Экономика каменного века - Маршал Салинз

затраченного труда как об обязательной норме может поддерживаться с помощью идеологических уловок и притворства. Такого рода несоответствие будет скорее всего наблюдаться г»н, гд* обмениваемые товары принадлежат к разным сферам обмена в пределах одной или обаих М1НЯЮ' щихся сторон. Например, предметы ручного ремесла обмениваются на пищу, особенно там, ГД* ремесленные изделия используются в таких выплатах, как брачный выкуп. Тогда высокая общ»СТИИ-иая полезность небольшого количества одного товара (предметов ручного ремесла) компфисмрутся большим количеством товаров более низкого статуса. Это может быть важным с«кр*том «•кспяуата" ции» более богатых районов более бедными.

ikohomkkiкаменного века

Торговли. И хотя моральная практика повсюду может быть поставлена под сомнение жизненной целесообразностью, менять правила обычно не так-то легко. Во-вторых, 1 случае несоответствия количества имеющегося в распоряжении товара спросу на кто (по преобладающему обменному курсу) партнерская торговля открывает более Привлекательные альтернативы урезанию «запрашиваемой цены» или повышению Предлагаемой: лучше найти новых партнеров для обмена по старому курсу или ввести 1 смущение существующего партнера большой переплатой, обязывая его напрячься до предела и впоследствии все возместить, защитив таким образом обычный курс. Последнее отнюдь не является гипотетической тактикой, придуманной мной самим. Рассмо-ьрим следующий прием бусама, призванный увеличить приток свиней на обмен:

Различия между местным способом вести дела и нашим собственным проявились в обменной процедуре, имевшей место в начале 1947 г. Район Саламауа понес большие потери, чем северные поселения, где по большей части свиньи уцелели. По возобновлении плаваний после поражения японцев мужчина букава заимел намерение привезти молодую свиноматку своему родственнику бусама по имени Бойа. Животное стоило примерно два фунта стерлингов, но были намеки на то, что горшки предпочтительнее денег. Требовалось десять горшков в качестве приемлемого эквивалента. И Бойа, имевший возможность отдать только пять, со общил своим родичам, что каждый, кто готов помочь ему, в свое время получит по поросенку. Этому призыву вняли и принесли двадцать три горшка, так что общее количество горшков теперь стало двадцать семь. Их все вручили гостю, к его большому удивлению, как он потихоньку признался мне. Однако такая щедрость не была столь абсурдной, сколь это может по­казаться на первый взгляд: дав так много, Бойа возложил на своего гостя обязанность привезти еще одну молодую свиноматку (Hogbin, 1951, pp. 84-85).

Успех маневра Бойи оказался возможным только благодаря особому характеру торговых отношений. Партнерство — это не только привилегия, но и обязанность при рецип-рокации. И, что особенно важно, оно предполагает обязанность принять, так же как и обязанность отплатить. Некоторые могут остаться с ббльшим количеством товаров, чем им требовалось, или же, чем они ожидали получить, или же, чем они хотели выторговать, но главное, что они этому не должны сопротивляться. Торгового партнера именно за то и ценят, что он обязан принять вещи, которые ему не нужны; и после этого он за них должен будет отплатить — без всякой «разумной» экономической причины. Отец Росс из миссии, расположенной в районе горы Хаген, кажется, не сумел оценить подобную духовную этику:

Миссионер сообщил автору, что туземцы, торговавшие с ним и находившиеся в тот период в стесненных обстоятельствах, собираются прийти в миссию с товарами, не имеющими материальной ценности и не нужными миссионеру. Туземцы стремились обменять эти вещи на те, которые им требовались. В ответ на его отказ туземцы укажут ему на неправильность его поведения, так как, по их представлениям, он, будучи их другом, должен принять ненужную ему вещь, чтобы поддержать их, когда им так требуется помощь. Они скажут ему; «Ты покупаешь нашу еду, мы продаем тебе наших свиней, наши парни на тебя работают. Поэтому ты должен купить эту вещь, которая, как ты утверждаешь, тебе не нужна, и это неправильно, что ты отказываешься приобрести ее» (Gitlow, 1947, р. 68)."

" Такое непонимание носит культурный и экономический характер и никак не связано с расовыми П П или религиозными различиями: «...Нуэры не воспринимают покупку у арабов так, как мы восприни- i Ц

1 СТОИМОСТЬ И ДИЛ

лИспользуя тот же принцип, ЛЮДИ И| внутренних районов, соседствовавшие с сио btpo-восток Новой Г винеи), могли преодолевать нежелание торговать у своих парт-Ков с побережья:

Сио, конечно, тоже часто принимали вещи, которые в данный момент им не были нужны. Ког-,Д1 Я спросил одного мужчину сио, почему у него было четыре лука (большинство сио имели вольше одного), он ответил: «Если друг из леса (партнер по торговле) приходит с луком, ты должен помочь ему» (Harding, 1967, pp. 109­110).

и И, наконец, поразительный пример того же самого дает Малиновский в добавление

Писанию традиционного обмена рыба — яме (вози) между различными тробриански-|(»бщинами. До сего дня, отмечает Малиновский, производители ямса из внутренних |kHOB продолжают настаивать на том, что их береговые партнеры обязаны принимать Ьих этот яме. И тем самым они периодически выманивают у береговых рыбу, причем |обычных условиях, хотя рыболовы могли бы заняться более выгодным делом — ны-

Нием за раковинами-жемчужницами. Таким образом, деньги остаются слугами обы-

), | партнерство — хозяином туземных обменных курсов:

В наши дни, когда рыбаки могут заработать в десять или даже в двадцать раз больше, ныряя |а жемчугом, чем выполняя свою часть вози, этот обмен, как правило, является тяжелой обу­' ЮЙ для них. Вот один из самых ярких примеров цепкой силы туземного обычая: несмотря на |С« соблазны, которые представляет для них ловля жемчуга, и несмотря на огромное давле-

. ние, оказываемое белыми торговцами, которые понуждают их к этому занятию, рыбаки никогда не пытаются пренебречь вази, и, получив инициирующий дар, они первый же погожий

ь Д«нь посвящают рыбной ловле, а не ловле жемчуга (Malinowski, 1922, р. 88 примечание).

Ьйоддерживающее таким способом стабильность меновых стоимостей, торговое парт-ТВО заслуживает более общего и тщательного истолкования его экономического зна-1Я. Примитивное торговое партнерство является

функциональным аналогом рыночно-(ханизма ценообразования. Текущее

несоответствие предложения/спроса снимается лением скорее на торговых партнеров, нежели на меновые стоимости. Тогда как на Нке равновесие достигается за счет изменения цены, здесь социальная составная о6-Нной операции, партнерство, поглощает экономический прессинг. Обменный курс оста- СЯ незатронутым — хотя скорость осуществления некоторых обменных операций может КТь замедленной. Примитивным аналогом делового механизма ценообразования явля-ГСЯ не традиционные обменные курсы, а традиционные обменные отношения.

Таким образом достигается постоянство меновых стоимостей на коротких временных этапах. Вместе с тем, то же самое перенесение давления с обменного курса на

' МИМ покупку в магазине. Для них это отнюдь не обезличенная сделка, и они не имеют представления О Ц*не и валюте в нашем понимании. Их идея купли- продажи такова: ты даешь что-нибудь торговцу И тем самым обязываешь его помогать тебе. Сразу же ты просишь у него что-нибудь, тебе нужное из то лавки, и он должен дать это тебе, потому что, взяв твой подарок, он вступил в реципрокальные отношения с тобой. Отсюда, слово кок означает „купить" или „продать". Оба действия являются выражением единого отношения реципрокносги. Поскольку арабский торговец воспринимает торговые операции совсем иначе, возникает непонимание. С точки зрения того, как нуэр смотрит на дело, I обменной процедуре такого рода задействованы скорее отношения между личностями, чем между П1 кщами. Так что „покупают" скорее торговца, чем товар...» (Evans-Pritehard, 1956, pp. 223-224). L

Экономик[93] каменного ••на отношения партнерства делает последнее тем более уязвимым для продолжительного несоответствия предложения/спроса. Предположим, существует непрекращающийся И/или расширяющийся разрыв между традиционным обменным курсом и объемом товаров, реально доступных, — возникший, может быть, вследствие новых возможностей получения одного из данных товаров. Тогда партнерство накапливает в себе материальное давление в ходе постоянного нивелирования эффекта несоответствия. Поддерживая неизменными условия обмена, тактика переплаты оправдывает себя как соответст­вующая ситуации и устойчивая, только если дисбаланс между предложением и спросом является обратимым. В противном случае, унаследованная тенденция аккумулировать напряжение делает эту тактику неподкрепляемой. Так как через посредство натиска на обязанность партнерства принимать, при возможности отсрочки отплаты, обмен продвигается в объемах всегда таких, к которым стремится домогающаяся сторона. В этом