Разлука не для нас - Элизабет Уолкер

Конечно, Сьюзан заметила, что Эрик и не пытался ее соблазнить. Более того, был явно недоволен ее присутствием. Может быть, ему не понравилось, что она фотографирует его? Однако его очевидное раздражение не смущало Сьюзан. В любом романе герой, влюбившись с первого взгляда, не хочет признаваться в этом даже самому себе и смотрит на героиню зверем.

Сквозь тонкую стенку Сьюзан слышала все, что происходило в комнате Эрика. Он не мог заснуть — беспокойно ворочался на кровати. Сьюзан довольно улыбалась, глядя в темноту. Таковы все герои: они страдают молча, ибо считают любовь непростительной слабостью. С виду герой холоден как лед, но любой читатель знает, какой вулкан страстей скрывается под этой непроницаемой маской. Сьюзан больше нравились герои иного типа — те, что рычат на героиню, словно бешеные и на каждой странице демонстрируют свой скверный характер. Но нельзя требовать слишком многого. Главное, что она произвела на него впечатление. В конце концов, они провели вместе всего несколько часов. Впереди еще много возможностей…

Глаза Сьюзан сами собой закрылись. Бояться нечего: она спит чутко, а комод у двери заскрипит тотчас, как только хозяин дома попытается ворваться к ней в спальню…

Глава 6

Эрик тщетно пытался дозвониться до Кортни — а она в это время предавалась унынию в роскошном номере лос-анджелесского отеля.

Поужинав с клиентами, она вернулась в отель и, не заходя в номер, подошла к столику портье, чтобы спросить, не звонили ли ей.

— Как, совсем никаких сообщений? — переспросила она.

Портье покачал головой.

— Мне очень жаль, мэм. Ни одного.

— Спасибо, — пробормотала Кортни и, стиснув пальцами ручку сумочки, твердым шагом направилась к лифту. На душе у нее было тяжко. Как же так, думала она, Эрик ведь должен знать, где я остановилась… Несколько дней назад Кортни и представить себе не могла, что будет так переживать из-за невнимания какого-то мужчины.

«Если он не объявится, — решила наконец Кортни, — я сама ему позвоню». А может быть, он звонил и просто не хотел оставлять сообщение? Но в глубине души Кортни терзала страшная мысль: что, если прошлой ночью — точнее, сегодня утром — она всерьез его обидела? Ей казалось, что Эрик все понял; но Кортни лучше многих других знала, как хрупки отношения между людьми: любое глупое недоразумение может их разрушить. Но что же она могла сделать? Она все объяснила, извинилась. И, как и обещала, положила рядом розу, когда легла в постель.

Номер Кортни, изящно обставленный, с большой ванной и удобной двойной кроватью, был комфортабельным и уютным — но сегодня она не замечала красот интерьера. Едва войдя в комнату, она кинулась к телефону. Рабочий номер Эрика она помнила наизусть, но домашний пришлось искать в записной книжке. Эрика не было дома; Кортни услышала автоответчик, но не стала оставлять сообщение.

Кортни устала и не выспалась прошлой ночью. Но она не хотела ложиться, не поговорив с Эриком. Приняв душ, попробовала еще раз — снова нет ответа. Кортни набрала номер офиса — снова безрезультатно. Эрик не говорил, что куда-то уедет… хотя почему, собственно, он должен перед ней отчитываться? Кто она ему? Добрая приятельница, не больше. Однако сердце Кортни болезненно сжалось при мысли, что Эрик может быть сейчас с какой-то другой женщиной.

Один из клиентов предлагал ей потанцевать после ужина, но Кортни отказалась, сославшись на головную боль после бессонной ночи. Ей не терпелось услышать голос Эрика, сказать ему, что она готова изменить правила игры… Но, может быть, она опоздала? Эрик нашел себе другую — без дурацких страхов и комплексов? Женщину, которая не станет мучить его и портить ему жизнь?

Я это заслужила, грустно думала Кортни. Прошло много месяцев, прежде чем она осмелилась признаться себе, что Эрик влечет ее физически. Все это время он был удивительно терпелив, давал ей время и возможность привыкнуть к себе и не подталкивал к близости. «Господи, да он просто святой! Подвижник, давший обет и соблюдающий его», — подумала Кортни с грустной улыбкой.

Снова и снова Кортни набирала номер и слышала равнодушный голос автоответчика. «Да мало ли где и с кем он может быть, — говорила она себе. — Почему обязательно с женщиной?» В одиннадцать часов Кортни решила, что звонить уже поздно, и пошла в ванную. Она собиралась лечь спать — хотя заснуть ей вряд ли удастся.

Однако Кортни заснула и встала наутро свежей и бодрой. Сегодня она дозвонится до Эрика, выяснит причину его молчания — и все вчерашние тревоги развеются как дым. Восемь утра — не слишком ли рано? Только не хватало разбудить его настойчивым звонком! Кортни вызвала горничную и заказала легкий завтрак в номер. Может быть, стоит вернуться пораньше, думала она, намазывая маслом булочку. Один из ее клиентов во вторник улетает в Европу, так что ему тоже на руку побыстрее разделаться с заказом. Обычно оформление логотипа занимало не меньше трех дней. Но сегодня Кортни ощущала прилив энергии и была уверена, что сделает всю работу за завтрашний день. А значит, вернется домой на день раньше.

В пять минут десятого, предвкушая, как обрадуется Эрик вести о ее скором возвращении, Кортни набрала номер — и, снова услышав автоответчик, уронила трубку на рычаг. Где он пропадает воскресным утром? Ответ один — там же, где провел субботнюю ночь. Кортни набрала рабочий номер Эрика — и рухнула ее последняя надежда.

Кортни, механически двигаясь, оделась и вышла из номера. На душе у нее было тяжело, как никогда раньше.

Эрик, как только проснулся, тут же набрал номер Кортни — но телефон по-прежнему не работал. Дождь, всю ночь стучавший в окно, наконец прекратился, но небо набухло тяжелыми тучами, а на ветвях сосен повисли клочки тумана. Обычно по утрам Эрик отправлялся в пижаме на кухню и готовил завтрак. Сегодня он надел джинсы и фланелевую рубашку и вышел на кухню на цыпочках, чтобы не разбудить гостью.

В морозилке Эрик нашел несколько сосисок и пакетик сухой смеси для приготовления оладий. Негусто. Он включил радио, надеясь услышать обнадеживающие новости о состоянии дороги, и принялся за готовку.

Эрик не признавал замороженных продуктов. Он любил и умел готовить, не считая это, как многие другие мужчины, исключительно женским делом. Омлет, яичница, оладьи, тосты, иногда, под настроение, даже пирог — во всем этом Эрику не было равных. Сегодня он решил ограничиться оладьями.

Когда Эрик — свою гостью он решил не дожидаться — вылил на сковородку первую порцию теста, в дверях появилась Сьюзан. Она отчаянно зевала и протирала глаза. Волосы ее растрепались, пижама Эрика висела на худенькой фигурке мешком.