Страницы военно-морской летописи России: Пособие для учащихся - Б. Зверев

23 июня, при подходе к проливу, отделяющему остров Хиос от малоазиатского материка, невдалеке от крепости Чесма, турецкий флот был обнаружен2.

Когда русские корабли приблизились к Хиосскому проливу, стало возможным определить численный состав неприятельского флота. Оказалось, что он насчитывает десятки вымпелов. Это было полной неожиданностью для русских моряков.

Неприятельский флот, находившийся в Хиосском проливе, включал основные военно-морские силы Турции; он состоял из 16 линейных кораблей, 4 фрегатов и множества бригантин, транспортов, галер, шебек и других боевых и вспомогательных судов. На вооружении их было 1430 орудий; экипаж насчитывал до 16 тысяч матросов и офицеров. По сравнению с русской эскадрой, имевшей лишь 9 линейных кораблей, 3 фрегата и 18 других судов (730 орудий), противник обладал двойным превосходством. Соотношение сил было явно не в пользу русских.

Граф Орлов растерялся. Но совершенно иной была реакция основной массы моряков, готовых не щадя жизни сразиться с сильнейшим противником. Энтузиазм экипажей, настойчивые просьбы Спирпдова и командиров кораблей убедили главнокомандующего в необходимости решительной атаки. «Увидя оное

сооружение (боевую линию неприятельского флота),-докладывал Орлов в Петербург, - я ужаснулся и был в неведении: что мне предпринять должно? Но храбрость войск, рвение всех… принудили меня решиться и, несмотря на превосходные силы (противника), отважиться атаковать - пасть или истребить неприятеля»1.

Русским кораблям предстояло сражение с флотом, занимавшим выгодную позицию, Неприятельские корабли стояли в полумиле от берега в двух линиях; правый фланг их упирался в небольшой каменистый остров, левый фланг примыкал к берегу. Передовая линия состояла из десяти линейных кораблей, во второй линии находилось шесть линейных кораблей и четыре фрегата; расстояние между ними не превышало 150-200 м. Между основным боевым ядром флота и берегом располагались остальные турецкие суда. Невдалеке от берега был расположен большой укрепленный лагерь, откуда турки пополняли свои запасы. Командующий турецким флотом адмирал Хосамеддин находился на береговом командном пункте, адмирал Гассан-бей - на флагманском корабле «.«Ре ал -Муста фа».

На военном совете, состоявшемся на русской эскадре, было решено атаковать противника, подойдя к нему с севера. В исходной позиции для атаки эскадра должна была занять линию баталии2. Авангард был поручен адмиралу Спиридову, кордебаталия - графу Орлову, арьергард - адмиралу Эльфин-стону.

На рассвете 24 июня 1770 г. при тихом попутном ветре русская эскадра двинулась в'Хиосский пролив. Корабли шли под всеми парусами, на ходу занимая места в боевой линии. Головным встал линейный корабль «Европа» под командованием капитана 1-го ранга Ф. А. Клокачева, за ним - флагманский корабль Спиридова «Евстафий», далее шел корабль «Три святителя» под командованием капитана 1-го ранга С. П. Хметевского. Вслед за авангардом следовали корабли «Иануарий», «Три иерарха», «Ростислав»; замыкали боевую линию арьергардные корабли «Не тронь меня», «Святослав», «Саратов».

Когда до неприятеля оставалось примерно три кабельтова1, раздался грохот артиллерийской канонады: это турецкие суда открыли огонь по приближающейся русской эскадре. Под обстрелом сотен вражеских орудий русские корабли продолжали сближение с противником, не отвечая на его огонь, Около полудня передовой корабль «Европа» приблизился к боевой линии неприятельского флота на 50 м и первым открыл ответный огонь. Капитан 1-го ранга Клокачев стремился еще ближе подвести свой корабль, однако близость подводных камней заставила его повернуть и на время выйти из линии.

Головным кораблем авангарда стал «Евстафий» под флагом адмирала Спиридова. На него обрушился сосредоточенный огонь сразу нескольких турецких судов. Но флагман уверенно шел вперед, подавая пример всей эскадре. Воодушевляя моряков на бой с врагом, на верхней палубе с обнаженной шпагой стоял адмирал Спиридов. На кораблях гремели боевые марши. Музыкантам был отдан приказ: «Играть до последнего!..»

Приблизившись к боевой линии противника на дистанцию «пистолетного выстрела», «Евстафий» повернулся бортом и открыл по противнику сокрушительный огонь, Основной удар русские артиллеристы сосредоточили по турецкому адмиральскому кораблю «Реал-Мустафа».

Вслед за флагманом в бой вступали остальные корабли русской эскадры. К исходу первого часа дня сражение стало общим.

Корабль «Три святителя», следовавший за «Евстафнем», начал исключительно меткий огонь по турецким кораблям, нанося им серьезные повреждения. Но обстрел врага не ослабевал. Во время маневрирования в русский корабль попило несколько снарядов, которыми были перебиты брасы8; корабль стило относить прямо в середину вражеского флота, между двумя его боевыми линиями. Положение стало очень опасным, так как корабль оказался среди многих турецких судов, которые со всех сторон обстреливали его, При малейшей ошибке и неточности в маневрировании он мог столкнуться с вражескими кораблями или сесть на мель, Однако капитан 1-го ранга Хметевскнй умело руководил маневрами корабля. Несмотря на то что в разгаре боя он был ранен в голову осколком ядра, он не покинул своего боевого поста и продолжал управлять огнем по врагу.

От неприятельского обстрела на корабле «Три святителя» появились подводные пробоины, были повреждены мачты. Но русские моряки продолжали вести бой на самой близкой дистанции, Находясь между двумя линиями турецких кораблей, они обстреливали их сразу с обоих бортов. Около 700 снарядов обрушили артиллеристы «Трех святителей» на турецкие суда. «В расстоянии не более десяти сажень,- отмечал капитан 1-го ранга Хметевский в своем дневнике,- заставили неприятеля молчать, так что многие турки побросались в воду»1.

Корабль «Иинуарнй» под командованием капитана 1-го ранга Н, А, Борисова, проходя вдоль неприятельской боевой линии, посылал снаряды поочередно по нескольким вражеским кораблям. Сделав поворот, он вновь прошел к противнику, занял позицию против одного из кораблей и сосредоточил по нему огонь. В кильватер «Иануарию» следовал корабль «Три иерарха» под командованием бригадира С. К, Грейга. Он подошел к другому турецкому кораблю, стал на якорь и также начал ожесточенную канонаду, На близком расстоянии русские моряки поражали врага не только орудийным, но и ружейным огнем. Турецкий корабль не выдержал обстрела и стал сниматься с якоря, чтобы спасаться бегством, Но во время этого маневра он развернулся кормой к кораблю «Три иерарха». Такое положение делало турецкий корабль наиболее уязвимым, так как на корме находилось лишь несколько ретирадных пушек. Пока турецкому кораблю удалось отойти, он был «разбит до крайности», Столь же большие повреждения получили другие турецкие корабли, сражавшиеся с «Ростиславом» под командованием капитана 1-го ранга В. Ф, Лу-пандина и «Европой» под командованием Ф. А, Клокачева.

В центре сражения по-прежнему находился корабль Спири-дова «Евстафий», продолжавший ожесточенную артиллерийскую дуэль с турецким адмиральским кораблем. Флагманский корабль русской эскадры вел огонь с такой короткой дистанции, что его ядра пронизывали оба борта турецкого корабля. Но от вражеского обстрела мачты, реи, паруса «Евстафия» были также сильно повреждены; течением его стало сносить в сторону турецких судов.

Когда «Евстафий» вплотную сблизился с «Реал-Мустафой», между кораблями началась перестрелка из ружей и пистолетов. Еще мгновение, и на палубу турецкого флагмана бросились на абордаж русские матросы. «Все корабли, - писал впоследствии Орлов, - с великой храбростью атаковали неприятеля, все с великим тщанием исполнили свою должность, но корабль адмиральский «Евстафий» превзошел все прочие; англичане, французы, венецианцы и мальтийцы - свидетели в сем действии - признавались, что они никогда не представляли себе, чтоб можно было атаковать неприятеля с таким терпением и неустрашимостью»1. Один из английских очевидцев, говоря о доблести русских моряков в единоборстве с турецким адмиральским кораблем, писал: «Во время этой лихой абордажной схватки и команда и офицеры дрались, как львы, и явили бесчисленное количество примеров отменной храбрости и мужества»2.

Русские шаг за шагом теснили упорно сопротивлявшегося противника. Один из смельчаков бросился к турецкому флагу, но был дважды ранен. Несмотря на тяжелые ранения, он не выпустил флага и доставил его Спиридову. Турецкий адмирал Гассан-бей выбросился за борт и был спасен одной из турецких шлюпок. Вскоре громадный корабль был почти весь взят, неприятель оттеснен к корме и на нижние палубы. Но неожиданно на корме показался огромный столб дыма и пламени.

Находившиеся на палубе «Реал-Мустафы» русские матросы старались погасить распространявшийся на нем пожар. Однако пламя быстро распространялось по кораблю, охватывая мачты и паруса. Пылающая мачта турецкого корабля обрушилась на «Евстафий». Искры рассыпались по кораблю; на палубе появились языки пламени. Огонь проник в крюйт-камеру, где хранились запасы пороха и снарядов. «Евстафий» взорвался. Спустя несколько минут над морем раздался второй взрыв: это взлетел на воздух «Ре ал-Муста фа».