"Фантастика 2023-182". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Сударева Инна Мышь из Минска

– У рода СибЛевран есть наследница, – прищурилась Рианна. – Роду достаточно.

Марк коснулся руки супруги.

Ледяная… и понял, что она даже не чувствует его прикосновения.

– Я обещал. Я воспитаю нашу малышку. И не женюсь, пока она не повзрослеет, Рианна. Я сберегу нашу дочь.

– Дай мне ее… пожалуйста.

Женщина откинулась на подушки.

Лицо ее стремительно бледнело. Жизнь из него уходила на глазах. Каким чудом она еще держалась – муж не знал. Нет, не знал.

Но послушно подал малышку матери. Та потянулась к ребенку, почти села, опершись спиной на подушки. И без того белое лицо вовсе уж выцвело от усилий – одни глаза жили на нем. Громадные, синие…

– Выйди. Закрой дверь.

Стоило ли повиноваться?

Он не знал. Но ноги сами собой двинулись на выход. Сами собой…

И дверь закрылась.

Рианна с нежностью посмотрела на дочь. Те же черные волосы, те же синие глаза – наследство рода. Ее рода. Уже сейчас видно. Даже черты лица как у нее.

– Прости меня, малышка. И – прими мое последнее благословение. Мою силу и мою власть над родом СибЛевран.

Женщина последним усилием наклонилась к малышке – и коснулась поцелуем ее лба.

И на миг…

На долю секунды в комнате разлилось белое свечение.

Древняя магия рода СибЛевран, о которой почти никто не знает. Древняя власть. Та, что позволяет процветать ее землям.

Поля поместья СибЛевран, того единственного, что осталось, самого сердца, всегда были плодородны, стада изобильны, деревья ломились от фруктов. Засуха?

Никогда…

Болезни – и те обходят ее землю стороной. И это лишь частичка былой силы.

Руки женщины бессильно опали. Малышка оказалась на коленях матери, накрытая ее телом, словно коконом. Но не разревелась, а почувствовала знакомый запах, засопела носиком – и продолжила спать. Она еще не знала, что сегодня стала сиротой.

Войти в спальню посмели только час спустя.

Над землями СибЛевран гремела и грохотала гроза, оплакивая хозяйку замка.

Малышка мирно сопела в своей колыбельке, наевшись молочка кормилицы и не думая ни о чем плохом.

Мрачно напивался в стельку дан[1] Марк. Жену он любил. И дочь… к дочери отношение было сложное. Наследница…

Но дочь от любимой женщины?

Дочь, рождение которой стоило Рианне жизни…

Но его малышка…

А поскольку был он все же неплохим человеком, то и зла в его душе не нашлось. И девочку он будет беречь. И заботиться.

Мчался сквозь грозу гонец, спеша доставить королю известие о смерти эданны СибЛевран.

Так и началась эта история.

Глава 1

– Дана Риен! Дана Риен!

Девочка досадливо скривила губы.

Вот ведь… опять ее Розалия ищет!

Кормилицу она любила. Но она такая… клуша! Опять начнет приставать со всякими глупостями! Чтобы девочка вышивала, или молилась, или на кухню сходила…

Мало ли дел для юной даны?

Дел-то много. Но они все такие скучные! Вы просто не представляете насколько!

Уж-жасно скучные!

Дана могла приглядеть за хозяйством. Знала рецепты блюд. И молитвы знала, каждый третий день с ней занимался падре Санто, так что требуемый круг молитв девочка на память могла прочитать.

И вышивать умела.

Не любила только.

Нитки путались, игла кололась, стежки получались разной длины и ширины, а уж про кривизну страшно и подумать было! И дана быстро бросала подобающие ей занятия.

И занималась неподобающими.

Известно же, что юные даны должны сидеть в доме своего отца. Выходить они могут только в церковь и только после того, как им исполнится двенадцать лет. До той поры девочек из благородных семей посторонним не показывают. Даны могут гулять во дворе дома, но и только. А показаться чужим – нельзя. Позор для всего семейства.

Это в городе.

В деревне, конечно, нравы более вольные. И если юная дана пойдет к мессе с отцом или матерью, если она прокатится в карете по окрестностям… конечно, карета или паланкин должны быть закрыты наглухо, а юную дану должен сопровождать кто-то из старших. Мать, отец, брат… в крайнем случае – духовник. Так вот, ее не осудят. И долго сплетничать не станут.

Конечно, девушки из крестьянских семей более свободны в своих поступках. И родителям они помогают, и бегают где хотят, но ведь это крестьяне! Чернь!

Разве можно их девчонок равнять с благородными данами? Там в двенадцать уж и замуж выдают, как только девки первую кровь уронят. А благородных дан раньше семнадцати отдавать можно только по разрешению церкви.

Иначе позор.

Помолвку заключить – это хоть в колыбели. А вот замуж – только в семнадцать.

Дана Риен об этом отлично знала. И очень этому радовалась. Адриенна вообще не хотела замуж, и на то были серьезные причины.

Десять лет назад умерла ее мать. Умерла в родах. Успела только денек побыть с дочкой, имя ей дать, благословить – и умерла. Да и кормилицу эданна Рианна сама подбирала.

Розалия приехала с ней из самой Эвроны. Там у бедолаги все сложилось плохо, служанку обрюхатил сынок хозяев, а та, дуреха, нет бы к бабке какой сбегать да плод стравить, принялась рыдать и сопли размазывать.

Не убьет она младенца!

Вот дура-то!

Конечно, хозяева выгнали ее на улицу без куска хлеба и без единой монеты из честно заработанных. И закончилась бы история несчастной Розалии в сточной канаве, если б не проехал мимо паланкин эданны Рианны.

А дальше все было просто. Эданна, обладая острым зрением и добрым сердцем, не только увидела плачущую беременную девушку, но и посочувствовала ей. И пригласила работать кормилицей.

Конечно, за новую хозяйку Розалия готова была и в огонь, и в воду. Сына она родила, к маленькой Адриенне относилась как бы не ласковее, чем к родному ребенку, и ночей не спала, и на своей груди девочку подняла. А четыре года назад у нее и личная жизнь сладилась.

Розалия вышла замуж за старшего конюха и была безумно счастлива. И сын ее доволен – лошадник он заядлый, с малолетства. И она второго ребенка родила, а может, и не одного еще родит, хоть и не девочка уже, двадцать шесть исполнилось. Крестьянские девки в таком возрасте и бабками стать могут. И спины сгибаются, и зубы выпадают…

Розалию это миновало. Хоть и возраст такой, а все равно – спелая, сочная, что то наливное яблочко, зубы целы, морщин считай что и нет…

А вот упорство – есть.

– Дана Риен! Дана!!!

Девочка скрипнула зубами.

– Сиди, – шепнул Марко. – Я ей скажу, что тебя нет.

Но совесть уже одолела молодую хозяйку.

– Ладно уж… не поленилась же она сюда прийти! И Тоньо бросила…

Марко насмешливо фыркнул. Адриенна вышла из конюшни.

– Что ты шумишь, Рози? Здесь я…

– И вы посмотрите, в каком виде! – вознегодовала почтенная ньора[2]. – Дана, вы не мальчишка конюшенный! Опять эти бриджи ужасные, опять дублет, опять волосы кое-как собраны… слов у меня нет! Немедленно умываться и переодеваться, как подобает благородной дане.

– Зачем? – заныла Адриенна, совершенно не имея желания по такой жаре влезать в платье. Это ж с ума сойдешь!

Нижняя рубашка, панталоны, которые подвязывать надо, верхняя рубашка, платье, рукава… еще и волосы укладывать заставят! И головной убор надевать!

Не хо-чу!

– Дан Марк хотел вас видеть.

Адриенна только вздохнула.

Если отец… тут не поспоришь и не поругаешься. Он и так многое позволяет дочери, но на беседу лучше явиться как положено благородной дане.

Что уж там… у других и сотой степени свободы Адриенны нет. И не снилось им такое.

Чтобы в мужской одежде ходить. Чтобы на коне по полям проскакать. Чтобы на траве в лесу поваляться… чтобы и ветер в лицо, и воля в душе… и грамоте их не учат, разве что некоторых, и счету, жена вообще должна уметь любить мужа, молиться, вести хозяйство и рожать детей. В любой последовательности.