Уникумы Вселенной - 1 - Юрий Иванович

И мало кто даже мог догадаться и уличить истинного виновника вспыхнувших тре­волнений. Но Чинкис знал его, и очень даже хорошо. И от этого испытывал какую-то внутреннюю неловкость, смешанную с удивлением. Ибо затеяла всю эту заварушку его старшая жена Валдис. С помощью своих рычагов в мире информации, которые она давно и крепко держала в своих талантливых ручках. А когда он попытался её остановить, она резонно ему ответила:

- Это для твоей же пользы! Почему? Да, и для рекламы тоже! Но не только! Так бы тебя выбрали, спокойно, без шума. Может, кто и скажет нечто против, подвергнет тебя лёгкой критике, пожурит в старых, выдуманных ими же, прегрешениях. А так побоятся даже пикнуть! Не посмеют и рта открыть! Разве только что бы крикнуть громче всех: "Виват"!!! Так им и надо! Не позволю даже, одним словом умалить твои заслуги перед всей цивилизацией! Лучше тебя там нет никого! Даже все вместе взятые они тебя не стоят!!! Если ты и забыл старые обиды, то я нет! Не прощу никому и никому не позволю обижать моего любимого мужа!!!

Чинкис даже прослезился после её такой гневной тирады и, прижав к себе, долго держал в объятиях. Хотел сказать, что хочет быть скромней, хотел напомнить, что не лю­бит лишнего шума, но промолчал. Лишь поглаживал прильнувшую к нему фигурку Вал­дис и думал: "Она меня любит больше всех. И любому глотку перегрызёт, кто осмелится на меня рычать. Да и я тоже. Не дам её в обиду никому. Значит, если она так считает, пусть будет, как она хочет!"

Поэтому заседание Высшего Совета проходило при самом пристальном и даже чрезмерном внимании чуть ли не всех цорков, которые могли наблюдать за всем в прямой трансляции. А уж обеспечить себя пропуском в сам Пантеон не смогли даже многие очень знаменитые и известные личности. Ни одно место под двойным куполом не пустовало. Присутствовало ровно сто двадцать тысяч представителей правительств, прессы, телеви­дения, среди которых затерялись немногочисленные счастливчики с пропусками зрителей. Пустовало только три кресла, в самом центральном круге. Именно в эти кресла и должны были воссесть новые Высшие Советники из числа обнародованных уже давно кандидатов. Вакансии на места появлялись довольно-таки часто: три, четыре, а то и пять в год. Всё-таки смертность среди групповой монархии была высокой. Некоторых избирали, чуть ли не перед самой смертью, с уже заведомо плохим состоянием здоровья. Да и в возрасте во­семьсот сорок, восемьсот пятьдесят лет. Очень редкими исключениями являлось избрание в восьмисотлетнем возрасте. А моложе, то и подавно. Таких случаев насчитывалось не более десятка. И в этой десятке Чинкис был самым "старым".

Что характерно: конкурентов у него не было. И это было не следствием предвы­борной шумихи, поднятой и подстроенной Валдис. Их просто и не выдвигали. Даже для альтернативы. Ибо понимали, что только один кандидат имеет шансы на утверждение. Даже если бы и нашлись противники. А уж после возникшего скандала, никому бы и в го­лову не пришло предложить другую кандидатуру.

Заседание Высшего Совета, при всём ажиотаже в его преддверии, началось буд­нично и по оглашённой повестке. Рассматривались вначале текущие дела, принималось несколько решений по важным вопросам, и заслушивались некоторые выступления. Но зоркие глаза усматривали некие бледные лица в усыпанном звёздами круге, чуткие уши улавливали иногда дрожание голоса у выступающих, а умеющие анализировать замечали явную нервозность среди стареньких Советников. Нечто непонятное витало в воздухе. Нечто будоражило как стоящих на верхушке власти, так и простого обывателя.

Под конец выбрали новых советников. Вначале на другие посты. Новоиспечённые монархи гордо поблагодарили лаконичными фразами и уселись в своих креслах под апло­дисменты. Затем Глава объявил имя кандидата на пост Высшего Советника по делам чис­тильщиков. Зависла напряжённейшая тишина. В ней отчётливо стало слышно, как голос ведущего заседание дрогнул, бросая протокольный вопрос:

- Есть ли другие предложения?

Казалось, что это предел, но стало ещё тише. Если бы кто-то, в этот момент просто чихнул, никто не смог бы предсказать его будущего. Те, кого больше всех подозревали в неприязни к Чинкису сидели бледные или красные и боялись даже вздохнуть. Они чувст­вовали на себе все взгляды и камеры передающих устройств были сфокусированы только на них. Их показывали на многочисленнейших телеэкранах самым крупным планом. И когда Глава заговорил дальше по протоколу, все вздохнули даже с каким-то разочарова­нием. Ведь подспудно они ждали чего-то сверхнеординарного, жуткоскандального, выхо­дящего далеко за рамки обыденного. Но этого не произошло. И мало кто заметил облег­чённые вздохи малочисленных недругов знаменитого чистильщика. Казалось всё ожида­ние пошло насмарку.

- Тогда ставится на голосование! - Глава Высшего Совета включил демонстраци­онное табло, и все увидели полное единодушие в принятии нового члена. - Высший Со­ветник Чинкис, пройдите на своё место!

И Чинкис вошёл в круг. Под ставшие вдруг оглушительные овации, под гром при­ветственных выкриков и под взглядами миллионов своих почитателей. Он прошёл к сво­ему креслу и собрался говорить. И шум смолк. И все напряглись, потому, как увидели, что будет сказано не несколько дежурных фраз, а целая речь. У чистильщика в руках была скалья! Этим устройством пользовались тогда, когда речь была длинной и надо было при­водить точные данные. Скалья напоминала собой простую, тонкую указку. Но при нажа­тии определённых кнопок на рукоятке, на её конце как бы вырастал флажок, по которому пробегали или строчки или целые страницы текста. В зависимости от желаемого доклад­чиком. Произносить длинную речь не запрещалось, но считалось плохим тоном распи­наться на своей первой минуте высшей власти и давать какие-либо клятвы или обещания. А тут предстоит речь! Значит она того стоит! Сразу все осознали важность этой речи и её актуальность. И никто даже не допустил насмешки в адрес новоизбранного Советника.

По поводу намечающего выступления Чинкис долго спорил с Валдис. И до сих пор сомневался в его целесообразности. Но супруга привела такие важные доказательства в свою пользу, так объяснила каждую букву каждой цитаты, что пришлось согласиться. К тому же Валдис помогало несколько специальных групп по разработке и расшифровке выводов созданного уже давно компьютера-планеты. В этих выводах настойчиво тверди­лось о необходимости срочно вводить новые доминанты в жизнь цоркской цивилизации. Хоть и не указывалось конкретно - какие. Исходя из этого, Валдис и её помощники соз­дали такую речь, в которой явно прослеживалась одна чёткая мысль - грядут перемены! Они приведут к лучшему! И я, именно я, Чинкис, покажу вам новые пути развития! По­веду к новым горизонтам бытия! После такой речи никто не обвинит его, если серьёзные перемены и не начнутся. Можно будет любое различие обрисовать как перемену. А если начнутся, то и прекрасно! Об этом я и говорил, к этому вас и призывал! Любое событие можно будет повернуть в свою пользу. Цорки созрели для нового мышления, среди них всегда найдутся сторонники и поддержат в любом случае.