Не бойся, тебе понравится! - Дарья Андреевна Кузнецова

Нет, Халлела предполагала, что после прошлого визита, когда мужчина удрал почти на самом интересном месте, он еще пару дней будет дуться. Не вполне понятно на что, но будет. Сам придумал, сам расстроился, сам обиделся. Однако по её прикидкам прошло уже суток пять, а шайтар продолжал игнорировать пленницу. Причём если прежде он хотя бы заглядывал, пусть и не в одиночестве, то теперь — пропал окончательно, навещал её только Мутабар и какие-то неразговорчивые шайтары, приносившие еду. Спасибо, хоть не забывали кормить!

Мозгоправ своими визитами радовал, с ним можно было поболтать об интересных вещах, да и новости он приносил. От него Халлела узнала, что её безответственный тюремщик не влип в неприятности, а занялся поисками работы. Причину сложно было назвать уважительной, так что меньше Повилика злиться не стала, но всё же немного приободрилась: ей совсем не хотелось, что бы шайтар где-то безвестно сгинул. Он был слишком хорош для этого.

Некоторое разнообразие в культурной программе наметилось к обеду очередного дня: Мутабар пришёл не один, а в компании другого здоровенного дикаря, которого Халлела один раз уже видела. Кажется, его звали Шад, и это был брат её шайтара.

Он вошёл, задумчиво осмотрелся, молча занял один из стульев. Мутабар посмотрел на него, на эльфийку и, пообещав вернуться попозже, предпочёл сбежать, оставив их наедине.

Повилика из своего обжитого угла кровати уставилась на гостя с любопытством, выжидательно. Сердитым он не выглядел, скорее задумчивым. Веселила шальная мысль, что родственник пришёл выговаривать ей за растление Шахаба, но соображение это Халлела придержала при себе. Вот окажется, что привели его совсем другие дела, а она так глупо и по-детски себя выдаст. Нет уж.

— С тобой хочет разговаривать посол Нового Абалона, — озадачил Шад.

— Это угроза? — Эльфийка насмешливо приподняла брови. — Я протестую, это жестокое обращение с военнопленными!

— То есть видеть ты его не хочешь? — с сомнением уточнил шайтар.

— Слабо сказано! Что для этого надо сделать? Я даже готова пойти на жертвы. Небольшие. Какое-нибудь исследование провести, например, убить какого-нибудь эльфа…

— Оставим на крайний случай, — весело хмыкнул гость. — Пока мне нужны ответы на пару вопросов, раз так.

— Я вся внимание! — охотно откликнулась Халлела. — Только если хочешь купить секреты Нового Абалона, так и знай, я буду торговаться.

Шад окинул женщину насмешливым взглядом, задумчиво качнул головой и не стал дольше растягивать удовольствие.

— Зачем ты можешь быть настолько важна и нужна своим сородичам, что они готовы просить, торговаться и унижаться?

— Серьёзно? — неподдельно изумилась Повилика. — А можно посмотреть?!

Шайтар в ответ звучно расхохотался.

— Начинаю понимать, отчего Шахаб запер тебя здесь!

— А вот я не очень, — сразу понурилась эльфийка. — Сижу одна, скучаю. Совсем он меня забросил, один Мутабар и радует!

Возмущение Шад выслушал внимательно, с задумчивым интересом, но никак не прокомментировал. Дождался, пока Халлела умолкнет, и невозмутимо продолжил.

— Вернёмся к вопросу. Твоя семья принадлежит к одному из правящих кланов, но ты отрезана от корней и для них бесполезна. Ты известный учёный, но на тебе не завязаны никакие важные проекты. Нынешнее исследование интересно, но до прорыва далеко, а о результатах последнего эксперимента они не знают. Мужа ты убила, детей нет и быть не может, влиятельных друзей среди эльфов нет, только знакомство по переписке с некоторыми яркими учёными мира. Я верно сказал?

— Прекрасно. Ты всю мою жизнь уложил в минуту, это потрясающий талант! — похвалила Халлела. — Даже добавить нечего. Ну разве что среди эльфов у меня вообще нет друзей, не только влиятельных.

— Так что от тебя нужно твоим сородичам?

— Понятия не имею! — честно ответила она. — А знала бы — не дала. Сам понимаешь, любить родину мне не за что. Из ценного для них во мне только мозги, но вряд ли многие из них понимают, какую редкую орхидею у них из-под носа увели дроу… прости, шайтары, — безмятежно улыбнулась она.

Оговорка явно не была случайной, но Шад уже лет двадцать как вышел из того возраста, когда подобные подначки могли задеть.

— Подумай. Вдруг про секреты Нового Абалона ты не блефовала? Поторгуемся, — подмигнул он.

— А ты вообще уполномочен решать такие вопросы, каменный? — запоздало опомнилась Халлела, понимая, что так и не выяснила подробностей биографии своего шайтара и его родни. Понятно, что не простые камушки, но насколько?

— Вполне.

— И? — подбодрила Халлела. — С кем имею честь?

— Шад Шадай, главнокомандующий армии Кулаб-тана, к твоим услугам, сэла, — склонил он голову.

Эльфийка несолидно присвистнула, вызвав у собеседника еще один смешок.

— Это что же, у меня на цепи сидел родной сын Великой Матери? А почему я еще жива?!

— Шахаб тоже жив и почти здоров, — шайтар безмятежно пожал плечами. — Ну так что, какие секреты ты готова предложить?

— Любые. Если вспомню, — ворчливо призналась она.

Конечно, можно было подразнить шайтаров и поводить за нос, но Халлела не хотела с ними ссориться. К ней хорошо отнеслись, честно предлагали сотрудничество, да и конкретно этот тип ей понравился. Шахаб больше, но в старшем брате было куда меньше нервозности, так и хлещущей из младшего, это располагало.

— Думай, — коротко велел Шад, посерьёзнев. — В твоих интересах понять, что им от тебя нужно. Если, конечно, не хочешь вернуться домой.

— Ну вот, опять угрозы… А так хорошо сидели! — притворно вздохнула она.

— Великая Мать должна понимать, за что она торгуется с Новым Абалоном. Вдруг они предложат что-то такое, от чего она не захочет отказываться?

— Родственников под охрану возьми, — посоветовала Халлела. — Как бы не начали торговаться ими.

— Бывают же нормальные эльфы, — хохотнул Шад, поднявшись.

— Да, ты мне тоже понравился, — заверила Повилика.

Главнокомандующий старший брат ушёл, вернулся Мутабар со своими расчётами, но никакой пользы ему эльфийка принести не могла: мысли были заняты совсем другим.

Она ни словом не соврала шайтару. Халлела не питала тёплых чувств к родной земле и до сих пор не сбежала оттуда только потому, что не любила сниматься с насиженного места. Сородичи раздражали, но не вредили, зато на месте держали налаженный быт, интересная работа и переписка. Руководить лабораторией она отправлялась, по заверениям бешеных огурцов, временно, на пару лет, и потому ограничилась минимумом вещей, не задумавшись о том, насколько это может затянуться. И уж тем более она не рассматривала вариант переезда в дикий Кулаб-тан насовсем. Забавно, что задумалась об этом теперь, сидя в подвале на цепи.

Она не сомневалась, что, дойди дело до торга, получить желаемое будет нетрудно, не так уж многого ей хотелось: возможность исследований и небольшой