Обратная оговорка - Михаил Март

— Вертолет улетел, Степан?

— Никак нет. Наблюдатели докладывают, будто на крышу никто не выходил. Вертолет заглушил двигатели. Ждем.

— Что же, по-твоему, они решили выбросить весь куш в окно и сидят в ожидании приглашения к столу?

— Похоже, в здании никого нет. Вертолет им был нужен для отвода глаз. Наблюдатели доложили: из здания кроме женщины, которую вы занесли назад, никто не выходил. С дверей ни на секунду не сводили глаз.

— Значит, они улетучились?

— Они в банке. Больше им негде быть.

— Ладно, Степа, свяжись с полковником. Я даю добро на проверку здания. Пусть проверят все этажи.

— Я понял.

Генерал убрал рацию и обратился к управляющему:

— Идемте в хранилище. Я хочу оценить ущерб.

Затем заглянул к главбуху и кивнул ему:

— Вы тоже пойдете с нами.

В хранилище находились двое спецназовцев, которых туда послали. Здесь горел яркий свет, круглая гигантская дверь невероятной толщины была открыта настежь. Это никого не удивило. Поражало другое: горы денег и золотые слитки остались на месте.

На целлофановых мешках с деньгами лежали четыре автомата Калашникова, три пистолета и четыре ракетные установки «Стингер».

— Если оружие здесь, значит, они «чистые» и должны находиться среди заложников. Другого варианта нет.

— Это не оружие, товарищ генерал, — доложил спецназовец. — Обычные муляжи. Макеты. Такие в кино используют. Да и купить их не трудно. Есть специализированные магазины для коллекционеров. Там и «Катюшу» купить можно. Сделано на совесть.

— Может, грабители тоже были игрушечными?! — заревел Таранда.

— Возможно, — пожал плечами Грюнталь. — Все деньги и золото на месте. Исчезли только два мешка. Но настоящие грабители гознаковские деньги не возьмут. Они все одной серии с порядковыми номерами. Достаточно передать номер серии в банки, и вы ни в одном обменнике их не поменяете, а рыночные торговцы первыми узнают о пропаже. Фантики, которые легко вернуть государству. Пусть не все сразу, но это лишь вопрос времени.

— Значит так! — упер кулаки в бедра Таранда. — Никакого ограбления банка не произошло. Оружия у налетчиков не было. А как же заложники? Кому они были нужны?

— Незаконное содержание в неволе, — поправил майор. — И то это надо доказать. Захват заложника, как правило, связан с угрозой причинения вреда его жизни или здоровью взамен на определенные услуги. Выкуп, к примеру. Мы им ничего не предоставили. Ни услуг, ни денег. И я думаю, они никому не угрожали. И главное. Заложники не освобождают сами себя. А женщина открыла двери банка без посторонней помощи. Самоосвобождение не подходит под статью о заложниках, по которой можно схлопотать до пятнадцати лет. И мы не видим никаких признаков насилия.

— Ты с ума спятил, Брылев? Весь город стоит на ушах.

— Мы с вами его на уши не ставили. Сработало испорченное радио. Все, что мы видим, называется обычным хулиганством. Здесь есть полиция, вот пусть они работают. Это их прямая обязанность. А мы должны уносить ноги и не делать из нашей конторы посмешище.

Генерал от растерянности присел на мешок с деньгами. Он долго думал, остальные на него молча смотрели.

— Четыре часа из меня делали дурака. И я должен на это закрыть глаза?

— Лучше сейчас, чем растягивать то же самое удовольствие еще на четыре часа, — холодно добавил Брылев.

— И я им должен простить эту дерзкую насмешку? Я, боевой генерал, орденоносец, образец для подражания… Нет, Брылев, так дело не пойдет. А взрыв шаров на крыше, а взрыв машины?

— Машину могли взорвать с улицы. Пострадавших нет. От взрыва на крыше следов не осталось. К террору эти хлопушки привязать мы не сможем.

— Что в соседнем подвале? — спросил Таранда.

— Частный сектор. Индивидуальные сейфы клиентов.

— Пойдем глянем.

Поднявшись в операционный зал, генерал подошел к столу, где сидели заложники мужчины.

— Так, господа. Здесь останутся только те, кто работает в этом банке. Остальные поднимутся на второй этаж и присоединятся к женщинам. Мы должны уточнить, сколько человек находились в банке во время налета. Прошу меня не задерживать.

Задвигались стулья по плитке. За столом остались восемь человек, шестеро из которых были одеты в униформу охранников.

Таранда показал своим людям, стоящим в дверях, два пальца. В зал вошли еще два спецназовца.

— На второй этаж, ребята. Взять под охрану всех заложников, согнать их в один угол. На протесты не реагировать. В кабинетах тоже есть люди. Вывести всех в зал и пересчитать.

Таранда повернулся к Брылеву:

— Свяжись по рации с ребятами. Пора передавать дело ментам. Пусть Жванец и Лузгин подойдут к дверям банка. Их надо впустить.

Майор взялся за рацию.

Генерал осмотрел оставшихся сидеть за столом мужчин.

Один из охранников встал.

— Все шло своим чередом. Банк работал нормально. Подозрительных лиц я не заметил. И вдруг выстрел в потолок.

— Где он стоял?

— По центру, возле стола. А двое с автоматами по углам со стороны двери.

Генерал глянул на потолок.

— Как я вижу, дыр в потолке нет. И штукатурка сверху не посыпалась. Стреляли холостыми, чтобы пулю нам не оставлять как вещественное доказательство. Ладно. Продолжим осмотр.

Таранда направился в левый подвал. Управляющий и главбух последовали за ними.

Перед генералом стоял стол с компьютером, над ним висел щит с ключами и номерами над гвоздиками. За столом располагалась решетчатая раздвижная дверь, стыки которой были обмотаны цепью и закрыты на замок. За дверью комната метров пятнадцать, а дальше стальная сейфовая дверь входа в хранилище.

— Кто сидел за компьютером?

— Охранник. Рустам Гелаев. Он у нас больше пяти лет работает. Человек надежный, — объяснил главбух.

— Давайте его сюда.

Один из спецназовцев поднялся в зал. Вернулись все вместе — помимо охранника и спецназовца в подвале появились майор Брылев, полковник Жванец и подполковник Лузгин.

— Так, тихо. Все вопросы потом. Сейчас надо дело делать. Кто вешал цепь на решетку? — обратился генерал к охраннику.

— Один из налетчиков. Они появились здесь совершенно неожиданно. С автоматами в руках. Один тут же обмотал ворота цепью, второй приказал мне встать и идти наверх. Я даже не успел нажать кнопку тревоги.

Таранда повернулся к спецназовцу:

— Дружище, сбей замок прикладом. Он хлипкий. — Потом вновь продолжил разговор с охранником: — Сколько ячеек в хранилище?

— Двести пять.

— Как работает система?

— Приходит клиент, подает свой паспорт. Я проверяю его по базе данных. Там записан его пароль. Всех наизусть я не помню. Я спрашиваю пароль. Он отвечает. После чего я выдаю ему ключ.

— Ключи висят без присмотра. Ну, прямо паршивый отель, а не банк.

— Нет. Тут немного сложнее. У клиента есть свой ключ. Он приходит с ним. По правилам мы оба должны пройти к его ячейке. На ней установлено два замка. Мой ключ от одного замка, другой замок он открывает своим. Но я работаю здесь один и во время наплыва клиентов не могу отлучаться. Вот почему я выдаю им второй, банковский ключ. Система срабатывает просто. Решетчатые двери раздвигаются. Клиент заходит. Но дверь хранилища закрыта. Она откроется, когда решетка за ним захлопнется. И так же при выходе. Человек выйдет из хранилища, но пока за ним не закроется дверь, решетка не распахнется. Он сдает мне ключ и уходит. Накладок у нас еще не случалось.

— Цепь снята, — доложил спецназовец.

— Ну, давай, Гелаев, демонстрируй свою технику.

Охранник сел за стол и включил компьютер.

— Черт! Он не врубается. Черный экран.

— Идиот. Ты бы сначала на доску глянул, — злился Таранда. — У тебя на ней нет ни одного ключа.

Брылев столкнул со стула охранника и достал из-под стола системный блок компьютера. Боковая стенка снята.

— Тут нет жестких дисков. Их сняли. Вероятно, система и базы данных клиентов хранились на них.

Охранник лишь кивал.

— Думаю, что я могу помочь, — обронил главбух. — У меня в кабинете есть ноутбук со всеми базами.

— Молитесь Богу, чтобы он у вас остался целым. Вы ведь покидали свой кабинет, когда спускались в хранилище?

— Он в сейфе. А бандиты не требовали его открыть. Ключи у меня в кармане.

— Бегом в кабинет и обратно.

Главбух полетел пулей в свой кабинет.

— Вот что, господа. Нам не следует терять времени, — сказал Таранда. — Подполковник Лузгин начнет допрос свидетелей. Спокойно, без нажима. Первый и главный вопрос. Считают ли они себя заложниками. Если да, то пусть каждый напишет заявление. По существующей статье они под заложников не подходят. Это называется незаконное удержание. Да и в плену они находились меньше четырех часов. Вопрос второй. Нас интересует внешность налетчиков. Нужны фотороботы. Среди клиентов банка был некто по фамилии Колодяжный. Его я допрошу лично. Действуйте, Лузгин. А вы, Жванец, останетесь со мной. Дело будет передано полиции. Мы не занимаемся частной собственностью граждан. Подъезд проверили?