G.O.G.R. - Анна Белкина

— Хы-хы! — довольно хыхыкнула Эммочка и опустила ногу. — Идём, слимачок!

Высадив дверь, Эммочка из тёмной каморки попала в некое просторное помещение, лишённое мебели, но снабжённое работающим кондиционером, а так же — неким металлическим люком в полу.

— Хм, — хмыкнула Эммочка, соображая, где же они с её непутёвым товарищем по несчастью могли бы находиться. — Ну, ты выходишь? — крикнула она этому самому товарищу, когда поняла, что не знает, где находится.

Товарищ не спешил покидать темницу и всё сидел там в прострации, занятый бесцельным созерцанием макрокосма.

— Ползи давай! — поторопила его Эммочка.

А когда и после этого деморализованный и какой-то отупевший «секретный узник» не подумал выползать из заточения на свет, она отправилась к нему в лишившуюся двери каморку и принялась выволакивать соседа под мышки.

— Топай, топай, топай… — кряхтела Эммочка, но упорно пёрла этого неудачника на себе. — И сдался же ты на мою голову… Ой! — она не удержала его и уронила на пол. — Тяжеленный, как слоняра! Подрывайся, давай!

Эммочка пихнула вяло барахтающегося и стонущего «мистера Икса» носком ботинка. Тот хныкнул и попытался подняться на шаткие некрепкие ноги. Наверное, Гейнц держал его на «голодной диете» — «мистер Икс» пошатнулся влево и тяжело привалился к стене.

— Всё, попёрли! — подогнала его Эммочка. — А то сейчас Гейнц припрётся и таких карасей нам навешает — костей не соберёшь!

— Какой Гейнц? — пролепетал «мистер Икс», не желая отрываться от стенки.

— Великий и ужасный! — рыкнула Эммочка и подпихнула соседа в спину кулаком. — Давай, переставляй копытца и вперёд!

«Мистер икс» сделал несколько валких шажков, постоял немножко на месте, а потом — мелкими зигзагами двинулся куда-то, где брезжил некий неясный и призрачный свет. Эммочка решила, что там, где свет — там выход из подземелья, и можно, наконец, покинуть вотчину «великого и ужасного» Гейнца и оказаться там, где ходят живые люди. И поэтому она, не раздумывая более ни секунды, набрала скорость и двинулась вслед за своим качающимся товарищем по несчастью. Товарищ двигался медленно, словно какой-то брюхоног, поэтому Эммочка обогнала его немного, и прорвалась в авангард. Световое пятно приближалось — выход уже близко, сейчас, несколько шагов — и она на воле. Эммочка приготовилась вдохнуть полной грудью воздух свободы. Она сделал большой шаг, и… заклинилась на месте. Там, куда они так уверенно и быстро шагали — никакой свободы не было и в помине. Свет испускала электрическая лампа, которую пристроили на какой-то бывший шкаф. А в свете этой лампы, как два подземных духа, шныряли некие типы. Эммочка прижалась к прохладному металлу стены и затаила дыхание — а вдруг они услышат её? За Эммочкиной спиной шумно шаркал «мистер Икс».

— Чёрт! — испугалась она. — Стой! — Эммочка в один бесшумный прыжок оказалась рядом со своим непутевым соседом и толкнула его к стенке. — Прячься!

— А? Что? Зачем? — он так громогласно взлаивал, что Эммочка зажала ему рот.

— Цыц! — прошипела она. — Он здесь!

«Мистер Икс» наверное, хотел спросить: «Кто?», но зажатым ртом смог прошамкать только:

— Ммм?

— Сиди здесь, если не хочешь отправиться назад! — прошептала Эммочка и силой усадила недотёпу на пол.

Потом она снова подкралась поближе к двум таинственным «привидениям» и притаилась за остатками некоего устройства. «Привидения» тем временем расхаживали около дальней стены, на которой висел огромный, от пола до потолка, запылённый порыжевший герб: гигантский серп с гигантским молотом. Под ногами этих двоих «духов» торчал некий люк, задраенный металлической крышкой. Один «дух» явно намеревался открыть крышку, но другой — отпихивал его и говорил:

— Тебе должно быть достаточно того, что ты уже имеешь. Не зарывайся, а то поплатишься, дружище. Местные милиционеры итак тебя уже чуть не поймали. Что будет дальше? Серёгин взял тебя на мушку и обязательно составит твой фоторобот. И тогда тебе придётся линять назад, на твой тёплый и солнечный Мадагаскар. Тебе и так уже пора туда линять. Ты нашёл «Наташеньку»? Нашёл. Вот и всё, инцидент исчерпан, прошу на выход с вещами.

— Не фамильярничай, Гейнц! — взвился второй «подземный призрак», которому явно недоставало росточку. — И не тыкай! Ты ещё от горшка не отрос, чтобы мне тыкать! Если хочешь — сам при на Мадагаскар. А я не успокоюсь до тех пор, пока не получу второй образец!

— Я тебе не дам ключ! — отрубил Гейнц и ушёл, оставив своего товарища одного в компании лампы и герба.

— Гррр! — озлобленно рыкнул товарищ Гейнца и со злости топнул ногою по крышке люка. — Стой! Стой, не бросай меня здесь!

Второй «призрак» явно испугался, когда пройдоха Гейнц сделал ножки. Подхватив лампу, он снялся с места и живёхонько рванул догонять Гейнца. Вскоре он исчез вместе с лампой, и коридор перед Эммочкой погрузился в страшную тьму.

«Чёрт!» — подумала Эммочка и повернула лицо, чтобы посмотреть, что делает её товарищ по несчастью, которого она прозвала про себя «мистер Икс». «Мистер Икс» куда-то пропал. Эммочка остановила взгляд на том месте, где оставила его, но сейчас видела там лишь темноту и пустоту.

— Чёрт! — теперь она не подумала, а сказала это слово вслух и достаточно громко.

Эммочка поняла, что осталась совсем одна глубоко под землёй, в немыслимом лабиринте и в полной темноте!

— Чё-ё-ё-ёрт! — осознав всю безысходную, глухую безнадёжность своего положения, Эммочка дала волю эмоциям и разразилась страшным воплем, которого испугалось даже бездушное и бесстрастное эхо.

…Недобежкин вытолкнул плохо пригнанную крышку люка и наконец-то высунул нос из подземелья на поверхность. В лицо ударил свежий ветер, а яркое солнце на миг ослепило. Там, куда вылез Недобежкин, всё поросло ковылём да какими-то васильками, где-то далеко впереди маячил смутный силуэт холма. Может быть, это Чёртов курган, а может быть, и нет.

— Ребята, кажется мы с вами в нескольких километрах от Девяткиной комендатуры… — пробормотал Недобежкин, удивляясь, как это так получилось.

— Ого, — присвистнул Серёгин и тоже вылез из «могилы» в мир живых. — По-моему, тут повсюду эти пещеры… Хорошенькое место для…

— Секретной базы нацистов! — перебил Ежонков, пролезая вслед за Серёгиным. — Я же смотрел электронную карту и видел, что тут подо всеми Лягушами такая засада! Настоящая «борода», скажу я вам!

Сидоров лез последним. То есть, он ещё даже и не лез, а стоял на нижней ступеньке хлипкой металлической лестнички и ждал, покуда Ежонков протиснет своё тело в узкий люк. Бесцельно разглядывать «тыл» Ежонкова было смертельно тоскливо, вот Сидоров и поглядывал украдкой в жуткую темноту хода, что тянулся справа от него. Луч фонарика, правда, немножко разбавлял эту темноту и сержант мог видеть стенку, на которой под наполовину облупившимся советским гербом виднелась жирная чёрная свастика. Горящие Глаза пока не появлялись, и Сидоров молил Аида, или Шубина, или кто там выпускает чертей из ада? — чтобы обладатель Глаз оставался на своей сковородке до тех пор, пока он не вылезет прочь. Но вдруг, там, в коридоре, возникло некое шевеление. Сержант заметил его краем глаза и поэтому сначала подумал, что у страха глаза велики, и оно ему почудилось. Но — нет, Сидоров сфокусировался на том месте, где нечто двинулось, и увидел, что из мрака к ним движется… живое существо. Оно передвигалось на четвереньках… Вот оно минуло половину советского герба и подползло к свастике…

— Эй, наверху! — негромко позвал Сидоров.

— Чего тебе? — недовольно пробормотал Ежонков, который до сих пор не пропихнулся в люк.

— Там кто-то есть… — Сидоров не сводил глаз с копошащейся у свастики сущности. Сержант пытался осветить её получше, но вместе с тем — боялся увидеть, как выглядит она по-настоящему.

— В смысле? — буркнул Ежонков.

— Да оглянитесь вы! — фыркнул Сидоров.

Ежонков нехотя выпихнулся из достаточно узкого отверстия люка и глянул вниз, на Сидорова.

— Смотрите, — прошептал сержант и кивнул туда, на существо.

Ежонков вперил глазки в это существо и удивился:

— А это ещё что за голубь? Васек! — крикнул он вверх, Недобежкину. — У нас тут гости объявились! Давай, ползи назад!

— Тише! — шикнул Сидоров, видя, как существо, напуганное возгласами Ежонкова, пытается ретироваться туда, откуда возникло и уже отползло от свастики к советскому гербу. — Спугнёте ведь!

— Какие ещё гости? — это вслед за Ежонковым в люк просунулось усатое лицо Недобежкина.

— Там, — Сидоров показал на существо, издающее нечленораздельные звуки, похожие на «Ы-ы-ы», или «Н-н-н».

Недобежкин не мешкая, спрыгнул вниз, а за ним — спрыгнул и Пётр Иванович. Они собрались ринуться в погоню за незнакомцем, но оказалось, что гнаться за ним не нужно. Он не убегал, а вместо этого уселся на пол, облокотился спиною об основание советского герба. Серёгин приблизился к «существу» и осветил его. Прижавшаяся к холодной стенке сущность оказалась никаким не монстром, а человеком, одетым в некие драные остатки делового костюма. На шее его болтался обрывок полосатого галстука с прищепкой. Человек поднял на Петра Ивановича своё исхудавшее голодное лицо и простонал: