Виват, Королева! (СИ) - Малиновская Настя

— Мне нужно увидеть Артема…

— Все нормально с твоим орлом, лежит на нарах, рассол на подушку пускает, — засмеялся Коротаев, снова поправляя волосы, — Но их, же не отпустят просто потому, что ты так сказала.

И Вера только сейчас заметила в его руках небольшой черный кейс, которым он небрежно тряхнул в воздухе.

— То есть меня к нему не пустят?

— Что за нездоровое желание оказаться на тюремной койке, Вера?

— Я просто переживаю…

— Я верю, тебе и делаю все возможное, чтобы их вытащить.

— Тогда мы пойдем с вами.

Коротаев явно знал куда идти, потому, как он уверенно поднимался на третий этаж, быстро нашел нужный кабинет и, махнув рукой на стулья в коридоре, оставил их в гулкой тишине.

— Как Серега? — Клинкова пождала ноги, пытаясь устроиться на неудобном стуле.

— Нормально. Шеф помог пристроить его в лагерь, так что у него вроде все в шоколаде. Звонил позавчера, попросил привезти новые кроссовки, свои спалил на костре, когда сушил, — Костя ухмыльнулся, откидывая голову к стене, и прикрыл глаза.

— Как бы я тоже сейчас хотела оказаться в лагере.

— Ты итак в нем, — хохотнул Костя, не открывая глаз.

— Кость?

— М?

— Ты что-нибудь знаешь о том, чем занимается Артем?

— Строит детский дом?

— А конкретнее?

— Вер, меня не посвящают в эти дела, ты можешь даже не пытать меня, я ничего не знаю.

Клинкова недовольно угукнула, прикрывая глаза и привалилась к стене. Долго маялась, пока не психанула, стаскивая с себя туфли и прикладываясь к Косте на плечо. Вот тебе и день рождения, ничего не скажешь. Вместо того, чтобы совращать Исаева дома, приходится как верной жене-декабристке караулить, пока «откинется».

Проснулась от того, что по коридору раздались тяжелые шаги и грубое «Лицом к стене, руки за голову». Вера подскочила со стула, моментально чувствуя, как онемела задница от плоского стула и тут же наткнулась на недовольный взгляд Артема.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Лицом к стене, я сказал, — Исаева дернули за затылок, прикладывая лбом к холодной поверхности, я потом тяжелые берцы пару раз прошлись по пяткам, в попытке раздвинуть его ноги шире.

— Начальник, ну понежнее никак? — Мишка не терял своего энтузиазма даже в такой ситуации, а Клинкова наоборот съежилась.

«Снова не послушалась. Бля-я-я».

— Ну ладно тебе, Саш, не будь таким грозным, — сбоку раздался хриплый, очевидно вусмерть прокуренный голос. Вера обернулась, встретившись лицом к лицу с поседевшим подполковником, — Гражданину Сахнову, — протянул он паспорт вперед, — Гражданину Зимину, гражданину Исаеву и гражданину Никольскому документы вернуть, личные вещи, изъятые в ходе осмотра отдать, расписку с них взять и отпустить. Выполнять.

— Так точно, товарищ подполковник…

— Что же вы, товарищ подполковник, честных граждан то задерживаете? — Мишка, протер концом вылезшей из-под ремня рубашки очки, а затем поправил пиджак.

Вера кинулась к Артему, повиснув у него на шее.

— Я тебе, что сказал делать? — устало выдохнул, но прижал Клинкову к себе, так некстати начавшую всхлипывать, — Почему ты никогда не слушаешься?

— Я так переживала за тебя, Тём, — Вера целовала его лицо, пока он позволял, молчаливо жмурясь под девичьим натиском.

— Ну, по поводу честных граждан я бы поспорил, — с другого конца коридора, уверенным шагом им навстречу шел младший лейтенант Гришин, — Вы граждане не сильно расслабляйтесь, сегодня вам удалось уйти от правосудия, но это не значит, что вы уйдете от него в другой раз.

— А вы нам, что, угрожаете, товарищ милицейский начальник? — Ваня недовольно стряхнул с брюк пыль, а потом посмотрел на Гришина.

— Все прекрасно знают, чем занимается ваша четверка, — лейтенант подошел к Сахнову ближе, сверля его взглядом, — Мне нужно лишь время, чтобы доказать это. И будьте уверены, гражданин Сахнов, я это сделаю.

— Если устанете в процессе — забегайте на огонек. Двери ресторана теперь всегда открыты, — съязвил Никольский, вызывая у всех приступ смеха, — Я больше не хочу находиться здесь ни минуты. Верните нам личные вещи и проводите до выхода.

— Пойдем, — шепнул Артем, заправив рыжую прядь Вере за ухо.

Колонна неторопливо спустилась на первый этаж, на выходе получила все то, что было изъято при осмотре, и молчаливо, ну кроме Мишки, естественно, высыпала из здания.

— Не болей, дорогой. Дай Бог, больше не свидимся, — он, махнув рукой дежурному, вышел самым последним, громко хлопнув дверью напоследок.

На улице, несмотря на ранний час, прямо перед самыми дверьми уже толпилась братва, которая наперебой начала подходить, обниматься, обмениваться рукопожатиями. Вера нервно глотнула воздуха, обнимая Артема за руку.

— Ну, Евгений Анатольевич, ну молодец, — Ваня подошел к Коротаеву, обнимая его, пару раз хлопнув по плечу, — Мы даже протрезветь, не успели.

Толпа снова засмеялась, только теперь гогот мужиков был гораздо громче.

— Да ты вот ей спасибо скажи, она такую бучу подняла, я прямо скажем даже, растерялся сначала, — Коротаев засмеялся, повернувшись к Вере. Клинкова закусила губу и, задрав голову, посмотрела на Артема.

— Она у меня такая, чуть что — сразу истерика, — Исаев ласково улыбнулся, целуя Клинкову в висок.

«У меня»

Клинкова едва сдержала полный удовольствия вопль, от того, что он признал ее своей, на глазах у них у всех, снова. Улыбалась как блаженная дурочка, прижимаясь к нему ближе и ближе, прячась у него под рукой.

Пара минут бессмысленного трепа, парочка пошловатых анекдотов и все разбрелись по машинам.

— Шеф, куда? — Костя глянул на прикрывшего глаза Артема, а потом снова перевел взгляд на дорогу.

— Домой.

— А…

— Домой, я же сказал.

Дома, у Исаева как будто открылось второе дыхание. Едва Вера успела скинуть туфли в коридоре, он затянул ее в гостиную и завалил прямо на диван.

— Такая красивая, смелая, но такая непослушная девочка, — шептал мужчина, пока методично расстегивал комбинезон и сталкивал его с девушки.

— Мне показалось, ты устал, — Вера закусила губы, позволяя стянуть с себя остатки белья, а потом, невинно опустив глаза, развела коленки в стороны.

— Для того чтобы наказать тебя, я всегда найду силы, детка.

И что самое интересное, ведь нашел! Если бы Вера сама лично не провела полночи в неизвестном ожидании в стенах Бутырки, никогда бы не поверила, что он действительно устал.

Трахал до одури, до протяжного воя, до белых пятен в глазах. И казалось, что ждал этого момента всю жизнь. Вера перестала различать слова, которые тонули в звонких шлепках тел, но он что-то шептал ей, судя по интонациям, что-то очень пошлое и такое возбуждающее. Хватал руками, оставляя после себя синяки на бедрах, запястьях, наматывая на кулак ее волосы.

Вера завыла, когда коленки в очередной раз шоркнулись по поверхности дивана, хватаясь руками за подушки, а Исаев зарычал, наваливаясь на нее всем телом и содрогаясь внутри, так долго как этого требовал его оргазм.

Это был первый раз, когда Вера не кончила.

6

Вера откинулась в кресле, массируя виски и сверля разложенные акты на столе. День какой-то дурацкий. С самого утра бошка тяжелая.

— Вера, Артем Александрович вызывает вас к себе.

— Спасибо, Ань, уже иду.

«Ну вот, еще и Артем Александрович вызывает к себе».

Клинкова вздохнула, собирая распущенные волосы обратно на затылке, и схватив папку со стола, вышла из кабинета.

— Привет, красотка, — Ваня вышел из уборной, на ходу вытирая руки бумажным полотенцем, — Что, неужели внеплановое совещание?

Он кивнул на папку в руках девушки и усмехнулся.

— И тебе привет. Исаев попросил зайти к нему, решила заодно отчитаться о проделанной работе.

— Чего такая грустная?

— Просто голова болит. Утренний похмельный синдром, — Вера улыбнулась, прижимая папку к груди. Похмельный синдром, видимо был у нее одной, потому что Ваня выглядел отлично. Ни сонливости, ни излишней помятости, словно вчера, были тихий семейный ужин, а не суматошная гулянка с дальнейшими последствиями.