Вечное Древо - Мари Лу

Абеке с ужасом ощутила, что сердце ее оттаивает. Она сжала зубы и сурово нахмурилась.

Шейн поднял голову.

– Прости меня за все, – прошептал он, – я так виноват перед тобой. Мне так жаль… Ты всегда так много значила для меня… была моим единственным настоящим другом. Я помню каждую мелочь из наших встреч с тобой… и был просто в отчаянии, когда приходилось тебя обманывать, потому что не хотел тебя терять. Я уже потерял так много… сестру… – По лицу его пробежала судорога боли. – Но у меня не было выбора… Желчь сделала меня рабом, так же как твою подругу Мейлин.

Нет! Нельзя поддаваться! Абеке на миг зажмурилась, с усилием выталкивая из сознания лживые слова. Припомнила вновь его холодный взгляд, предательство в замке Зеленых Мантий, заточение Мейлин – все ужасные дела, которые он творил… и как ему только удается каждый раз переубедить, заболтать, вытянуть прощение? Может быть, с ней, с Абеке, что-то не так?

Рука с мечом бессильно опустилась. Гнев стремительно таял, утекал, как вода меж пальцев. Однако голос Абеке сохранил твердость.

– Мне тоже жаль, – холодно проговорила она, – потому что ты для меня не значишь ничего.

Шейн хотел что-то сказать, но промолчал, лишь сжал губы и посмотрел на нее долгим взглядом. Подошел Конор с веревкой, Абеке благодарно взглянула на него. Молча и покорно Шейн позволил связать себе руки за спиной.

Конор поднял его на ноги, и в этот миг земля снова вздрогнула. Потом еще раз.

Абеке переглянулась с Конором, тот посмотрел на небо. Поднявшийся ветер гнал тучи на запад, раздирая их на длинные черные лоскутья.

Скала под ногами продолжала вздрагивать. Что такое, землетрясение? Абеке прислушалась и поняла, что это больше похоже на шаги. Тяжелые, мощные. Она вопросительно глянула на Шейна, но он, похоже, был столь же удивлен.

Конор обернулся. Из пустой обезьяньей темницы, окруженной храмовыми колоннами и окаменевшими оленьими рогами, исходило странное сияние.

– Что это? – спросила Абеке, проследив за его взглядом.

– Он здесь, – ответил Конор, не оборачиваясь. В его тихом голосе звучало глубокое благоговение.

Гром шагов сотрясал землю. Он исходил, казалось, со всех сторон. Абеке в изумлении раскрыла рот: колонны пошли трещинами и стали рушиться, рога рассыпались. Храм на глазах превращался в груду обломков. Сияние разгоралось, и вдруг слепящая вспышка осветила плато. Абеке закрыла лицо руками. Когда она отняла их, то раскрыла рот в изумлении. Перед руинами храма возвышался гигантский олень. Шерсть его была вовсе не бурой, как представлялось Абеке, а белой и отливала серебром и золотом. Голова была по-королевски откинута, а огромные раскидистые рога достигали, казалось, самого неба.

Окруженный бушующим ветром, он двинулся вперед, величественно и неторопливо, и скала вздрагивала при каждом его шаге. Внутри ветвистых рогов сиял массивный округлый талисман из серебристой платины – фигура оленя, чьи рога обрамляют солнечный диск.

Больше всего поражали глаза Великого оленя. Темные лишь на первый взгляд, они переливались всевозможными оттенками. В них были земля и небо, огонь и ветер – казалось, что смотришь в самую душу вечного и прекрасного мира. Абеке охватила дрожь благоговения и восторга.

Теллун наконец явился.

17

Теллун

Он намного превосходил размерами всех Великих Зверей. Роллан упал на колени, не в силах отвести глаз от благородного оленя. Слова застряли в горле.

– Теллун… – выдохнул за спиной Конор.

Олень смотрел на них и молчал. Его взгляд словно приковывал – взгляд существа, бродившего по земле с незапамятных времен, из века в век. Роллан сглотнул комок.

– Эссикс, – шепотом позвал он. Ей необходимо увидеть такое!

С яркой вспышкой ястреб возник из спячки и с удивленным криком полетел к каменным развалинам. Следом рванулись выпущенные Бригган с Уразой – и уселись рядом с Теллуном.

Теллун перевел взгляд на Мейлин, которая все еще морщилась и потирала лицо после удара Абеке. Потом посмотрел на Шейна. Слегка наклонил голову, и великолепные рога на миг окутались призрачным сиянием.

Мейлин и Шейн одновременно испустили изумленный вздох. Роллану показалось, что от боли – он вскрикнул и бросился к Мейлин… и застыл, глядя ей в глаза. Желтоватый туман, плававший в них, теперь исчез.

– Мейлин? – неуверенно проговорил он.

Она растерянно моргнула, потом нахмурилась. С благоговением глянула на Великого оленя, подняла к лицу руки, стала рассматривать… и вдруг радостно расхохоталась.

– Все прошло! – крикнула она, обводя взглядом друзей. Лицо ее сияло радостью и облегчением.

– Правда? – Абеке расплылась в улыбке. – В смысле… Желчь?

– Да! Не знаю, как, но ее больше нет! Я ее совсем не чувствую!

Джи, сидящая рядом, довольно заурчала.

Роллан стоял пораженный, не в силах поверить, и лишь когда увидел кивок Теллуна, подпрыгнул и издал победный клич. Конор с Абеке кинулись к Мейлин и стали обнимать. Переполненная счастья, она звонко смеялась, откинув голову. Роллан смеялся вместе с ней, присоединившись к общим объятиям. Великий олень спокойно смотрел на веселящихся детей.

– Не могу поверить, что ты вернулась! – воскликнул Роллан, потом насмешливо поднял бровь. – Мне как раз не хватало, над кем поиздеваться.

Мейлин шутливо пихнула его локтем. Он снова расхохотался и полез обниматься, она притянула его к себе. Неожиданная радость так вскружила ему голову, что на миг забылись все неприятности и тяжесть невыполненного долга. Встретив счастливый взгляд Мейлин, он в избытке чувств поцеловал ее прямо в губы и резко отскочил, вдруг осознав, что сделал.

Она смотрела с изумлением, Роллан залился краской. И как только такое могло взбрести ему в голову? Однако тогда это казалось таким естественным…

– И… извини, – промямлил он, – я просто…

Мейлин смущенно улыбнулась, перебирая пальцами пояс.

– Я тоже скучала по тебе.

Она снова рассмеялась, и он тоже. Почесал в затылке, но хорошая шутка почему-то не придумывалась. Конор с Абеке наблюдали за ними с усмешкой. Даже Эссикс, сидевшая на руинах храма, встопорщила перья на шее и озадаченно пискнула. Джи сохраняла обычное спокойствие.

Шейн стоял в стороне со связанными руками, опустив глаза, но Роллан не сомневался, что Желчь больше не действовала и на него. Улучив минуту, когда никто не смотрел, он задрал голову к небу, зажмурился и сделал глубокий вдох – так, будто дышит впервые.

– Мы должны остановить Ково, – сказал Конор, повернувшись к Теллуну. – У него теперь все талисманы… кроме твоего. – Он кивнул на Платинового оленя. – Только мы не знаем, куда он ушел.

Теллун приподнял голову, ветвистые рога блеснули на солнце.

– Ково ищет место рождения всего живого, – раздался его низкий трубный голос.

– Всего живого? – переспросила Мейлин, сжав руку Роллана.

Великий олень взглянул на север, словно искал что-то вдали за горизонтом.

– Да, – кивнул он. – Вечное Древо.

Слова отозвались в душе Роллана странной дрожью. В них было что-то древнее и священное. Казалось, это говорит сама земля.

– Вечное Древо… – повторил он благоговейным шепотом.

Теллун шагнул вперед и продолжал:

– Когда мир был еще юн, существовали только небо, вода, воздух и земля. Тогда и возникло Вечное Древо. Одни считают, что выросло из упавшей звезды, другие – что было выковано в пылающих горнах подземных печей. Его крона упиралась в небо, а корни уходили в самые недра земли, питая жизнь во всем мире. Из Вечного Древа родились мы, Великие Звери, и все наши талисманы. Каждый из нас хранит часть его могущества – потому эти талисманы так нам и дороги. Древо породило связь между человеком и животными, оно наша суть, суть всех живых существ – и ваша тоже. – Олень почтительно склонил голову, в голосе появились нотки горечи. – Вы все ощутили, как страдает земля: ураганы, отравленные моря, снежные бури в Нило. Корни Вечного Древа поддерживают равновесие всего живого в Эрдасе, и когда они чувствуют приближение тьмы и разрушения, вся земля содрогается.

Так вот почему столько странного в последнее время! Роллан безуспешно пытался представить, как выглядит дерево, даровавшее всем жизнь.

– Значит, Ково отправился туда? – уточнил он. – А когда доберется, что сделает?

Теллун обвел взглядом Джи, Бриггана, Эссикса и Уразу.

– Во время последней большой войны Вечное Древо было ранено. Это сделал Ково с помощью жезла, составленного из половины наших талисманов. Четверо Павших отдали свои жизни, чтобы спасти Эрдас, но Древо так и не исцелилось – тогда и пошла по всем землям болезнь связи. Теперь у Ково другой жезл, гораздо более полный. Даже без моего талисмана это дает ему право призвать к Древу всех Великих Зверей. Если же он получит и мой, то обретет власть над всем живым в Эрдасе. Великая обезьяна будет править всеми.

Ково у власти… Роллан поежился.