Первый инквизитор (СИ) - Селезнев Дмитрий

Когда я, совершенно расслабленный, завернул за поворот тоннеля, удивлению моему не было предела. Мне навстречу шли два десятка гвардейцев во главе с лейтенантом! Сказать, что я был разозлен, значит — ничего не сказать.

— Я сказал, периметр! Назад…

И в этот момент они открыли огонь.

Сосредоточенные очереди из кинетических винтовок ударили по моему бронекостюму. Я, скорее инстинктивно, чем рефлекторно выстрелил в землю под ногами гвардейцев из грелки и ушел перекатом назад и в сторону. Взрыв окатил меня градом камней, жар я почувствовал даже через броню. Оказавшись на ногах, я дал неприцельную очередь из винтовки, но гвардейцы залегли. Четверо из них продолжали вести огонь, остальные не двигались. Я не стал дожидаться попаданий в слабые места бронекостюма и, бросив гранату, отступил за поворот тоннеля.

Синий был в десятке шагов, спеша мне навстречу. Он задал вопрос, ответ на который был очевиден:

— Гвардейцы?

— Во главе с лейтёхой.

— Плохо, это было маловероятно. Связи с поверхностью у меня нет.

— У меня тоже. Атакуем немедленно.

Мой оперативник отправил за поворот пару гранат и следом за сдвоенным взрывом мы рванули вперед. Вместо убитых мною гвардейцами в тоннеле заняли оборону ещё полтора десятка бойцов. Тяжелого оружия у них не было, но и таким количеством автоматических винтовок они могли доставить нам неприятности.

Мы последовали одному из важнейших правил боя — чем быстрее ты закончишь бой, тем меньше в тебя будут стрелять.

***

Отделение обороняет позицию до 100 м по фронту, имея на ней основные и запасные позиции для огневых средств, позволяющие уничтожать противника огнем перед фронтом и на флангах оборонительной позиции.

На позиции отделения стрелки, пулеметчик, гранатометчик и снайпер располагаются так, чтобы все подступы к ней перед фронтом и на флангах находились под действительным, особенно фланговым и перекрестным, огнем. Отделение должно быть готовым к маневру огнем на угрожаемое направление, ведению огня ночью и в других условиях ограниченной видимости.

Боевой устав войск планетарной обороны. Чать 3. Отделение, взвод, рота. Госвоениздат. 2355 год

— Оставим объект здесь. Тоннель завален, предатели уничтожены. Как думаешь? — В критических ситуациях я всегда советовался с Синим. Для собственного успокоения.

— Да, надо выяснить, что происходит на поверхности.

Синий двинулся вперед, прихрамывая на раненую ногу. Я, отстав на несколько шагов, следовал за ним. В углу моего визора была картинка со шлема оперативника, и я увидел выход из тоннеля одновременно с ним. В паре сотен метров стоял крупнокалиберный пулемет на станке, за ним неподвижно расположился расчет — три гвардейца. По стандартной оборонительной схеме против одного прохода расчет гранатомета должен быть в пятидесяти метрах в сторону, в какую — непонятно. На видимом нам участке местности было замаскировано пятеро стрелков. Еще одного Синий пометил как вероятного — место было пусто, но слишком уж там камни лежали удобно для стрельбы лежа. Мы отступили за поворот, едва показавшись напротив выхода из пещеры.

— Командуй, героически погибнуть сейчас мы не должны. — Я переключил Синего в статус командира группы, что бы он мог контролировать мой бронекостюм, в случае чего.

— Есть. Слушай боевой приказ. — Мой оперативник успел привыкнуть к таким ролевым играм. — Выдвигаемся одновременно…

Собственно план на бой он объяснял мне дольше самого боя.

Мы взяли разбег за поворотом тоннеля, что бы успеть набрать максимальную скорость. Жалеть энергию бронекостюмов было бессмысленно. Либо мы уничтожаем предателей и действуем дальше, либо мы останемся в пещере вместе с объектом и на этом все.

Вылетев на прямой участок напротив выхода из пещеры мы дали по короткой очереди из гаусс-винтовок по расчету пулемета. Два десятка игл, разогнанных до сумасшедших скоростей раскололи и сам пулемет и не оставили шанса гвардейцам. Потом дымовые гранаты по фронту на максимальную дальность броска — до противника две сотни метров, и гранаты должны были упасть на середине расстояния между нами. Мои цели были слева по фронту от пулемета, Синий должен был вести огонь по выявленным целям справа. По короткой очереди на каждую цель.

— Гранатомет справа, пятьдесят! Две груды камней темнее остальных! Сосредоточить огонь!

Я перенес прицел на его сектор. Есть контакт — гранатометчик выстрелил почти не целясь и нырнул в укрытие. Реактивная граната ушла мимо, взорвалась за нашими спинами, не долетев до пещеры. Пару осколков стеганули меня по спине. В два ствола мы покрошили камни за которыми скрывался гранатометчик, видимо вместе с ним самим.

— Готов! По плану!

Я вновь перенес прицел на свой сектор. С подавлением гвардейцев-предателей все вышло как и планировалось. Скорость и меткость стрельбы заставили их залечь и вести крайне неприцельный огонь. Да и оружие у них было кинетическое, которое навредить нашим бронекостюмам могло лишь в случаях сосредоточения огня и попадания в слабые места. Мы добрались до линии обороны предателей секунд за десять. От нашего продольного огня большинству бойцов скрыться было негде — окопов они как таковых не вырыли, и прикрыты были только с фронта. Часть из них даже не успела понять, куда мы делись. Я не добивал последних из них с особой жестокостью — по короткой очереди в руки и ноги, чтобы не могли ничего сделать, но и не умирали. Синий своего пленного вырубил прикладом и связал.

В полукилометре от места боя стоял наш транспорт. Ни Рем, ни пилот из космодесанта не выходили на связь. А рядом с кабиной, на камнях, лежали два тела. На таком расстоянии и с такого ракурса я не мог разглядеть их лиц, но все было понятно и так.

— Надо вернуться и уничтожить объект. — Синий, как всегда, был предельно прагматичен и спокоен.

— Да, иди один. Проверю транспорт. Но, судя по всему, — я повел рукой вокруг, — они его повредили. Сюда должен прибыть кто-то еще. У нас мало времени.

— Согласен, работаем.

Не скажу, что я сроднился со своей командой. У нас были хорошие, рабочие, иногда даже неформальные отношения. Но я знал о своих парнях и хорошее и плохое, их сильные и слабые стороны, и они выполняли мои приказы лучше, чем я сам предполагал их исполнение. И при этом часто были на шаг впереди меня в своей профессиональной сфере. Потеря еще одного друга, не побоюсь этого слова, далась мне тяжело. Враг ударил в спину. Я этого не предусмотрел, и погиб мой человек.

Траспорт не был заминирован, но двигатель был взорван, восстановить его можно было только силами рембата. Средства связи так же были сожжены кумулятивной гранатой. Судя по оставшимся в бортжурнале записям, предатели проявили себя почти сразу, как объект начал уничтожать наши дроны. Мы были заняты в пещерах, связь уже была нестабильная, и мы не заметили тишины в эфире. Около коптера оставался караул — три гвардейца. Они и застрелили Рема и пилота, выстрелы были произведены сзади, в головы, скорее всего, одновременно. Не закончив осмотр места убийства я рванул к пещере, одновременно приказывая Синему отойти назад и дожидаться меня.

— Не заходи внутрь, проверь записи с дронов. Оба отключились почти одновременно в разных частях подземелья.

— Еще один объект или их отключили? Жду.

Через пару минут мы были готовы входить в подземелья вновь. Дроны были отключены дистанционно, так что еще одной ужасной твари мы не опасались.

Что мы делали эти пару минут, спросите Вы. Допрос в полевых условиях не был моей сильной стороной. Поэтому я наблюдал за работой настоящего виртуоза. Подробное описание того, что сделал Синий с нашими пленными, перенесет мои записки в жанр хоррора. Поэтому скажу только, что мы узнали достаточно, для планирования наших следующих действий. Времени было немного, но мы должны были успеть.

Оставленный нами в сетях объект был на месте. Куда же ему деться, расстрелянному и пришпиленному к каменному полу? Синий заминировал его кумулятивными зарядами так, что бы после детонации он был сожжен до золы.