Уши, сердце, пистолет и другие неприятности... (СИ) - Екатерина Смолина

Он смелее взял мою ладонь, пряча в горячих своих, снисходительно улыбнулся, тихо фыркнув.

- На опыты. Ты же сама вызвалась, разве нет?

- А где Егор?

Ласка прекратилась, мужчина напрягся.

- Там же, где и был. В карцере.

- И ты ему не поможешь?

- Зачем? Чтобы он вновь влипал в неприятности, а я его оттуда вытаскивал? Я не железный, малыш. У меня есть своя жизнь, дела, интересы. Когда-то он мне здорово помог, и я очень долго не возможности отплатить ему сполна. Но теперь всё изменилось.

- Но я ему должна помочь! Без него я бы давно попала в лапы ищеек...

- Ты и попала. Только ещё и в качестве испытательного образца, — его голос стал резким. — Рада?!

- Можно подумать, с тобой было бы иначе! — обиженно отвернулась, выдернув руку из горячего плена.

Наболело просто. Я ведь давно невольно начала их сравнивать, и глупо отрицать мужской интерес Мага ко мне. И с рыжим едва начало налаживаться, только он стал проявлять какие-то чувства...

За спиной послышался сдержанный вздох. Кровать колыхнулась, — Маг встал. И уже у дверей я услышала отчеканенные слова:

- Если бы ты только выбрала меня, а не его, Кьялли... Со мной действительно было бы иначе. Но у тебя ещё будет время изменить своё мнение. Ты полюбишь меня по-настоящему, так, как только женщина может полюбить своего единственного в жизни мужчину. Я стану твоим единственным, и ты будешь счастлива, Кьяллэтиниэль, дочь Аолэмона и Анарии.

- Я люблю Егора! — крикнула, приподнявшись на руках и вытирая слёзы. — И я никогда...

- Тебе это только кажется, — перебил. — Просто мимолётное увлечение. Хороших снов.

Голубая подсветка комнаты, полумрак и тишина вновь окутали спальню. Только мои собственные редкие всхлипы нарушали покой этой комнаты. Неизвестность обычно пугает куда больше конкретной угрозы, так было и теперь.

Совсем недавно я отважно лазила по крышам, совершала глупые поступки и мечтала вернуться с диадемой домой, — победительницей! Мне казалось, что преград не существует, и что, не смотря на кажущуюся безысходность, я всё равно смогу выиграть и на этот раз.

Я вновь всхлипнула, размазывая по щекам слёзы, и села, обняв подушку. Прикрыв веки, сосредоточилась. Серые глаза из–под длинной рыжей чёлки, насмешливый взгляд, упрямо поджатые тонкие мужские губы и волевой подбородок, — вот что вспомнилось сразу. Как и в предыдущие ночи, когда засыпала здесь одна. Вспомнила, как он так же, как и я, бесстрашно лез в самую гущу страстей, как защищал, прятал, терпел меня из последних сил. И как тогда, на кухне, учил готовить, обнимая сзади. Последнее было просто приятно, и к делу не относилось.

Просто… Рыжий... Ты ведь не потащил бы меня в лабораторию, если бы не был уверен, что это безопасно? Ты точно знал, что там ищущие, и куча людей, жаждущих получить эльфу на опыты. Ты не мог не знать! Слишком хладнокровный, слишком расчётливый, чтобы совершить такую ошибку. Значит, нарочно выбрал именно этот вариант, а не повёз к Магу, например. Чего же ты добивался? Неужели вся эта ситуация сложилась лишь оттого, что ты испугался за меня?

Я вздохнула, рассредоточено покусывая просоленный слезами уголок подушки.

Нет, глупость, конечно. Тут что-то другое. Если бы ты жил лишь инстинктами и бежал в первое попавшееся место, как испуганный кролик, то тебя давно не было бы в живых. А значит, напрашивались два вывода: либо ты рассчитывал на некую авантюрную комбинацию, в результате которой всё получится, либо…

О том, что некоторые не в меру наивные принцессы эльфийского рода глупо попались на чары учёного маньяка думать не хотелось.

Глава 7

Месяц пролетел, словно один день. Лечение и забота Мага помогли быстро обрести силы, и теперь мне не требовалась помощь, чтобы ухаживать за собой. Мы вместе проводили много времени, он рассказывал удивительные истории, смешил едва ли не до икоты, показывал всякие интересные штуки из мира людей. Незаметно я начала привыкать к его ненавязчивым прикосновениям, шуткам и комплиментам.

Уже две недели каждое утро начиналось со свежего букета цветов на столике рядом с кроватью и непременных маленьких подарков. Сначала были конфеты и пирожные, к которым меня ждала чашка с чаем на кухне, если он уходил по делам. Затем начали появляться духи, заколка для волос, кулончик на шею. За подаренный комплект нижнего белья я была благодарна, но пригрозила, что больше таких интимных подарков не потерплю. А заодно отругала за цветы. Нечего уничтожать живое растение в угоду мимолётному удовольствию.

Маг молча выслушал мои претензии и на следующее утро вместо привычного пышного букета цветов меня встретил красивый глиняный горшок с азалией. Ни конфеток, ни пироженок больше не было. Зато на кресле лежало голубое платьице с цветочным рисунком на зоне декольте, словно из моей долины привезённое, и тёплая накидка сверху в том же стиле. На улицу в таком не выйти, но здесь, в подземелье, вдали от дома и родных — словно глоток свободы!..

После такого я просто не смогла отказаться от прогулки по древним залам гномьего города, куда мы попали прямо из убежища. К тому же, его стало жалко. Было заметно, что он устал со мной возиться, и частенько сам отсыпался в капсуле здоровья, — её тихий гул не смолкал и ночью.

Оказалось, что в подземелье тоже есть, чему удивиться: восхитительные пещеры загадочно манили исследовать их, свисающие столбы были подобны люстрам, а вкрапления драгоценных металлов и пород были способны занять меня на долгое время!

— Малыш, ты хорошо себя чувствуешь? Утром плохо поела…

Маг подошёл ко мне, вставая рядом в широкий столб света, бьющий откуда–то сверху. Романтично так получилось, словно мы в потоке волшебного сияния… Пещера здесь больше напоминала древнюю комнату, угадывались колонны и фрески, пол и сейчас можно было очистить от песка, чтобы залюбоваться его узорами.

— Что это за зал? — ответила, спокойно отреагировав на чуть стиснувшие мои плечи ладони.

Ладно уж. Сегодня позволю себя обнять. Заслужил…

Я замерла, округлив глаза, когда горячие ладони Мага ласково сползли с плеч на талию, жарко обхватив её, а сам он оказался совсем близко! Настолько, что даже сквозь ткань можно было ощутить спиной рельефную горячую мускулатуру!..

— Барад–Кудур, — интимно прохрипел на ушко. — Часть гномьего комплекса, уцелевшего после землетрясения. Можно сказать, что я одинокий правитель этих пустынных залов. Когда–то они сияли и радовали глаз, а гномы сновали туда–сюда, торгуясь друг с другом и с избранными людьми.

— Но гномов давно не существует! — повернулась, заглянув в красивое лицо, и тут же оказалась в тесном кольце объятий.