желать от нашей земли?»

Гвин желала мира. Несмотря на то, что мечом она владела так же хорошо, как и ложкой, пускать его вход где-то вне тренировочной площадки не хотела.

— Подойди, — отец стоял у одной из картин, которые бескрайней чередой тянулись по обе стены длинного зала. Помимо них, тут находились стойки с доспехами разных эпох, а на полу красовались шкуры убитых зверей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Лорд Севера и сам сейчас напоминал зверя. Большого, опасного, в меховом плаще, будто в собственной шкуре. Он походил на вставшего на задние лапы совиного медведя.

Гвин молча повиновалась, остановилась рядом с отцом, ожидая вестей. Скорее всего, он собирался попрощаться с ней перед войной, которую просто обязан был выиграть.

Но вместо этого Лорд Севера снял с пояса второй меч, который Валькирия не сразу заметила, и протянул его дочери.

— Возьми это оружие, пусть оно всегда будет с тобой. И оберегает тебя, как оберегают всех нас ветви священного дуба.

— Благодарю, отец, — Гвин склонила голову и протянула руки вперед.

Несмотря на показную холодность, сердце девушки забилось так быстро, как не билось на сегодняшней тренировке.

Отец решил даровать ей оружие! Меч! Настоящий меч!

Лорд Севера положил клинок плашмя на протянутые ладони. Руки Гвин дрогнули под тяжестью оружия. Всего на мгновение. А потом Валькирия примерилась к весу, перехватила клинок за рукоять и взмахнула им в воздухе, оценивая.

Быстрый. Намного легче тех, которыми ей до этого приходилось тренироваться.

— Спасибо, отец, — одними губами произнесла девушка, поднимая на родителя твердый взгляд серых глаз. — У него есть имя?

— Тебе самой придется это решить, — с легкой усмешкой, утопающей в густых усах, произнес Лорд Севера. — Но это не все. Возьми и это.

Мужчина вытащил из внутреннего кармана плаща увесистый кожаный кошель. Гвин хотела было поспорить, сказать, что золото ей тут совершенно ни к чему, но Лорд Севера ее опередил. Протянул мешочек со словами:

— Это лучший стабилизатор и катализатор, который только удалось изобрести нашим травникам. Воинам стоит принимать одну капсулу раз в месяц. Не делать перерывов, принимать в один и тот же день.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Но… зачем? — Гвин все же взяла в руки мешочек. — Отец, я не понимаю.

— Эти травы пробудят в тебе силы, которые обычно дремлют. Никогда не узнаешь, когда тебе придется перелезть через высокую стену или сразиться с диким зверем. Это мой тебе наказ — пей их с этого дня постоянно. Клади одну под язык, жди пока появится горечь, и глотай. А после не смей учащать сердцебиение, пока горечь не исчезнет полностью. Уяснила? Хорошо. А как только травы начнут заканчиваться, приходи ко мне.